Читаем без скачивания В сетях обмана и любви - Вивьен Воган

Малыш-Сэм потянул ее за юбку:

– Пожалуйста, Молли, напиши мистеру!

Младшие братья всю неделю повторяли эту просьбу утром, днем и вечером, и Молли поняла: ей надо придумать, как заставить их замолчать, прежде чем она сойдет с ума. Она знала, что ей не следует приглашать Рубела Джаррета в Блек-Хауз на Рождество. Однако, пытаясь успокоить детей, она все же написала письмо.

– Я написала, – сказала она всей честной компании однажды утром за завтраком.

Этим утром она намеревалась пойти в город и выяснить, что Клитусу известно о последнем предложении «Харвей». Она чувствовала себя виноватой. «Ты обманываешь детей!» – упрекала Молли ее совесть. Линди взглянула на сестру с подозрением.

– Дай прочитать, – попросила она.

Молли вытащила письмо из кармана фартука и протянула. Малыши слушали, Линди читала вслух.

– «Мистер Джаррет»… Мо-олли! Ты не должна называть его мистером Джарретом!

– Его зовут Рубел, – подсказал Вилли Джо.

– Я знаю его имя, – ответила Молли.

Линди прочитала первую строчку:

– «Дети попросили меня написать вам»… – Линди подняла глаза. – Молли!

– Линди! – передразнила Молли.

– Ты не должна упоминать, что это мы просили тебя написать, – выразила недовольство девочка.

– Но вы просили!

– А ты не упоминай об этом!

– Ты просишь меня обмануть его?

Они посмотрели друг на друга через головы мальчиков.

– Напиши то, что ты чувствуешь сама, – возразила Линди, – и это не будет ложью.

Молли попыталась вырвать письмо.

– Я попробую. Сейчас оставьте меня одну.

Линди увернулась, не желая возвращать письмо.

Она начала снова:

– «Дорогой мистер Джаррет, дети просили меня написать вам и пригласить к нам на Рождество на обед».

– На обед? И он не сможет остаться после обеда? – удивился Вилли Джо.

– Почему бы ему не пожить у нас, как прежде? – не понял Малыш-Сэм.

Молли отобрала у Линди письмо.

– Потому что он все равно не приедет, Вилли Джо…

– Я Сэм!

– Да-да, я знаю. Ешь. У нас много дел. Нужно помочь Шугар.

– Напиши другое письмо, – тихо попросила Линди.

– Нет!

– Пожалуйста, Молли.

Молли вздохнула. Какая разница! Она все равно не собиралась посылать письмо. Можно, конечно, написать и то, что хотят, чтоб было написано, дети. Если она откажется, они проведут оставшиеся до Рождества дни в бесконечных спорах.

– Хорошо, – согласилась она, – я напишу другое.

– Ты поспеши, скоро Рождество, – напомнил Вилли Джо.

– Поспеши, Молли, иначе мистер может снова отправиться в Калифорнию, – забеспокоился Сэм.

– Я покажу вам письмо за обедом, – Молли хотелось верить, что Рубел уже в Калифорнии.

Но если он так далеко, почему воспоминание о нем столь живо в ее сердце? Почему ей все еще ужасно больно?

Клитус не приходил в Блек-Хауз ужинать с того самого вечера, когда она объявила ему, что не выйдет за него замуж. Но в церкви он все еще садился рядом с ней. Свои колени он, конечно, не предлагал Малышу-Сэму в качестве подушки. Дети сидели по другую сторону от Молли.

Молли не изменила своих намерений – черкнуть письмо она всегда успеет – и отправилась в банк.

– Молли, – широкая улыбка появилась на лице Клитуса. – Входи.

Он провел ее в свой кабинет, указал рукой на стул, закрыл дверь и сел на край своего стола, внимательно глядя на нее, как человек, потерявший навсегда любовь. «Любил ли он меня?» – подумала Молли.

– Как ты? – он смотрел на нее, не отрывая взгляда.

– Прекрасно.

Клитус помолчал минутку.

– Я думаю, ты пришла по делу, – сказал он, наконец, его голос выдал разочарование.

Молли приступила к вопросам:

– Что ты знаешь о представителях «Харвей»?

– Они заинтересованы в покупке.

– Когда они купят?

– Как только ты решишь продать.

– Ты имеешь в виду… даже прежде, чем будет известно, где пройдет железная дорога?

– Думаю, да. В договоре все будет отражено. И не так уж плохо, в конце концов, что пока никто и не собирался уточнять, где именно пройдет железная дорога. Еще одна ложь в длинном списке подвигов Джаррета!

Молли постаралась пропустить замечание мимо ушей, разглядывая нелепую картину на стене: элегантная пара гуляла под дождем по гладкой, мощеной булыжником дороге в каком-то городе.

Несмотря на обман, Рубел сделал немало и хорошего и заслужил благодарности. Но этого говорить Клитусу Молли не хотела.

– Что именно будет отражено в договоре?

Клитус положил сцепленные замком руки себе на бедро.

– Они купят дом, начнут его обновление в январе, а если железная дорога не пройдет через Эппл-Спринз, они согласны вернуть дом прежней хозяйке.

– Как насчет денег?

– Сначала они заплатят лишь часть продажной стоимости, и эта сумма послужит компенсацией при расторжении договора, если сделка не состоится.

– И велика ли эта сумма?

– Тебе хватит на жизнь в течение какого-то периода времени, причем довольно длительного: пока маршрут дороги не определится окончательно. Обновление дома, которое будет сделано за это время, окажется для тебя бесплатным. Их заставляет так поступать необходимость выжить в конкурентной борьбе компаний.

– Если я правильно поняла, дети смогут…

– Нет, Молли, не смогут. Люди «Харвей» рассчитывают, что на эту сумму ты одна сможешь жить, сняв в аренду маленький дом в городе на три месяца. Они полагают, что к этому времени в руководстве «Латчер и Мур» будет решен вопрос в отношении железнодорожного полотна.

Молли выпрямилась на стуле, доблестно стараясь сосредоточиться на деле и решив не обращать внимания на горечь в душе.

– Я соглашусь только в том случае, Клитус, если они дополнительно заплатят за следующий семестр Тревиса, без взыскания последующего возмещения, а также возьмут на себя расходы на проживание в течение трех месяцев вместе со мной моей сестры. Мы обе будем работать, так что это выльется компании не в такую уж большую сумму.

Клитус нахмурился.

– Ты, действительно, намерена продать Блек-Хауз?

– Разве не ты заставлял меня сделать это с тех самых пор, как умерла мама?

Он наклонился и взял ее руки в свои.

– Ты упускаешь из виду наиболее важную часть моего предложения, я ведь предлагал тебе не только продать Блек-Хауз…

Молли вырвала руки. Клитус сел на место, глядя ей в глаза с этим своим вечным виноватым выражением на лице.

– Не хочу оказывать на тебя давления, – сказал он, – но я не намерен сдаваться.

Позже Молли обдумала эти слова, довольно важные и сказанные любящим ее человеком. Почему же сдался Рубел? Он не любил ее так сильно, как Клитус? И почему она не может ответить на любовь Клитуса? Однако у нее было одно дело к Клитусу.