Вследствие сильного утомления 261-го Ахульгинского пехотного полка последний был остановлен в районе сел Верхний Агадеве, Малхас и Сейдыхан-бек.
Шарпантье, наблюдая различные части корпуса в полуторамесячной обстановке непрерывных движений и боев, при нарушенной организации, считал необходимым приостановить наступление частей, так как выдвижение вперед с осложняющимся подвозом, плохим питанием, крайним утомлением людей могло повести к «нежелательным последствиям». Со своей стороны, Шарпантье считал необходимым занятие рубежа сел Палантекен,.Гюль-Тапа, имея передовые части па линии сел Сынджан, Масак.
27 июля наступление всех колонн отряда Шарпантье в на-
правлении на город Мелязгерт вследствие крайнего утомле-
ния бойцов происходило весьма медленно. 66-я пехотная ди-
визия достигла рубежа сел Охан, Ени-кей и Масак.
Сводный конный отряд Потто занял район села Зомик, организовав разведку на город Мелязгерт и села Патнос и Арджиш.
Турки по пути своего отхода оставляли много больных. За 27 июля пехота русских с боями продвинулась в среднем на 8 км.
28 июля вся группа войск Шарпантье должна была про-
должать преследование турок, стремясь главной массой кон-
ницы отрезать им пути отхода на юг.
В это время главные силы группы войск Баратова совместно с 16-м Тверским драгунским полком и правой колонной 66-й пехотной дивизии, наступая в зоне реки Восточный Евфрат, вели бой с турецкими арьергардами на фронте сел Нижний Харгалых, Милан, Сулейманкюмбет.
Разведка русских, высланная на город Мелязгерт и село Патнос, обнаружила лишь конные разъезды турок и небольшие отступавшие пехотные части. В целом турки отступали настолько поспешно (а местами даже просто бежали), что русская конница, стесненная в своих действиях условиями горной местности и истощенная бескормицей, едва поддерживала с ними соприкосновение. С целью ликвидации арьергардов турок, державшихся на фронте маневренной группы и обеспечивавших отход главных сил на правый берег реки Восточный Евфрат, Баратов выдвинул части 4-й Кавказской стрелковой Дивизии (Воробьева) на село Догнук. Дивизия, сковывая турок с фронта, должна была обеспечить удар конницы на город
Мелязгерт во фланг и тыл этой турецкой группе. Между тем 17-я и 28-я пехотные дивизии 9-го корпуса турок, действовавшие в зоне реки Восточный Евфрат, в связи с предпринятым русскими маневром по окружению получили приказание от Абдул-Керим-паши пробиваться на юг. Однако больших усилий этим частям корпуса турок не пришлось сделать, так как западнее реки Восточный Евфрат путь отступления для них был свободен вследствие невыполнения своей задачи группой Баратова. У города Мелязгерт указанные дивизии 9-го корпуса перешли на правый берег реки Восточный Евфрат, где соединились с частями корпуса Халила, который слабо преследовался русскими.
Действительно, 66-я пехотная дивизия крайне медленно продвигалась за турками. Ее правая колонна, наступавшая на село Сумалинтрак, к полудню 28 июля достигла села Милан. Одновременно средняя, наступая на Патнос, достигла Верхнего Арабали, а левая колонна выступила из города Масак на село Патнос.
Ввиду того, что наступление левой колонны, «не в пример остальным» двум колоннам, происходило настолько быстро, что транспорт с продовольствием не поспевал за ней, командир корпуса решил приостановить ее движение. В итоге темп наступления этих колонн достигал в среднем от 2 до 8 км за день — что отмечало крайнее истощение русских частей.
Все начальники частей свидетельствовали о чрезмерном переутомлении людей, среди которых на почве недоедания развивались массовые желудочные заболевания. Между тем отсутствие достаточных перевозочных средств не позволяло организовать своевременный подвоз продовольственных припасов как для людей, так и для лошадей. Помимо того, во всех частях крайне осложнялся вопрос управления вследствие большой убыли командного состава. В некоторых полках батальонами командовали недавно вступившие в строй прапорщики, а некомплект солдат в этих частях достигал 1000 человек Обозных лошадей, годных для работы, имелось в полках не более 400.
При таких условиях командир корпуса считал дальнейшее преследование турок не только бесполезным и невозможным, но и чреватым неблагоприятными последствиями. Поэтому он испросил разрешения у командующего армией приостановить
продвижение и занять такое исходное положение, которое дало бы возможность предоставить отдых людям, организовать тыл и прочно обеспечить за собой обладание занятым пространством. Преследование турок в этом случае намечалось возложить на конницу.
С этим ходатайством командующий армией согласился1, указав корпусу занять такое исходное положение, которое прочно обеспечивало бы владение захваченной территорией Турции. Затем корпусу приказывалось закрепиться, организовать тыл, наладить регулярную подачу продовольствия и фуража, обратив внимание на санитарное состояние войск. Надлежало также заняться сбором огнестрельных припасов и оружия русских и турецких образцов, тщательно организовать разведку как агентурную, так и войсковую, немедленно приступить к восстановлению организационных войсковых единиц и держать прочную связь с группой войск Баратова.
Соответственно этим указаниям части корпуса должны были 29 июля следовать для занятия исходного положения. Для обеспечения корпуса выдвигались передовой отряд для связи с группой войск Баратова и авангарды в села Бурну-бу-лаг (западный) и Зомик. Резерв располагался в районе села Сынджан (южный), маневренный резерв уступом за левым пангом в районе села Гюль-Тапа. Конница направлялась на село Патнос для преследования и для разведки на фронте го-д Мелязгерт, село Норшен (на северном берегу озера Ван).
Приостановка преследования турок русскими войсками
29 июля 66-я пехотная дивизия своей правой колонной достигла села Хаджибек, средней — села Бурну-булаг (западный) и левой — села Зомик.
Шарпантье, возглавлявший всю группу войск, действовав-на Мелязгертском направлении, в связи с предполагае-ой остановкой преследования турок, приступая к перегруппировке своих войск, намечал расположить их следующим образом:
' Телеграмма № 4018.
66-ю пехотную дивизию в районе сел Зомик, Ханзыр и Гюль-Тапа;
2-ю Кавказскую стрелковую дивизию в районе сел Су-малинтрак, Бурну-булаг (западный), Сынджан (южный);
4-ю Кубанскую пластунскую бригаду в районе села Хамур. Все части должны были занять новые места к 1 августа. Конный отряд Потто, наступавший впереди своей пехоты, на рассвете 29 июля двинулся с бивака в 6 км севернее села Патнос на село Султанмуд. Перед ним отходили турки на город Мелязгерт. Отряд Потто ввиду полного изнеможения лошадей остановился у села Камышлы, с тем чтобы 30 июля продолжать преследование.
Вследствие крайнего недостатка продовольствия в течение последних дней преследования турок в 263-м Гунибском пехотном полку было якобы обнаружено недовольство среди солдат, выразившееся в требовании хлеба или сухарей, без получения которых они отказывались продолжать наступление. По свидетельству Шарпантье, названный полк был настолько изнурен недоеданием, что даже при небольшом переходе путь его движения был усеян отставшими. Произведенным дознанием случай неповиновения в 263-м Гунибском пехотном полку не подтвердился. Оказалось, что солдаты, изнуренные голодовкой, «став на колени, просили только дать им хлеба или сухарей, выразив полную готовность идти вперед». Это вызвало успокоение со стороны командира корпуса, отменившего приказание об отстранении от командования командира полка и благодарившего его «за отличную и ревностную службу».
