Эта бригада получила задачу наступать в направлении сел Верхний Агадеве, Малхас, Масак, т. е. в обход правого фланга отступавшей группы Абдул-Керим-паши. За конными частями во втором эшелоне наступал Шарпантье с 261 -м Ахульгинским пехотным полком, с 4 батареями и частью 3-го Черноморского казачьего полка. В общем на данном направлении, считая и войска левого фланга корпуса должно было быть сосредоточено до 8 батальонов и 24 эскадронов и сотен с артиллерией. Однако Вивьен, вопреки приказу, в 15 часов прибыл со своей конницей в район села Хамур, где наступал центр корпуса.
2 ^ГО-восточнсс перевала Клыч-гядук. 17-й Нижегородский и 18-й Ссвсрский дра^искис полки.
1 '•' На следующий день группе Баратова, наконец, удалось выполнить основную задачу — овладеть перевалом Клыч-гя-Дук (где было захвачено в плен 6 турецких офицеров и 242 солдата) и селами Эсмар и Дутах. В районе последнего было захвачено 7 офицеров и 301 солдат, взято 100 ящиков со снарядами Для русских пушек (по предположению русского командования, эти снаряды были утеряны 4-м Кавказским корпусом при
344
Комбриг Н. Г. Корд/н
отступлении) и 50 — для турецких орудий, 900 вьюков и много продовольствия.
Турки, отошедшие с перевала, в тот же день успели переправиться на левый берег реки Восточный Евфрат и, имея сильные арьергарды, начали отступать от села Палантекен на город Мелязгерт. В итоге намечавшийся фланговый удар группой Баратова оказался менее эфгрективным, чем ожидалось, вследствие недостаточного взаимодействия с главными силами 4-го Кавказского корпуса, опоздавшими с наступлением.
Эти последние, выйдя 26 июля на фронт село Палантекен, высоты севернее села Гюль-Тапа, как и следовало ожидать, встретили наиболее упорное сопротивление на своем левом фланге, где против обходящих частей русских турки сосредоточили до 12 батальонов с 2 полками конницы. Русские, имевшие накануне на этом направлении до 8 батальонов с конницей, усилили левый фланг корпуса 4 батальонами из имевшегося маневренного резерва. Кавалерийская бригада Вивьена, накануне самовольно отошедшая в район села Хамур и там бездействовавшая, получила приказание от штаба армии в полдень двигаться на поддержку конницы Потто, встречавшей упорное сопротивление турок в районе Гюль-Тапа.
В качестве резерва 4-й Кавказский корпус мог использовать отряд Назарбекова, подходивший 26 июля к селу Ташличай-суфла. Однако вместо того чтобы направить этот отряд для удара в правый фланг отступавших турок, он первоначально был притянут командиром корпуса в район села Кара-килиса, с тем, чтобы совместно с 66-й пехотной дивизией, наступавшей с фронта, теснить турок. В итоге отряд Назарбекова принял участие в преследовании турок с большим опозданием.
Однако бригада Вивьена, направлейная из села Хамур на села Чиврик, Гюль-Тапа, Масак, не доходя села Чиврик, вместо того чтобы искать взаимодействия с соседями и особенно попытаться в горном бою найти фланг противника, вновь самовольно повернула к селу Верхний Хано, где провела в полном бездействии вторую половину дня. Вивьен, оправдываясь перед Абациевым, указывал, что когда он с бригадой подходил к полю боя, то заметил отход частей 263-го Гунибского пехотного полка, который перед этим вел наступление на левом фланге 66-й пехотной дивизии с целью овладеть позицией ту
рок, занимавших командные высоты. Это происходило во второй половине дня, почему даже при удаче гунибцев он якобы не мог рассчитывать продвинуться вперед. Вивьен осветил в таком же духе положение бригады и своему начальнику дивизии Шарпантье, одобрившему его решение. В этом случае, по мнению Вивьена, не исключалась возможность при благоприятном «обороте дела», т. е. при успехе гунибцев, наступать на село Масак. Затем, при неудаче, этого полка Вивьен мог принес -I пользу в смысле прикрытия прорыва фронта на его участке.
