— Кто там? — набралась смелости Анна и подошла к двери. — Что вам надо?
— Ой, какой приятный голос, — послышалось снаружи. — Открой, хозяюшка, добрым молодцам. Наш кони водицы просят. Двигатели перегрелись.
И снова раздался смех. Анна подошла к окошку и тотчас отпрянула. Одновременно с ней, но с другой стороны, в него заглянул красивый молодой мужчина. От неожиданности он тоже отшатнулся, но в следующий миг уже улыбался и подмигивал Ане.
— Милая девушка, — заговорил он с ней. — Меня зовут Макар, а это мой брат Фрол. — Он повернулся и позвал к себе кого-то. Анна увидела точно такого же красавца-близнеца. — Вот он. Открой нам, пожалуйста, милая девушка. Мы не причиним тебе вреда.
— Жанна, иди сюда, — позвала Аня сестру. — Смотри какие красавцы!
Жанна поспешила к окошку и снаружи послышались возгласы одобрения:
— Ой, красота какая! Две сестрицы и два братца! Это — Судьба!
Тем временем, Олеся села рядом с Юрой и взяла его за руку. Девушка тряслась от страха и искала у него защиты. Это обстоятельство немного воодушевило Юрия. Анна с Жанной между тем тоже стали улыбаться двум голубоглазым блондинам, что так настойчиво просились в избу.
— Может впустим? — не переставая строить глазки одному из братьев, предложила Жанна сестре. — Он что-то про двигатели говорил. Может них есть тачки и мы сможем отсюда, наконец, убраться?
— Да вроде ничего пацанчики, — согласилась Анна. — И одеты не как лохи. Перстенёк видела? Правильные вроде мужчинки. Нашего круга.
— Юра, — Олеся крепко сжала руку молодого человека и тот удивился силе столь хрупкой на вид девушки. — Я боюсь. Давай пока незаметно укроемся в той комнате, где я пряталась? А вдруг это маньяки?
Перспектива остаться наедине в одной комнате с такой красавицей взбудоражило воображение Юрия и к тому же подсказала ему его дальнейшие действия. Юре совершенно не внушало доверия встреча лицом к лицу с какими-то двумя подозрительными братьями. А так можно было бы переждать и прислушаться.
— Хорошо, — согласился он. — Давай, только незаметно…
— Ну откройте же, красавицы, — по-прежнему взывали Макар и Фрол. — Ну неужели хотите, чтобы мы перед вами на коленях ползали?
— А почему нет? — Жанна подошла к двери и открыла её. — Валяйте! Вползайте!
Браться переглянулись и засмеялись. Затем, упав на колени, довольно быстро вползли в избу.
— Ладно уж, вставайте, — рассмеялась Аня. — Откуда такие красивые мужчинки в таком гиблом месте?
— Гиблом? — переспросил тот, что назвался Макаром. — Да тут до шоссе рукой подать.
— В само деле?! — изумлённо обрадовались сёстры.
— Ну да, а что вас так удивило?
— Да просто тут жуть какая-то происходила и мы не знаем как тут оказались, — эмоционально затараторила Жанна. — Сначала "травка", потом камень, а дальше вспышка и мерзкие мокрицы…
— Мокрицы? — братья переглянулись и по их взглядам читалось, что они сомневаются в ясности рассудка девушек.
— да нет же, мы не дурры! — заметила их подозрения Анна. — Просто… Слушайте, просто увезите нас отсюда с собой. А мы… А мы отблагодарим…
И Анна кокетливо прикусив нижнюю губу, томно закатила глаза и едва заметно завиляла бёдрами. Жанна и вовсе пошла дальше, бросившись на шею Фролу и страстно поцеловав его в губы.
— Ого! — воскликнул впечатлённый напором очаровательной девушки Фрол и, сев на лавку, усадил Жанну к себе на колени, крепко обняв рукой её талию, а вторую положив ей на колени.
— Ну правда, ребята, что вам стоит? — надула губки Анна, изображая обидевшуюся девочку.
— А что если сначала маленький аванс? — подмигнул ей Макар и не дожидаясь ответа взял Анну на руки.
— Мжно и аванс, — улыбнулась та ему.
С торжествующим возгласом, Макар понёс Анну в комнату, расположенную рядом с той, где прятались Юрий и Олеся, захлопнув за собой дверь ногой.
— А что же мы? — расстёгивая рубашку Фролу, похотливо спросила его Жанна.
Вместо ответа он жадно начал покрывать поцелуями её лицо, шею, грудь… Жанне было приятно, хотя про себя она и отметила, что губы и язык у Фрола слишком уж холодные и склизкие.
— Что там происходит? — спросил Юра.
— Не обращай внимания, милый, — Олеся перевернула его на спину, оказавшись сверху. — Я думаю им хорошо. Так пусть и нам будет как никогда хорошо, тем более у нас есть время. Они уезжать пока не собираются судя по всему.
— Да, это отлично, что у них есть машина, — продолжая целовать руки девушки, сказал Юра. — Только пить хочется — во рту снова сухость жуткая.
— А ты молчи, мой сладкий, — улыбнулась ему Олеся. — Тогда и сохнуть не будет. Веточник ты мой…
Юрий хотел было переспросить как она его назвала, но Олеся опускалась всё ниже и ниже, покрывая его тело поцелуями, и он решил, что это собственно и не имеет никакого значения. Пусть хоть горшком назовёт, лишь бы продолжала делать то, что делала. Он чувствовал как приятная дрожь проходит по всему телу. Если бы не эта сухость во рту и не щипало бы так глаза, то ощущения потрясающие! Но сухость вскоре перестала донимать — язык буквально прирос к нёбу, а, закрыв глаза, уже не чувствовалось никакого щипания.
"Ах, что она вытворяет!" — восторженно подумал Юра. — "Ещё немного и она высосет из меня все соки без остатка…"
Мгновение. Ещё. Тело Юрия содрогнулось и вытянулось в тугую струнку, одновременно ощущая как все силы и влага покидают его, как если бы кто-то вырвал вырвал пробку из наполнено ванны.
Он ещё слышал какие-то всхлипы из соседних комнат, когда попытался открыть глаза. Но, к своему ужасу, о не мог их открыть. Юра попытался закричать, но не тут-то было! Казалось челюсти срослись, а язык абсолютно высох.
— Из тебя получится хороший веник, — услышал он голо Олеси. — Не отличный, но неплохой. Сейчас поломаю тебя хорошенько и свяжу как следует. Пользы немного, но приносить будешь. Вот из хорошего человека и веник не получается как ты его ни крути да не ломай. А вот когда наоборот, то и труда не составляет согнуть его как угодно.
Послышался хруст. Другой. Третий. Затем Олеся вышла из комнаты и обращаясь к двум мерзким слизнякам, что обвивали друг друга прямо на лавке у двери, скомандовала:
— Вон отсюда! Выползайте прочь!
Выпроводив эту парочку, она выгнала веником и другую — из соседней комнаты. Когда уже и те и другие присоединились к общей бесформенной биомассе своих сородичей на замшелых пнях, Олеся зловеще засмеялась и захлопнула входную дверь. Свет в ветхой избушке погас. Опушка озарилась слабыми лучами солнца. По замшелым пням ползали мелкие противные мокрицы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
