все на один бросок костей и не иметь никакого плана действий на случай непредвиденных обстоятельств – какой полководец пойдет на это?
- Думаешь, Светоний не знает о потенциальных опасностях этого места в случае нашего поражения? Наши люди прикинут что к чему, как только увидят эту позицию. Они поймут, что шансов на спасение мало, если битва пойдет против нас. Это, безусловно, укрепит их решимость, когда начнутся боевые действия.
Агрикола внимательно посмотрел на него.
- Именно это ты имел в виду, когда рассказывал ему об этом месте.
- Конечно, - признался Катон. - Нас значительно превосходят численностью, и судьба провинции висит на волоске. В таком затруднительном положении очень важно, чтобы люди знали, что выхода нет. Они должны победить или умереть. Это простой стимул, мотивирующий их сражаться изо всех сил и даже больше.
- Пусть боги уберегут нас от рассуждений профессиональных солдат…Должно быть место получше, чем это.
Катон указал на окружающий пейзаж.
- Будь моим гостем. Если ты сможешь найти превосходную позицию за время, необходимое врагу на отдых, ты будешь лучшим солдатом, чем я.
Вызов остался без ответа со стороны молодого аристократа, поэтому Катон продолжал терпеливо объяснять в манере, напоминающей учителя, пытающегося не выказать раздражения по отношению к ученику, который прочитал только одну книгу по определенной теме и предположил, что из высокомерия он ведет себя так, как будто он был величайшим из ныне живущих экспертов по таким вопросам.
- Основным фактором при определении того, где нам следует выстроить нашу боевую линию, является огромная разница в численности. Поэтому нам нужно место, где мы сможем заставить врага сражаться с нами на узком фронте. Он осмотрел землю и указал на веху на дороге на полпути вниз по склону. - Там. Если наша армия вытянется поперек склона от этой точки, наши фланги достигнут деревьев и будут защищены ими, и у нас будет достаточная глубина, чтобы выдержать серию атак. Каждая из этих атак будет зажата между лесами с обеих сторон, когда противник приблизится на нашем узком фронте. Так что не имеет большого значения, сколько у них еще людей, поскольку лишь ограниченное число будет участвовать в бою с нашей линией в любой конкретный момент. Строй на строй, наши воины лучше обучены и оснащены, чем мятежники. Когда они в первый раз пойдут в атаку, их ждет сильнейший шок. Они уже наверное начали подзабывать, что такое правильный римский строй и римская дисциплина.
Он указал на обширный ландшафт перед позицией. - Вот где они соберутся, прежде чем атаковать. Они осознают свою численность и увидят, как мало нас по сравнению с ними. Это придаст им смелости, и когда они рванут вперед, их прижмет друг к другу. Легкая цель для наших скорпионов21, а затем и для наших дротиков, прежде чем их толпа достигнет нашей линии и начнется ближний бой. Они будут потрясены своими потерями, а их атака потеряет часть своего импульса.
- Вы говорите так, будто битва у нас уже в кармане.
- Не совсем, трибун. Опасность для нашей стороны возникнет, если врагу удастся сократить нашу численность до такой степени, что мы не сможем поддерживать достаточно длинную линию. Тогда нам придется отступить к более узкому месту между деревьями или проредить свои ряды и рискнуть тем, что повстанцы могут прорваться. Если это произойдет, и они направят в брешь достаточно людей, то для нас все будет кончено. Они свернут нашу линию, погонят нас по лесам и дороге, а затем порубят на куски.
Катон на мгновение задумался.
- Все сводится к простому расчету: смогут ли они понести достаточные потери, чтобы измотать нас до предела? Это не будет битва, в которой умный маневр одержит победу. Это будет долгая и тяжелая битва с победой для той стороны, у которой хватит смелости пережить другую. Даже если мы выиграем битву, это может стоить такой цены, что мы все равно не сможем подавить восстание. Обе стороны будут бороться за полное уничтожение друг друга. Проблема для нас в том, что нам придется убить четырех или пяти из них за каждого потерянного римлянина. Возможно мы устоим. История знает достаточно примеров, когда меньшая армия побеждала большую.
Агрикола посмотрел вниз по склону, словно пытаясь представить себе, что должно было все произойти. - Если что-то из этого должно было принести хоть каплю утешения, то вы потерпели неудачу.
- Мы солдаты. Мы имеем дело с реалиями. Мы оставляем прикрытие суровой истины политикам и юристам.
- Вы наш маленький лучик солнца в темном царстве, не так ли?
- Ты поинтересовался моими взглядами, и я говорю тебе то, что думаю, основываясь на своем опыте. Я играю в эту игру уже почти восемнадцать лет. Ты, наверное, все еще сосал грудь своей матери, когда я присоединился ко Второму легиону. В то время это было совсем другое подразделение. Одно из лучших. Мне больно думать о позоре, который они заслужили в последнее время. Я видел достаточно, чтобы знать, как будет вестись битва. Если ты хочешь подняться до старшего командования, тебе следует прислушаться к опытным людям. Я уже вижу, что у тебя есть задатки достойного офицера. В каком-то смысле тебе повезло. Большинство трибунов приходят и уходят, отбывая свой двухлетний срок службы, не делая ничего более полезного, чем составление расписаний дежурств. Мало кому доводиться принять участие в битве. В ближайшие несколько дней ты узнаешь много нового о себе и окружающих тебя войсках. Если ты выживешь, опыт пригодится тебе в дальнейшем. Обязательно стой на своем и позволь парням увидеть, что ты непоколебим, даже если каждый твой инстинкт подсказывает тебе бежать без оглядки с поля боя… В любом случае, вот идет Светоний.
Они повернулись к пропретору, когда он направился к своим офицерам и остановился на небольшом расстоянии, чтобы обратиться к ним. - Это место хорошо соответствует нашим потребностям, как и сказал префект Катон. - Он кивнул в знак благодарности. - Мы сможем заставить врага соответствовать длине нашей боевой линии. Четырнадцатый и Двадцатый легионы займут здесь центр, - он ткнул пальцем в землю. - Вспомогательная пехота выстроится на флангах. Десятая Галльская и Восьмая Иллирийская справа, Вторая и Пятая Македонские слева, с остальными когортами в резерве вместе с остатками наших конных контингентов. Метательные механизмы будут разделены на три батареи позади центра и каждого из крыльев. Я хочу, чтобы большая часть нашего обоза осталась на другой стороне леса. Мы подгоним несколько повозок туда, где дорога переходит в деревья, чтобы создать редут, где армейские хирурги и медики смогут лечить раненых.
Он колебался,