Бездеятельность не только Вивьена, но и самого Шарпан-;в этой операции обращает на себя внимание. При этом резко выявились отсутствие стремления к маневру обходом и пре-ебрежение возможностью взаимодействия с соседями.
Корпус продолжал неудачно преследовать турок. Причин их неудачных действий две: во-первых, наступление частей орпуса (особенно конницы, вновь распыленной на всем фрон-е) сводилось к лобовым ударам, а не к широким маневрам-обходам, и, во-вторых, кавалерийские начальники, выполнявшие ответственные задачи, слабо руководили конницей. Начальник штаба Кавказской армии, понимая причины еудачных действий 4-го Кавказского корпуса и желая подтол-гь командира корпуса Огановского к большей решительности, 25 июля телеграфировал ему:
«...Вы лично были единственным, настаивавшим на энергичном отпоре хотя бы и превосходным силам турок. Все же окружающие : стояли за поспешное отступление или уходили без вашего разрешения и даже вопреки вашим приказаниям. Вот этот последний эле-"ент, казалось бы, подлежал немедленному удалению, потому что позволяет спекулировать на вашей высокой боевой репутации. Ране-ые офицеры называют место и время, когда наши походные колонны внезапно подвергались обстрелу с самого близкого расстояния, что не говорит в пользу колонного начальника. В городе Мелязгерт из-за запасов произошла свалка, что также непохвалыю для старше- 1 из присутствовавших там начальников. Зайдя в тыл туркам, конные части бездействовали в течение нескольких дней и т. д. От таких начальников необходимо избавиться в кратчайший срок, иначе все будет валиться совершенно несправедливо на ваши плечи. Главнокомандующему известно также, что в штабе у вас не было начальника штаба и вы вынуждены были работать один за всех».
Что касается действий двух казачьих бригад — 2-й Забайкальской и Закаспийской, то они, истощенные бескормицей ввиду усилившейся деятельности курдов на северном берегу озера Ван, обеспечивали районы село Диадин, город Баязет, село Кизил-диза, перевал Тапариз, село Бегри-кала и участия в преследовании турок не приняли. Особенно напряженная борьба с курдами велась 2-й Забайкальской казачьей бригадой (Трухина).
Командующий армией в связи с неудачными действиями войск Баратова, не вышедших на сообщения противника, приказал 27 июля, ввиду общего отступления турок, не допустить их переправы на правый берег реки Восточный Евфрат (с целью отхода на город Хныс-кала) и начать параллельное преследование для действий туркам во фланг и тыл. В связи с этим всем частям 4-го Кавказского корпуса указывалось продолжать «энергично наседать на турок, дабы не давать им возможности сворачиваться и быстро отходить в походных колоннах». Согласно этому приказанию, главные силы русских (66-я пехотная дивизия), действовавшие на Мелязгертском направлении и возглавлявшиеся вместо Абациева Шарпантье, получили задачу продолжать преследование турок: правой колонной — на село Догнук, город Мелязгерт, средней — на села Верхний Хар-галых, Бане, Кара-кая> Султанмуд и небольшой левой колонной на село Патнос. Средняя колонна овладела 27 июля позицией турок у села Палантекен, которая оборонялась 5 батальонами при 4 орудиях. При этом было захвачено 2 полевых орудия с зарядными ящиками, много оружия и взяты в плен командир 49-го;пехотного полка 17-й дивизии, командир батареи с 2 офицерами и 150 солдат.
Огановский, одобривший действия этой колонны, требовал и от остальных частей полного напряжения сил и быстрейшего продвижения вперед с целью выхода во фланг и тыл турок» особенно конницей. Одновременно командир корпуса приказал отстранить от командования Вивьена и назначить более соответствующего начальника конницы, решительные действия которой были так необходимы в данную минуту.
