вас на планете-матери.
Я не думаю, что кто-то из вас решит переселиться туда. Лично я могу рассчитывать хоть на транспортнике, хоть на планете только на Назера, командира корабля. Мы дружим с детства, жили рядом, учились в Звёздной Академии. Когда в дальней межзвездной пропал без вести его отец, Назер жил с нами, со мной и моим отцом. Но на корабле не один Назер, у него команда.
Чтобы он перехватывал все полеты к Голубой или просто вне графика сюда летел, оплачивая горючее из своего кармана и работу команды, его надо заинтересовать чем-то. И это не в осуждение, так складываются обстоятельства. Давайте подумаем, чем можем заинтересовать Назера. Я могу оплатить его представительские расходы и услуги и один неплановый полет со своего счета, но, думаю, мне его быстро прикроют. Найдут повод и запретят такие операции. Раз уж идёт такая целенаправленная компания на наше устранение.
Глейн неуверенно произнес:
-Ну, я тоже могу один раз оплатить, далее последует тоже самое.
Настала моя очередь. Я вытащила руку из кармана комбеза, которую машинально сжимала и выложила свой главный козырь на стол, разжав вспотевшую ладошку. Посередине моей исцарапанной ладони, со следами вчерашней работы со свеклой, лежала крупная голубая жемчужина, светившаяся мягким маслянистым блеском.
Мужчины замерли, уставились немигающим взглядом на жемчужину на моей ладони. Затем Глейн шумно сглотнул, а Кирен враз охрипшим голосом спросил:
-Откуда у тебя это? Это с Земли? У вас ещё сохранились эти цветы моря?
Я не успела ничего сказать, удивляясь про себя такой реакции Кирена и Глейна. Может, и правда хорошо, что я промолчала тогда? Глейн, не отрывая взгляда от жемчужины, сказал:
- Я только слышал, что раньше, на нашей планете, в морях росли такие морские цветы, в серединке которых и цвели редкие капли - драгоценности, слезы моря. Лишь в некоторых старых семьях, история которых тянется от самого начала, сохраняются редкие украшения из этих драгоценностей. А тут ты появляешься с этим в руке. Вот мы немного и растерялись. Думаю, что лично Назеру хватит.
И тут у меня мелькнула совсем шалая мысль, и я даже на секунду засомневалась, стоит ли ее озвучивать или сказать? А, была, не была!
-А мы можем купить себе транспортный корабль? Вместе с командой? Только для нашей колонии? Сколько это будет стоить?
Новый шок для отцов - командиров. Но теперь они смотрели в изумлении не на драгоценность, а на меня. Как будто у меня выросла вторая голова и запела голосом Майкла Джексона. Икнув громко, Глейн спросил:
- Наташа, ты хочешь сказать, что у тебя найдется драгоценностей на стоимость межзвездного корабля?
Я скромно ковырнула носком кроссовки пол и ответила.
-Если вы скажете мне, сколько стоит не слишком большой и не слишком новый корабль, и сколько может стоить такая вот жемчужина? У нас на Земле такие драгоценности называются жемчуг. У вас - слезы моря.
Кирен тяжело вздохнул - Наташа, даже такой потрёпанный жизнью транспортник, как у Назера, может стоить не менее десяти, а с ремонтом и полной заправкой топлива, пятнадцати таких жемчужин. Даже если ты найдешь такое количество их, все это придется держать в страшном секрете, иначе пойдут слухи, и мы можем получить много неприятностей. Могут и не поверить, что ты продала последние семейные ценности.
Вот поэтому я и молчала до последнего. И дальше бы молчала, если бы был другой вариант. Но другого выхода я не видела, а независимость я ценю превыше всего. И не хочу, чтобы наши девушки и мужчины зависели от благосклонности всяких там Советов и прочих. Банкам, в принципе, все равно, им лишь бы деньги их вернули и с прибылью. А от кого и в каком виде - им неважно. По ассоциации у меня опять пришла мысль.
-Вот скажите мне, в контракте я не увидела этого пункта, есть какое-то точно оговоренное количество сои, которое вы должны продать совету или это свободная цифра? Я к чему это веду. Если что, я думаю, эти самые рестораны и сою вашу будут брать охотно. Излишки можно им продавать.
Кирен и Глейн переглянулись, затем старпом покопался в своем нарукавном планшете, нашел какую-то таблицу, показал нам.
-Смотрите, мне в департаменте сделали расчеты по планируемым ежегодно площадям посевов и ожидаемой урожайностью. То есть, мы должны продать не меньше этих объемов Звёздному Совету. Некоторое количество мы можем оставить себе для собственного питания.
Но мы ведь договорились этот объем оставить для производства масла? Про второй урожай за сезон в Департаменте ничего не знают. Мы со вторым урожаем очень рисковали и уложились буквально день в день. Но это из-за того, что весенний сев был с задержкой, пока готовили почву под поля, устраивались сами на жилье. На следующий год такого, надеюсь, уже не будет. Вот, вот такие объемы у нас неплановых излишков. Их мы и можем продать, но лучше оформить продавцами девушек наших, чтобы меньше возникало вопросов.
В результате всех разговоров постановили:
1) Мы, то есть, девушки, продаем свой товар напрямую ресторанам.
2) Заинтересовываем Назера и делаем его своим торговым агентом.
3) Излишки сои продаем тоже от своего имени. Из полученных за сою денег платим дополнительные взносы по банковскому кредиту.
4) Узнаем все о продаже - покупке транспортника и как к этому отнесётся Назер. В зависимости от результатов этого вопроса строим дальнейшие планы.
Мужчины остались в штабе, загруженные последними известиями по самое не могу, а я поехала вновь к своим самым верным подружкам, думу думать. Жемчужину снова всучили мне, и я, завязав ее в уголок носового платка, небрежно затолкала в нагрудный карман комбинезона. Мужики, проследив глазами за моими манипуляциями, только покачали головой.
На мое счастье, и Люба, и Надя ещё были на кухне, а девочки-бухгалтеры уже ушли в склады. Позвав девчонок в дальний угол столовой, я рассказала им все, и что мы там решили в штабе, и про мои фантастические идеи и даже саму жемчужину показала. И сказала, что пока не говорила мужчинам, что драгоценность местная, а вовсе не моя фамильная.
Во всяком случае, Кирена все равно придется ставить в известность, ведь без него мне не добыть и другие раковины, где вполне вероятны ещё жемчуга. И погружаться в воду надо, и немалая физическая сила нужна, чтобы вытащить эти раковины, они немаленькие. Но Кирен будет молчать, он никого не сдаст.
В кухне воцарилась тишина. Девчонки только поглядывали на меня. Надя, помолчав, сказала:
-Глейн хороший,
