— Без этого не могло быть свадьбы.
— Полагаю, что нет. Колин Брейди — очень послушный субъект.
— Вы менее послушны.
— Я люблю сама распоряжаться своей жизнью, а вы?
— Совершенно верно. Но мы начали с оценки вашей способности судить о человеческой натуре. Я могу сказать вам следующее, мисс Друзилла: вы можете быть экспертом в своем узком кругу, но, когда вы выходите за его пределы, вы становитесь полной невеждой.
— В самом деле?
— Да, в самом деле. Вы полностью поверили очаровательному Лассеру. — Я была поражена. — Он был привлекателен, не так ли? Внимательный француз. Вы были просто немного поражены им? Вы находили его совершенно очаровательным?
— Месье Лассер… — пробормотала я.
— Он самый. Знаете, на самом деле он не был французом.
— Но…
Он рассмеялся.
— Вы были невинной… овечкой среди волков. Я думаю, что всего лишь хорошо видно, когда кто-то теряет почву под ногами.
— Вы говорите загадками.
— Это всего лишь забавный способ говорить так, как думаешь?
— Но я предпочла бы простой разговор.
— Тогда я скажу просто. Месье Лассер не француз, а джентльмен иного происхождения, он играл роль. Галантный джентльмен собрался обмануть ничего не подозревающих леди, которые поверили, что они так хорошо знают жизнь и ее небольшие превратности, что готовы попасть в его ловушку. Ваш месье Лассер…
— Мой?
— Месье Лассер известен в определенных кругах как сводник очень богатого клиента, восточного джентльмена, который имеет традиционные взгляды своей страны на использование женщин… с которыми такая юная леди, как вы, никогда бы не согласилась. Другими словами, месье Лассер избрал вас в качестве интересного пополнения в гарем своего хозяина.
Я почувствовала, что стала пунцовой, это сильно развеселило его.
— Я не верю этому, — сказала я.
— Тем не менее он известен своими действиями. В некоторых случаях молодые английские леди очень желательны. Во-первых, они принадлежат той гордой стране, которая считает себя хозяином мира. По сравнению с женщинами восточных стран они имеют хорошее воспитание. В них больше независимости, они вовсе не воспитаны в представлении, что основная миссия их жизни заключается в том, чтобы служить мужчине любым способом, который от них для этого потребуют. Извините, если этот разговор вас шокирует, но понимаете, если вы собираетесь искать в мире приключений, вы должны заставить себя осознать жизненные факты. Лассер приехал на корабле из Англии. Он был там в связи с более легальными делами своего хозяина; но если бы он мог найти достаточно прелестную леди, чтобы приятно возбудить несколько пресыщенный вкус своего хозяина и с триумфом вернуть ее обратно, он заслужил бы одобрение и благодарность важного человека. Он сделал бы больше, чем просто выполнил то дело, по которому его хозяин послал в Англию. И вот, он увидел вас.
— На самом деле я не верю ни одному вашему слову.
— Вы можете спросить Кипинга. Он видел, что происходило. Уже, к сожалению, не в первый раз молодая женщина пропадала с Лассером в пустыне, и о ней больше ничего не было слышно. Между прочим, вы отчасти обязаны поблагодарить и меня. Я отдал тому приказ присмотреть за вами, когда вы покинули корабль в Александрии. Он выполнил его. Он проявил о вас заботу, потому что знал, что я хотел этого. Вы выглядите ошеломленной.
Так оно и было. Я вспоминала все. Встречу с месье Лассером… разговоры… появление Тома Кипинга. Месье Лассер намеревался организовать так, чтобы мы путешествовали отдельно от остальной группы. Боже мой! Это могло бы произойти.
Читая мои мысли, Фабиан улыбался.
— Я надеюсь, вы не разочарованы, что вас вырвали из гарема султана.
— Я уверена, что разочарован был бы султан. Мне кажется, что из-за меня вряд ли стоило беспокоиться.
— Вы себя недооцениваете, — возразил он. — Я уверен, что вы стоите того, чтобы из-за вас очень беспокоились. — Он поднялся со стула и приблизился ко мне. Я тоже встала. Он положил руки мне на плечи. — Я рад, что Кипинг спас вас и доставил к нам в целости и сохранности, — серьезно сказал он.
— Благодарю вас.
— Вы все еще выглядите озадаченной.
— Я ошеломлена тем, что вы мне рассказали. Я действительно нахожу, что в это трудно поверить.
— Это потому, что большую часть своей жизни вы прожили в пасторском доме, где никто не слышал о коварных восточных джентльменах.
— Я полагаю, что хищники есть повсюду в мире.
— Да, — с улыбкой согласился он, — но методы их различны.
— Я должна сказать мистеру Кипингу, как благодарна ему.
— Он вам ответит, что сделал это, повинуясь долгу… выполняя приказы.
— Приказы Компании?
— Компания — это всего лишь те, кто на нее работают. Можно сказать, мои приказы. Я тот, кому вы могли бы выразить благодарность.
— Ну, если это так, благодарю вас.
Он наклонил голову.
— Я могу однажды попросить вашей помощи.
— Не могу представить, чтобы от моих слабых усилий была бы для вас какая-то польза.
— Вы опять недооцениваете себя. Вы не должны этого делать. Существует мнение, что люди принимают вас так, как вы сами себя оцениваете. Вы видите, при всех своих ошибках месье Лассер увидел ваши достоинства. Другие тоже могут… если вы им позволите.
— Я думаю, что должна пойти к детям. В это время я обычно бываю с ними.
— И нарушите тет-а-тет мисс Филрайт с Томом Кипингом?
— Может быть, мне следует увести от нее детей? Тогда они смогут поговорить более свободно.
— Друзилла…
— Да?
— Вы немножко благодарны мне?
Я заколебалась. Я все еще считала эту историю не правдоподобной.
— Я… я полагаю, что да, — ответила я.
— Вы полагаете! Это очень нерешительный ответ от юной леди, которая всегда так решительна.
— Я, конечно, благодарна мистеру Кипингу. Что он сделал этому человеку?
— Он вам расскажет. В одном из тех мест была остановка.
— Да, это там, где он заболел.
— Благодаря Тому, конечно.
— Он, должно быть, добавил что-то в вино. Я помню, там было вино.
— Конечно. Том рассказал мне. Он незаметно опустил это в его стакан, зная, что оно быстро подействует. Затем он пошел вместе с ним в мужскую комнату для отдыха, так что был поблизости, когда Лассер почувствовал себя странно. Кипинг поухаживал за ним, позвал слугу и устроил так, что Лассер остался там до тех пор, пока не будет в состоянии путешествовать. К тому времени, когда он поправился, корабль уже отплывал из Суэца, увозя вас от беды.
— Это было проделано с большим умом. Что он ему дал?
— Что-то, что давало желаемый результат. В ходе своих дел Том выучился таким вещам.
— Возможно, это был дурман, — сказала я. — «Колючее яблоко».
