— Барселона! — заголосил в сумочке Фредди Меркьюри. — Барселона!..
Ира, неловкая со сна, с трудом выудила смартфон и провела пальцем по экрану.
— Алло!
— Хай! — раздался в наушнике жизнерадостный голос. — Мисс Лившиц?
— Я! — призналась Ира.
— Меня зовут Дэн. Я программный директор CNN[44]. Что вы скажете насчет миллиона долларов?
— Что? — переспросила Ира.
— Миллион, — повторил Дэн. — Это за материал из Кирдыма. И два миллиона за такой же из Ромы. Разумеется, на условиях полного эксклюзива. Как разделить деньги с оператором, решайте сами.
— Я подумаю! — скорее интуитивно, чем осознанно сказала Ира. «Никогда не принимай первое предложение, каким бы выгодным оно не казалось! — учил отец. — Возьми паузу! Даже если согласишься потом, станут уважать».
— Думайте! — согласился Дэн. — Я буду ждать вашего звонка.
В наушнике запипикало. «Что это было? — подумала Ира, отключая смартфон. — Розыгрыш?» Вряд ли. Во-первых, у нее нет знакомых, способных так разыграть. Во-вторых, Дэн говорил уверенно, с властными интонациями в голосе, такое трудно подделать. И акцент у него американский… Ира глянула на часы: восемь утра. А она неплохо поспала. Тут снова запел Фредди Меркьюри.
— Доброе утро! — раздался в наушнике строгий голос. — Мисс Лившиц, если не ошибаюсь?
— Она! — подтвердила Ира.
— Меня зовут Чарльз Моррис. Я главный редактор BBC…
— Миллион фунтов стерлингов! — перебила Ира. — Мне и моему оператору. Это за материал из Кирдыма. И два миллиона за такой же из Ромы. Полный эксклюзив гарантирую.
— Хм! — удивленно сказал Чарльз. — Вам не откажешь в умении вести дела, мисс! Впрочем, ничего удивительного. Если вы первой догадались примчаться в Кирдым… Сожалею, но три миллиона — это больше, чем мы рассчитывали. Я не вправе принять единоличное решение. Нужно согласие руководства.
— Согласовывайте! — сказала Ира и отключилась.
Сунув телефон в сумочку, она встала и вышла из комнаты. Со всем этим следовало разобраться. С чего это крупнейшие телерадиокомпании засыпали ее предложениями?
На первом этаже царила суета. Каких-то людей со скованными стальными браслетами руками выводили во двор. Этим занимались Игорь, Олег и два серба. Им помогали преторианки. Присмотревшись, Ира увидела, что пленники одеты в камуфляж — такой же, как у Игоря. Лишь один мужчина и одна женщина были в гражданской одежде. При этом мужчина выглядел совсем старым — лет под девяносто. Она вышла во двор. Майк снимал происходящее на камеру. При виде напарника Иру кольнула совесть. Пока она дрыхла, Майк работал.
Напарник заметил ее, выключил камеру и подошел.
— Привет!
— Привет! — кивнула Ира. — Что здесь происходит?
— Передают персонал FAGG.
— Кому?
— Интерполу, кому же еще? — удивился Майк — Принимает турецкая полиция, но Интерпол за этим присматривает.
Ира смотрела изумленно.
— Мой бог! — Майк хлопнул себя по лбу. — Ты же ничего не знаешь! Совет Безопасности ООН объявил Пакс суверенной и независимой территорией. Проход ставят под международный контроль. Предложение выдвинула Россия, но за него проголосовали все, даже США. Руководителей FAGG будут судить в Гааге. В Цюрихе идут обыски и аресты. Председатель правления FAGG покончил с собой…
«Господи! — подумала Ира. — Все проспала!»
— Мне звонил Лоу, — продолжил Майк — Просил перегнать репортаж как можно скорее. Насчет тебя сказал, что погорячился. Ты по-прежнему в «Евроньюс».
— Обломается! — сказала Ира.
Напарник глянул удивленно.
— Лоу пусть идет на хрен! CNN предлагает за репортаж миллион долларов. С BBC я запросила столько же, но в фунтах. Они сейчас согласовывают сумму.
— «Евроньюс» не подаст в суд? Мы в Турции по их заданию.
— Не посмеют. Мой телефон фиксирует разговоры, и я предъявлю запись в суде. Лоу сказал, что я уволена, следовательно, сюжет принадлежит нам. В крайней случае возместим расходы на поездку и заплатим за аренду оборудования. Мой отец адвокат, я разбираюсь в этом.
В глазах напарника плеснулось уважение. «А то!» — подумала Ира.
— Будем делать стендап? — спросил Майк.
— Не стоит! — отказалась Ира. — И без того наснимали достаточно. Пустим закадровый комментарий.
Майк кивнул и вскинул на плечо камеру. Ворота открылись, и пленников повели на площадь. Майк устремился следом. Ира осталась у лестницы. Идти ей никуда не хотелось. Во двор зашел Игорь.
— Доброе утро! — улыбнулся, заметив Иру. — Давно встала?
— Да! — соврала Ира.
— Выпьем кофе? — предложил Игорь.
Ира кивнула. Они поднялись в кухню, где Игорь занялся кофейником. Спустя короткое время они потягивали горячий, ароматный напиток Ира поглядывала на Игоря, гадая, как начать разговор.
— Меня с Майком зовут в CNN, — выдавила, наконец. — Предлагают миллион долларов.
— Всего-то? — покачал головой Игорь.
— А сколько нужно? — удивилась Ира.
— Думаю, больше.
— С чего ты взял?
— Да так! — Игорь почесал в затылке. — Прикинул. После того, как тебя уволили, я сообщил об этом в Твиттере. Интернет захлебнулся от комментариев. Если б ты видела, как крыли твоего шефа! Естественно, другие компании заинтересовались. Все жаждут подробностей. Не продешеви!
— Моя фамилия Лившиц! — сказала Ира. — С такой невозможно продешевить.
Игорь захохотал. «Какой он симпатичный, когда смеется!» — подумала Ира.
— Скажи, ты знал? — спросила она. — О том, что ваша история так кончится?
Он покачал головой.
— Не ври! — обиделась Ира.
Игорь усмехнулся. Ира насупилась. Он погладил ее по руке.
— Честно, не знал. Предполагал, конечно, надеялся, но все могло измениться в любой момент. Перед вашим прилетом в нас целился танк. Минута — и всем пришел бы конец. Так что вы появились как нельзя вовремя. С этого момента я понял, что мы выиграли.
— Почему?
— Турки не могли стрелять в журналистов. Они стучатся в ворота Евросоюза.
— Ладно! — сказала Ира. — Бог с ними, турками. А Совет Безопасности ООН? Он мог не поддержать Россию.
— Исключено.
— Почему?
— Долго рассказывать.
— Я не спешу.
Ира развернула плечи и завела руки за спину. В такой позе блузка эффектно обтягивает грудь. Она у нее красивая, все француженки завидуют. Сами-то плоскогрудые…
— Спать хочется, — сказал Игорь и потер лицо ладошкой. — Но ты ведь не отстанешь?
— Ни за что! — подтвердила Ира.
— Читала про витус?
— Эликсир бессмертия для стариков?
— Не совсем эликсир, — улыбнулся Игорь, — и тем более не бессмертия. Но FAGG создала отличный препарат. Я работал терапевтом, лечил бабушек, поэтому представляю его эффект. Пожилые люди страдают. Остаток жизни для многих превращается в мучение. А тут никаких болей, чувствуешь себя бодрым, к тому же живешь дольше. За такое никаких денег не жалко. Или влияния.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
