грехах! Нет бы подумать: ну, какой из него кайлар? Он обычное—то боевое заклятие не может выполнить без риска подпалить собственные ноги. Тем не менее, на душе стало легко. Есть уже двое, которым я могу доверять.
– Это мой последний подарок, барон, – проговорил лорд Феррли. – Больше подсказок не будет. Думайте сами, анализируйте. У вас есть все исходные данные для вычисления врага. Нужно только вывести правильную формулу. А теперь спать, спать, господа!
– А учиться когда? – возмутился Дрианн.
– Экий вы неугомонный! Завтра учиться. А сегодня – отдыхать…
Дрианн поплелся в другой конец лагеря. Видимо, все еще боялся насмешек. Напоследок он обернулся и весело спросил:
– Рик, так, значит, это не вы съели сердце проводника?
– Я его съел, я! – проворчал демон. – А будете плохо учиться – и ваше съем!
Парень ничуть не испугался, и, счастливо засмеявшись, отправился восвояси. Я улегся и закутался в плащ – по ночам в пустыне было прохладно. Артфаал плюхнулся мне на грудь и смачно зевнул:
– Спокойной ночи, барон…
* * *
– Ну—с, какие новости?
– Мой господин, я атаковал бастарда заклятием Лунного савана, но он сумел защититься.
– Ничего удивительного. Если ты и дальше будешь действовать так примитивно, скоро он швырнет в тебя ответную волшбу.
– Но что мне делать, мой господин? Теперь я знаю совершенно точно: бастард – Темный маг!
– Как мне надоели твои причитания! Ты Дракон, или жалкая прачка? Кстати, девочка не появлялась?
– Нет, думаю, и не появится. Мне показалось, что после того как Заклинающая прогнала бога Бездны, они с бастардом распрощались навсегда.
– Отлично! Хоть что—то приятное от тебя услышал…
– Могу ли я спросить о ваших делах, мой господин?
– Принцесса до сих пор относится ко мне холодно, император окружил ее и себя непробиваемой стеной охраны – магической и обычной. С эльфами все идет по плану. А вот со жрецами договориться не удалось. Да это и неудивительно: они между собой—то разобраться не в состоянии.
– Но что они могут?
– Это ты ничего не можешь, как выяснилось. А жрецы – мощная сила. Нельзя недооценивать роль религии в жизни общества. Думаю, придется кинуть им кость, пусть успокоятся…
– Нас ждет Единобожие, мой господин?
– Ну, до этого вряд ли дойдет, но на некоторые уступки пойти придется…
* * *
Я раздраженно рассматривал новое препятствие, возникшее на нашем пути. Почему горы? Откуда вот они здесь взялись? И почему мне никто не доложил? Как будто увидел их впервые. Между тем, все дни с тех пор, как кто—то из капралов указал мне на горизонт, где высились эти исполины, я испытывал злость и разочарование.
– Того, этого, – недовольно ворчал Добб. – Я и забыл, какие они здоровые, видел только с той стороны, из Санмы.
– Ну, и Луг с ними, ничего страшного, – утешал его мастер Триммлер.
– Вот ты нас и поведешь! – заявил капрал.
Гном слегка опешил:
– Почему это я?
– Да потому что ты из горного народа, вот почему!
– Так называть нас люди придумали, – защищался мастер Триммлер. – А б’хойч по—нашему – подгорный народ! Есть разница, голова твоя дубовая?
– Нет никакой разницы, и голова у меня как у всех! Того, этого! Поведешь – и баста!
– Ну, как знаешь. И помни: сам напросился! Мы по горам не шастаем, все больше в горах сидим. Конечно, Гольтенвейер я знаю, как свои пять пальцев. А эти…
Гном с сомнением воззрился на каменистые возвышения, так предательски перегородившие дорогу в Санму.
– А может, их обойти?
– Не, – невозмутимо ответствовал Зарайя, дергая себя за бороду. – Они дли—и–и—нные, вдоль всей границы тянутся. Перейти проще.
Я перестал прислушиваться к их разговору. И так понятно было: придется лезть. Где я только ни побывал за время своего безумного путешествия: в Океане слез, джунглях, болоте, пустыне… теперь вот горы, чтоб их!
Все последние три дня в Пустыне призраков мы тупо месили песок, любуясь видом вершин на горизонте. Не знаю уж, сбылось ли обещание Айшет, или просто так совпало, но вокруг ничегошеньки не происходило. Так что я даже устал от однообразия. Единственным развлечением – но зато каким! – являлись ночные уроки с Артфаалом, на которых теперь присутствовал и Дрианн. Правда, программа у нас с магом была разная. От меня лорд Феррли требовал тщательной проработки фрагментов Большого Темного зонта, и теперь я знал это плетение так хорошо, что мог бы воспроизвести его разбуженным среди ночи, после двух выпитых кувшинов старки. Однако недоверчивый демон так и не позволил мне создать заклятие полностью, а заставлял снова и снова повторять пройденное. Дрианн же, под его чутким руководством, делал упражнения на концентрацию, ибо, как заявил Артфаал, все его проблемы были от неумения сосредоточиться на одном действии. Еще мальчишка отрабатывал обычные боевые заклятия и обращение к Светлым источникам. Несмотря на то, что его бурная деятельность доставляла нам немало неприятных моментов – он умудрился за один урок подпалить шерсть на кошачьей спине, окатить меня ледяной водой, а затем вывернуть на нас гору песка – демон был доволен. И даже часто хвалил мага, гораздо чаще, чем меня. Не то чтобы я так уж жаждал его похвалы, или проявлял школярскую ревность, но все же этот факт вызывал у меня недоумение. Когда я прямо спросил лорда Феррли, почему его так восхищают весьма скромные успехи Дрианна, а моя работа, как правило, вызывает лишь нарекания, тот ответил: «Не нужно сравнивать, дорогой барон! Чем больше талант, тем мощнее должна быть отдача. Мальчик очень способный, но его дар не выходит за рамки нормы. К тому же, он юн, наивен и неопытен. Ему нужна поддержка и одобрение. Вы же должны стремиться к большему, ибо то, что дано вам от рождения, налагает на вас определенные обязанности». И все. Как всегда, когда речь заходила о моих силах, расплывчато и неясно. На все мои попытки выспросить, что же именно дано мне от рождения, следовали общие фразы, типа: «Терпение и труд и орка воспитают», «Выученная ведьма опасней прирожденной», и прочая лабуда. Тем не менее, Дрианн действительно шел в гору: после первого же занятия он продемонстрировал нам блестяще выполненное заклятие Воздушного удара, к счастью, направив его на демона. Я бы от такого просто рассыпался на куски. Неизвестный вражина делал еще два захода, стараясь достать меня Темным заклятием. Сначала «Петлей смерти», которая, как просветил нас лорд Феррли, захлестывает шею жертвы и медленно отрывает голову. От этой штуки я, подтянув к себе Дрианна и Артфаала (ну, не мог просто бросить кошака, хоть и понимал, что
