за такую новость я тебя помилую. И даже не стану ограничивать сроками. Просто сделай так, чтобы мальчик не вернулся в Галатон. Теперь я уже не уверен, что он не выполнит миссию. С такой—то прытью и везением…
* * *
– Вставай, командир, чего разоспался?
Ну конечно, мастер Триммлер собственной персоной. Опять ему неймется. Я нехотя поднялся и огляделся вокруг. Все спокойно, насколько это возможно. Во всяком случае, небо и восходившее солнце были обычного цвета, что уже не могло не радовать.
– Подъем! – солдаты с готовностью вскочили.
Вот интересно: теперь, когда они считали меня чуть ли не людоедом, приказы выполнялись моментально. Нет, конечно, и раньше воины блюли дисциплину, но теперь к этому примешивалось еще и какое—то замешанное на суеверном страхе уважение: вот, мол, какой у нас командир, зверь, да и только! Мы привычно преодолевали вязкое сопротивление песка, сегодня никаких таких дурных предчувствий ни у кого не было. На привале я снова перенес свое астральное тело за пределы физического, теперь уже не ради тренировки, а для того чтобы определить по цветам окружающего пейзажа, не приближается ли новая опасность. Ничего странного не заметил. Как я уже понял, в таком состоянии я обретаю способность видеть энергетические потоки. Вернувшись в свое тело, решил проверить, восстановились ли за ночь мои магические способности. Краем глаза увидел, что мастер Триммлер смотрит на меня с затаенной надеждой, видимо, соображая, удастся ли ему разжиться еще парой даймов бороды.
– Только не колдуй на гнома, лейтенант! – захохотал Добб. – А то он, того, этого скоро по песку идти не сможет, в бороде запутается!
– Лишь бы ты в ногах не запутался, – обиженно пробормотал сын гор.
На этот раз я решил обратиться к воздуху и сотворил кратковременный, но очень приятно освеживший ветерок. Да, сила вернулась, но не вся. Хорошо меня потрепал этот самый Песчаный бог! Ничего удивительного, если даже демон оказался выжат… Впрочем, на случай битвы, моей магической энергии вполне хватило бы.
После привала я даже позволил себе немного помечтать: а что, если действительно, как сказала Айшет, пустыня отпустит нас без новых потерь и жутковатых приключений? Зря мечтал, как оказалось.
– Дымом пахнет, – сообщил Йок, потянув носом.
Ничего такого я не чувствовал, но Зарайя подтвердил:
– Да, тянет.
– Может, затан впереди? – обрадовался Флиннел. – Купим у них мяса, а то у меня уже закончилось.
– Затан—то затан, да дым не от костра, – недоверчиво проговорил Йок. – Гарью несет.
Двое солдат с Давином во главе отправились в разведку. Вернувшись, капрал доложил:
– Затан есть, точно. Грабят его. Карачин. Шатры жгут. Мужчин всех вырезали, за баб и детишек принялись.
– Много их?
– Пара десятков.
– Что, лейтенант? – хмуро взглянул на меня Хамар.
– Зачистка.
Не оставлять же детей и женщин на произвол судьбы…
Этот отряд карачин оказался действительно совсем небольшим. Видимо, разбойники твердо были уверены в том, что они – единственные хозяева пустыни. Их кони стояли неподалеку. Карачин даже караулы не потрудились выставить. Все, в полном составе, упоенно предавались своей разрушительной забаве. Крохотный затан был усеян телами жителей—мужчин, отовсюду раздавались крики женщин. Несколько шатров горели, распространяя удушливый запах тлеющей тряпки. Мы окружили селение и ворвались в него одновременно, вызвав среди ублюдков смятение. Почему—то мне не хотелось применять заклятия. Вид окровавленных трупов и растерзанных, рыдающих женщин привел меня в ярость. А уж когда заметил стайку перепуганных ребятишек, прячущихся за уцелевшим шатром… Так что я выхватил Честного и ринулся на ближайшего ко мне разбойника, тащившего копченую баранью ногу. Странно, но он, видимо, от неожиданности, попытался скрестить с моим мечом свою добычу. Нашинковав копченость, я проткнул противнику горло, но, ничуть не удовлетворившись этим, побежал на поиски нового врага. Он не замедлил обнаружиться: один из шатров ходил ходуном, и оттуда доносился истошный крик. Я отдернул полог, и мне предстала не самая аппетитная картина: двое ублюдков держали молоденькую девушку, а третий, стоя на коленях ко мне спиной, спускал штаны. Все их внимание было приковано к жертве, так что мое появление явилось сюрпризом. Честный, наискось обрушившись на шею насильника, аккуратно снес его буйную голову, залив кровью извивающуюся и отчаянно сопротивлявшуюся девчонку. Та, видно, от ужаса, замолчала и только тоненько всхлипывала. Двое оставшихся карачин вскочили на ноги и выхватили сабли. Но теснота шатра не давала им развернуться. Девушка, про которую все тут же забыли, ужом выскользнула наружу. Я последовал за ней и подрубил колья, удерживавшие шатер, обрушив его на головы разбойников. А потом… Вы когда—нибудь рубили капусту? Вдоволь натешившись, я оглянулся по сторонам. Конечно, все уже было кончено. А впрочем, не совсем. Один из карачин, неизвестно как выживший в этой кровавой каше, пятился к выходу из затана, как щитом, прикрывшись миловидной черноволосой женщиной. Он приставил к ее горлу кинжал, и что—то гортанно выкрикивал.
– Сними его, Лютый, – лениво посоветовал Бил, протирая свой меч.
Ом вскинул арбалет. По всей видимости, ему была совершенно безразлична судьба несчастной, но все же, не желая лишаться репутации безупречного стрелка, капрал тщательно прицелился. Однако выстрелить не успел. Густой поток горячего воздуха выбил из руки разбойника кинжал. Почти одновременно тонкая, как игла, голубая молния со свистом рассекла воздух и вонзилась точно в его правый глаз. Я изумленно воззрился на Дрианна, который с искренним недоумением разглядывал собственные руки. Потом парень стащил с себя шаджаб и вытер им капли пота с бледного лица.
Женщина отбежала от карачин, который медленно, плашмя, падал на песок, сохраняя на теперь уже одноглазом лице удивленное выражение.
– Ну, так что? – деловито осведомился мастер Триммлер. – Хоронить—то их будем, или дальше пойдем? Что—то здесь оставаться уже неохота…
Если честно, заниматься похоронами мне тоже абсолютно не хотелось. Тем более что женщины, воя, растаскивали покойников по шатрам.
– Сами справятся, – сказал я. – Пошли отсюда.
Мы направились к выходу из затана.
– Коней—то брать будем? – спросил Давин, с симпатией поглядывая на горячих скакунов.
– Оставим в селении, как трофей, – решил я. – Все равно на всех не хватит.
Конечно, кони мужей не заменят, но хоть что—то…
– Айя! – раздался за спиной окрик.
К нам спешила спасенная Дрианном женщина. Она остановилась перед магом и ласково заглянула в его округлившиеся от удивления голубые глаза.
– Хм, хорошенькая, – оценил Добб.
Скорее, она была приятная – невысокая, как и все обитатели этого неласкового края, худощавая, немного угловатая. Черные волосы, заплетенные в толстую косу, кое—где тронуты сединой, но лицо было молодым. Любопытствующие солдаты окружили ее и парнишку, вполголоса отпуская грубоватые шуточки. Но женщину это, казалось, ничуть не
