10
Пророк — и здесь и всюду этим словом переводятся риши (название, данное мифическим существам, которые имели видением гимны «Ригведы»).
11
Эпитет Индры.
12
Ипостась Праджапати, тогда как Индра, Агни и Сома — независимые боги.
13
Жертвоприношение — акт, приносящий плоды. Жертвователь формулирует желание, которое должно реализовываться по мере осуществления ритуала.
14
Совершающий богослужение совершает его на благо Жертвователя, имя, данное тому, кто оплачивает церемонию.
15
Вариант сотворения мира из тела космического человека, из которого возникают элементы космической и одновременно общественной организации. Принесение человека (бога) в жертву нельзя считать спецификой индийской религии: оно присутствует и в греческой культовой практике и чаще всего связывается с культом Диониса, бога, приносящего в жертву людей и животных и принесенного в жертву.
16
Вираджу — женское начало. Происхождение мужчины от женщины, женщины от мужчины — пример космической взаимообратимости, выработанной индийской философией.
17
Впервые в индийской литературе появляется описание варн брахманов (жрецов), раджаньи, или кшатриев (воинов), вайшья (скотоводов, земледельцев, торговцев), шудр (низшего сословия, призванного своим трудом обслуживать три первые Варны). Это мифологическое объяснение происхождения варн многократно повторяется в брахманистской литературе с различными вариантами: варны произошли также из частей тела Брахмы, Вишны, реже Шивы. В «Законах Ману» люди происходят от сыновей Ману. В «Сказании о четырех веках», напротив, сообщается, что в старину люди были одинаково добродетельны и считались брахманами, но, постепенно утрачивая добродетели, попадали во все более низкие варны.
18
Пуп Пуруши — это пуп земли. Пуп играл особую роль и в других мифологиях, рассматриваясь как мировая ось или центральная мировая гора. Но ни одна из мифологий не знает возникновения из этого центра воздуха.
19
Эпиграфы без указания автора или переводчика принадлежат А. И. Немировскому.
20
Праджапати («господин потомства» встает из этого и других гимнов «Ригведы» не только как главная фигура жертвоприношения, жертвователь и жертва одновременно, но и как бог вечного кругооборота природы, текущего и постоянно возвращающегося к своим истокам, и времени, бог календаря и его празднеств, отмечаемых в начале каждого нового года и сезона. В этой ипостаси у него много общего с этрусским Киленом и римским Янусом. Подобно тому как у каждого из главных богов этрусского пантеона, занимающих участки ободка печени из Пьяченцы, был свой Килен, так и свой Праджапати был у ведийского Брихаспати и затем у его восприемника индуистского Брахмы. Как воплощения их функций богов природы и вечного ее кругооборота — смены дня ночью, месяца месяцем, года годом, жизни смертью. Именно поэтому он воспринимался как главный бог—так же как и у этрусков главным богом считался не Тиния, а Килен (Янус). Совершение жертвы на алтаре Праджапати или превращение в жертву его самого рассматривались как культовый акт, и в этом плане он близок к Агни в его ипостаси жертвенного огня, без которого боги не могут существовать.
21
Агни — в ведийской и индуистской мифологии бог огня во всем его многообразии — от домашнего очага до пламени солнца; считался посредником между людьми и богами («ближайший из богов»), поскольку переносил жертвы смертных из жертвенного костра к небожителям.
22
Вайю—ветер и бог ветра, обозначаемый как «быстрейший из богов», вихрь, отождествляемый с Агни.
23
Сурья — в ведийской мифологии бог солнца, входящий в ведийскую триаду Агни — Индра — Сурья, глаз богов; отождествляется с Савитаром. В эпосе с Сурьей связано множество сюжетов, в которых он противник богов, грозящий испепелить их лучами, но также и демонов, и родоначальник героев.
24
В этом варианте мифа о творении в акте сотворения жизненной силы, лежащей в основе растений, участвуют два бога — Солнце и Сома («Месяц»). Однако в мифе их роль неясна. Солнце — и отец, и одновременно женское начало, оплодотворяемое своим собственным жаром и превращенное в изначальный пар дождем.
25
Это указание на видимый глазу оборот солнца от юга к северу и от севера к югу, в ходе которого возникают времена года.
26
Далее в тексте «Махабхараты», где содержится изложение мифа, называется 108 имен, выражающих проявления солнечного бога–творца, — Сурья, Тваштар, Пушан, Савитар, Индра, Яма и др.
27
В ведийских текстах нет сюжета о создании Речи, но образ Речи как творения божества присутствует во многих гимнах. Для передачи непереводимой семантики Речи в индийских мифах мы использовали ведийский метод повторов (переклички слов или словесного эха) в русском языке.
28
Согласно индийской и кельтской мифологии, у богов и людей были свои языки.
29
Сарасвати, Сарью, Синдху— синонимическое обозначение реки на северо–западе субконтинента. К ней обращались певцы гимнов как к величайшему потоку, матери, кормилице, богине. Партнерами ее в мифах считался Пушан, бог плодородия, невозможного без орошения земными или небесными водами, Маруты, боги грозовых туч, Агни, Ашвины, а также женские божества Илу и Вач. С последней она была в постведийское время отождествлена. Посвященные Сарасвати гимны характеризуют культ рек, присущий многим древним народам.
30
Певец выступает на состязании, обращаясь к Вишвакармане, направителю внутреннего видения мира, с вопросами об акте творения, из которых бог предстает то как кузнец, то как плотник, с просьбой раскрыть ему свои творческие тайны и их повторить — принести себе в жертву небо и землю и отдать себя в жертву своему творению.
31
Вишвакарман — бог–двойник Праджапати.
32
Вивасвата — свет жизни, одно из солярных божеств.
33
Саранью — дочь Твапггара.
34
Яма и Ями соответствуют авестийским близнецам Йиме и Ймак, также ставшим первой супружеской парой.
35
Плачу Ями в египетском мифе соответствует плач Исиды по Осирису, в вавилонском — Иштар по Таммузу, в скандинавском — Нанны по Вайдру.
36
В мифах индоевропейских народов нет единого образа Смерти. У греков и скандинавов она мужского пола, у славян, как у индийцев, женского. У греков Танатос (смерть) связан с подземным миром, где он пребывает вместе со своим собратом Гипносом («Сном»). Брахма оставляет Смерть при себе, заставляя выполнять ее функцию освобождения Земли от излишнего бремени жизни. Идея греха и наказания за него в индийской концепции смерти не развита.
37
В индийской мифологии красный цвет ассоциировался со смертью.
38
Юг во многих мифологиях ассоциировался с царством смерти, поскольку жилища бессмертных богов помещались на севере.
39
В ведийской мифологии не было бога–похитителя огня, подобного греческому Прометею, но сам божественный огонь Агни по свойственной ему подвижности скрывается от богов и возвращается, лишь добившись повышения своего статуса и увеличения доли в жертвоприношениях. Видимо, гимн X, 51 воспроизводит заключительную часть мифа о бегстве Агни и его возвращении к своим обязанностям. Агни рисуется богом, вступившим в сообщество богов позднее, чем другие боги, которых возглавляет Митра–Варуна, всеобъемлющий бог, связанный с изначальным миром, охраняющий космический закон и карающий его нарушителей.
40
Агни избирает своим убежищем изначальные воды, поскольку это место его рождения («Атхарваведа», I, 33, 1).
41
Яма в этом гимне хотя и не назван богом — не «последний из умерших», а фактически один из богов.
42
Это место трудно для понимания. Некоторые толкователи полагают, что речь идет о блеске тел Агни на протяжении десяти дней пути.
