Военный совет фронта утвердил этот план. Мосты через Одер были построены в срок.
Рассказывая о форсировании Одера, мне хотелось бы еще раз подчеркнуть, что инженерные войска проявили здесь подлинный героизм. В течение семи дней они самоотверженно боролись с врагом и стихией, обеспечив сосредоточение наших войск на левом берегу. Саперы и понтонеры с гордостью говорили: мы штурмовали Одер, а он упорно оборонялся паводком и ледоходом. И все же мы победили его.
Чтобы представить всю эту титаническую борьбу, достаточно привести такие цифры. Переправу обеспечивали 11 понтонных и 18 инженерно-саперных батальонов фронтового подчинения, да еще 28 армейских батальонов. А всего 57. На Одере было построено 102 низководных моста общим протяжением 16 380 м, наведено 46 наплавных мостов длиной 4860 м, оборудовано 17 ледяных переправ длиной 2540 м. За время спуска воды и ледохода было снесено 48 мостов.
Чтобы соорудить 102 низководных моста, потребовалось 32 760 кубометров леса, который нужно было заготовить и переработать в конструкции в предельно короткий срок, а затем перевезти к реке.
К этому следует добавить, что в Висло-Одерской операции инженерные части и соединения искусно применяли минновзрывные заграждения, прикрывая фланги наступающих войск и закрепляя тактически важные пункты. Ими было установлено 346, 6 тыс. противотанковых и 891 тыс. противопехотных мин. Заминирован 191 мост. [255]
На наших минных полях контратакующие части гитлеровцев понесли немалые потери: подорвалось танков и самоходно-артиллерийских установок — 244, бронетранспортеров — 79, автомашин — 215, солдат и офицеров — 4573.
Эти цифры говорят сами за себя.
Но вернемся к Нижне-Силезской операции. Армии правого крыла фронта после 50-минутной артподготовки 8 февраля прорвали оборону противника, за два дня общевойсковые армии продвинулись в глубину на 10–15 км, а танковые — на 30–60 км. 10 февраля они вышли на реку Бобер и овладели городом Легница. К исходу 12 февраля, форсировав Бобер, войска 52-й армии захватили сильный опорный пункт врага Бунцлау. На шоссе неподалеку от этого города высится памятник фельдмаршалу Кутузову, главнокомандующему русской армией в войне с Наполеоном. Он умер в 1813 году в Бунцлау. Ровно через 132 года мы, советские люди, гнали разбитых гитлеровцев по тем же дорогам. Это символично.
В городе Бунцлау побывал и я. Там еще сохранился дом, где на втором этаже была комната-музей Кутузова. Некоторое время спустя саперы 4-й гвардейской танковой армии под руководством начинжа полковника М. А. Полуэктова на площади в Бунцлау воздвигли Кутузову красивый железобетонный обелиск высотой до 6 м. На нем сделали надпись: «Кутузову — пращуру от правнуков». Так воины Красной Армии отдали дань выдающемуся русскому полководцу.
14 февраля 6-я армия при поддержке 7-го мехкорпуса во взаимодействии с 5-й гвардейской армией окружили Бреслау и осадили его.
На левом крыле фронта 59-я и 60-я армии 22 февраля в соответствии с директивой Военного совета перешли к жесткой обороне и приступили к инженерному оборудованию этого рубежа: на линии иск. Опельн, далее по восточному берегу Одера, Пулау, Рыбник, Зорау. Армейские саперы тут же приступили к минированию перед передним краем и к 25 февраля установили 42 тыс. противотанковых и 50 тыс. противопехотных мин.
Войска правого крыла фронта, выйдя на реку Нейсе к 24 февраля на участке от ее устья до Пенцига, после кратковременных боев перешли к жесткой обороне. Части и соединения, не теряя времени, интенсивно укрепляли занимаемые рубежи, прикрывали их минновзрывными заграждениями.
В конце февраля на 1-й Украинский фронт прибыла 22-я гвардейская штурмовая инженерно-саперная бригада гвардии [256] полковника Павла Федоровича Новикова. Вместе с ним в 1942 году мы воевали на Западном фронте. Тогда он командовал инженерно-саперной бригадой специального назначения. Я хорошо узнал Павла Федоровича, пока он был в моем подчинении. Это организованный и пунктуальный, весьма дисциплинированный командир. Не помню случая, чтобы он в чем-то подвел штаб. Встретились мы с ним как соратники по войне. Я ознакомил Новикова с обстановкой, задачами бригады и направил его к полковнику Слюнину для более детального решения всех вопросов.
Тем временем на нашем фронте наступила вновь оперативная пауза. Но это, как и раньше, был не отдых, а напряженнейшая и трудоемкая работа по инженерному оборудованию занимаемых рубежей, дорог, мостов. К тому же проводились ежедневные занятия по боевой подготовке с полной нагрузкой, без всяких послаблений и условностей.
За время наступательных операций 1945 года инженерные части и соединения, как и все войска фронта, умело громили фашистов. Саперы, понтонеры, минеры успешно обеспечивали наступление войск, всегда находясь впереди, не допуская никаких задержек в преодолении минновзрывных заграждений и водных преград, которых было предостаточно.
Коммунистическая партия и Советское государство по достоинству оценили мужество, отвагу, боевое мастерство воинов инженерных войск, наградив 11193 красноармейцев, сержантов и офицеров орденами и медалями. Награды получили 105 инженерных частей и соединений, из них 15 бригад и 90 батальонов. Почетное наименование было присвоено 2 бригадам и 26 батальонам{36}.
Высокого звания Героя Советского Союза за форсирование Одера были удостоены: полковник И. П. Корявко, майор С. А. Блинников, младший лейтенант П. Н. Жуковский, старший сержант А. Т. Сергеев, сержанты А. П. Енаков, В. С. Чекмосов, П. И. Борисов, В. П. Доброрез, Н. А. Короткий, ефрейторы М. П. Борисов, В. П. Пудников, В. И. Суворов, рядовые М. М. Имаметдинов, С. М. Рубсин, П. М. Сыкало.
Правительственных наград удостоились все начальники инженерных войск армии. В ходе наступления инженерным частям и соединениям 10 раз объявлялась благодарность в приказах Верховного Главнокомандующего. [257]
Весна Победы
Весна 1945 года в разгаре. Последняя военная весна — весна Победы. Каждый из нас страстно хотел дожить до этого светлого дня, но надо было еще добить врага, такого опасного в своей предсмертной агонии. Наш 1-й Украинский фронт вместе с 1-м Белорусским стоял недалеко от Берлина — логова фашистского зверя. Один мощный удар — и падет гитлеровская столица, а вместе с ней рухнет и третий рейх.
Впервые за годы Великой Отечественной войны нам предстояло осуществить инженерное обеспечение форсирования реки с планомерной подготовкой. Это весьма сложный процесс. Раньше мы преодолевали водные преграды с ходу и накопили в этом большой опыт. Между прочим, каждая наступательная операция обязательно сопровождалась форсированием ряда рек с ходу в глубине обороны врага и на широком фронте, причем форсирование проводилось передовыми отрядами, действовавшими впереди наступающих войск. В те места, где они добивались успеха, направлялись основные усилия, захваченный плацдарм расширялся, на него без промедления выдвигались главные силы, которые энергично развивали успех.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
