спрашиваю. Итак, зачем вы хотели меня видеть?
– Ага! – Джудит внутренне сжалась. Неужели это все, на что она была способна?
На помощь ей пришла темноволосая женщина.
– Предлагаю вам обоим пройти в кабинет Элиота. Там вы сможете спокойно поговорить.
– Как скажешь, дорогая. – Элиот кивнул женщине и улыбнулся. – Ты здесь начальник. – Насмешка в его голосе выдавала истинное положение дел.
Мужчина развернулся и прошел в кабинет, и Джудит ничего не оставалось, как проследовать за ним. Она все еще пыталась придумать оправдание своему визиту.
– Это Дейзи, – объяснил Элиот, усаживаясь в кресло за большим письменным столом. – Моя жена. Удивительная женщина. Поражаюсь тому, что она меня до сих пор терпит. Ну да ладно. Чем я могу вам помочь?
В голове Джудит так и не появилось ни одной идеи. Ее взгляд заметался по комнате в поисках чего-то, что могло бы подтолкнуть мысли в верном направлении. На стене кабинета висело множество фотографий. Джудит подошла ближе, чтобы рассмотреть их. Она как могла тянула время. Некоторые фотографии потускнели со временем, но на них еще можно было разглядеть мальчиков-подростков, сидящих в каноэ или позирующих в строгих пиджаках с медалями на шеях. Надписи на табличках под снимками указывали, что сделаны те были в местной школе – гимназии сэра Уильяма Борлейза. Джудит обратила внимание, что на каждой табличке среди прочих имен значилось: «Э. Говард».
– Так вы занимались греблей? – Джудит сказала это лишь для того, чтобы заполнить невыносимо длинную паузу, но внезапно ощутила прилив вдохновения. – Я пришла за своими деньгами.
– Прошу прощения?
– Да, мне следовало с этого начать. Меня зовут миссис Джудит Поттс, и вы должны возместить причиненный мне ущерб. Помните регату в Хенли? Там вы вели себя неподобающе.
Элиот окинул ее заинтересованным взглядом.
– Черт возьми, что все это значит? – воскликнул он.
Джудит показалось, что мужчина занервничал.
– Я бы даже сказала, вы здорово опозорились, сцепившись с тем человеком. Подумать только, прямо на королевской трибуне!
– С каким человеком?
– Стефаном. Кажется, так его зовут. Он владеет галереей в Марлоу. Вы были с ним очень грубы. А потом, покидая трибуну, вы толкнули меня, и я пролила красное вино на свое платье. Услуги химчистки обойдутся как минимум в семьдесят фунтов, и я требую, чтобы вы оплатили счет.
Элиот не моргая смотрел на Джудит.
– Не припомню, чтобы толкал кого-то, – наконец произнес он.
– Но остальное вы отрицать не станете, верно?
– Послушайте, это правда, что в тот день мы с мистером Данвуди не сошлись во мнениях. Но вас я точно не видел.
– Я совсем не удивлена. Вы были в таком состоянии… полагаю, вы вообще плохо помните события того дня. Тот несчастный, на которого вы кричали, не сделал ничего плохого.
– О, поверьте, он сделал достаточно.
– Не представляю, чем можно заслужить такое ужасное отношение!
– Вы не знаете, о чем говорите.
– Может, и так, но все же…
– Он был мошенником! – выпалил Элиот, перебив Джудит.
– Что вы сказали?
– Стефан Данвуди был мошенником и обманщиком. Жуликом и плутом. А теперь, если вы не возражаете, мне нужно вернуться к работе. Я занятой человек. Вынужден просить вас уйти.
Мужчина сверкнул холодной улыбкой, означавшей, что встреча окончена, и начал перебирать бумаги на своем столе.
– А как же мое платье?
– Если хотите знать мое мнение, – произнес Элиот, не поднимая глаз, – я считаю, что вы всё это выдумали. Одному богу известно зачем, но знайте: у меня отличная память на лица и я уверен, что мы с вами никогда прежде не встречались. Более того, в Хенли я никого не толкал. Даже если бы я пролил вино кому-то на платье, пострадавшая точно не стала бы ждать два месяца, прежде чем предъявить претензии. Пожалуйста, покиньте мой кабинет.
Джудит замялась. Она открыла и закрыла рот, перевесила сумочку с одной руки на другую, но так и не придумала, что ей на это ответить. Она уже направилась к двери, но вдруг остановилась и резко обернулась.
– А почему вы сказали, что он «был» мошенником? – спросила Джудит.
– Вы еще здесь? – Элиот вздохнул и все же посмотрел на женщину.
– Да, и я хочу знать, почему вы говорите о Стефане в прошедшем времени?
Он отстраненно пожал печами.
– Это же очевидно. Потому что он мертв, разве не так?
– Как вы узнали?
– В офисе только об этом и говорят. Стефан Данвуди, большой знаток искусства, трагически погиб, помилуй Господь его душу. Несчастный случай. Но, позвольте полюбопытствовать, откуда вам это известно?
– Откуда известно мне?
– Да. В нашем аукционном доме Стефан был частым гостем, мои сотрудники хорошо его знали. А как вы с ним связаны?
– Не слишком ли дерзкий вопрос?
– Не думаю, учитывая обстоятельства. – Элиот откинулся на спинку кресла и пристально посмотрел на Джудит.
Женщина чувствовала какую-то странность в его поведении. Но что это было?
– Как вы с ним связаны?
– Я его соседка, – призналась Джудит, не находя в себе сил продолжать и без того затянувшийся спектакль. – Сегодня утром меня допрашивала полиция. И вот что я вам скажу: это не было несчастным случаем. Его убили.
– Ах, вот как? Что ж, мне все ясно. – Мужчина вмиг просветлел лицом.
– Я вас не понимаю.
– Вы серьезно полагаете, что кто-то мог его убить?
– Да. Его застрелили.
– Как интересно. Выходит, вы здесь не из-за платья?
Улыбка не исчезла с губ Элиота, но взгляд его, казалось, потух. Джудит вдруг стало не по себе. Из комнаты будто в один момент откачали весь воздух.
– Разумеется, из-за платья, – уверенно произнесла женщина, хотя отлично знала: Элиот видел, что она лжет.
– А я так не думаю. Вы просто любопытная соседка, вот так. Вбили себе в голову, что, раз я поругался со Стефаном в Хенли, а теперь он мертв, нужно покрутиться возле меня и все разведать. Возомнили себя сыщиком?
– Вы ошибаетесь.
– Допустим. Вы знаете, когда убили мистера Данвуди?
Вопрос поразил Джудит. Элиот с такой легкостью говорил о смерти человека.
– Прошлым вечером, около восьми часов. Может, в десять минут девятого.
– Что ж, позвольте вас разочаровать. У меня есть алиби.
– В самом деле?
– Вчера в восемь часов я был в церкви Всех Святых. Видите ли, я пою в церковном хоре. Уже много лет. Репетиции проходят каждый четверг с семи до девяти. В тот момент, когда в Стефана стреляли, я стоял прямо перед священником. Кстати, были там и псаломщик, и другие церковные служители. А среди прихожан я видел мэра Марлоу.
Джудит наконец осознала, почему поведение Элиота казалось ей странным: мужчину явно забавляла вся эта ситуация. Он играл с незваной гостьей, как кошка с мышкой.
– Не беспокойтесь, я не буду ждать от вас счета за химчистку.
