— Ну вот и посмотрим, — вновь расплылся в дружелюбной улыбке генерал. — Давно хотел проверить, на что он способен в пыточном деле.
Генералу тоже пришли в голову такие же идеи. Ему было интересно, что же из этого получится.
— Знаешь, я пойду с тобой. К демонам сон, на том свете высплюсь. Секретарь!!! — Последнее слово генерал выкрикнул так громогласно, что несчастный младший офицер буквально вкатился в гостиную комнату деревенского домика, суматошно вращая глазами и пытаясь понять, что произошло. — Дуй к нашим магам, — уже спокойнее начал отдавать приказы Дарнак. — Пусть все менталисты срочно явятся в штабную палатку. Ты, Фантом, тащи туда же нашего пленника. Ну и гостя зови. Надеюсь, наши маги разберутся, что и как он сотворил, ха! Что за чудесный звереныш!
Наиль только вздохнул, молча вытолкав привязанного к его браслету мага. Парень сильно сомневался, что маги разберутся в действиях Арсиса, все же тот использовал свой дар не по какой-то системе, как маги, а действовал интуитивно, на уровне рефлексов. Понять, как у него вышло нечто такое, они быть может и поймут, но вот повторить…
А ментальный маг ощущал какой-то глубинный ужас от того, что с ним могли сделать. Самое ужасное, что его не только сковали внутри чужого тела, но и вмешались в память. Все, что касалось внешности этого самого Фантома, он никак не мог удержать в памяти. Ему, высшему магистру ментальной магии, кто-то стер память! Безумие.
Глава 32
— Клянусь… богами клянусь, это все, что я знаю. Кровью…
Сильный удар кулаком в челюсть не дал договорить окровавленному магу. Стоявший рядом королевский дознаватель, который, собственно, и задавал правильные вопросы, жестоко усмехнулся.
— Не клянись кровью, она ведь не твоя, — глухо приказал Наиль.
Ранее Арсис, несмотря на недовольство появлением более десятка ментальных магов, все же перетащил душу менталиста в подготовленное для этого тело довольно способного ученика-мага, который недавно попал вместе со своим отрядом в ловушку врага. Выжить-то парень выжил, да только с тех пор обезумел, так что жил в полевом госпитале, где пускал слюни и ходил под себя. Менталисты поставили крест на его рассудке, но не убивать же… Вот он и пригодился при поиске подходящего для пленника тела.
После того, как Арсис сказал, что разблокировать силы захваченного вражеского мага — не проблема, новое тело несчастного магистра покрыли подчиняющими рунами. С немалым шоком для себя Зиргрин узнал в этих рунах нечто похожее на подчиняющую формацию королевских теней. Увы, местные маги могли лишь воспроизводить систему рун, очень плохо разбиваясь в их взаимосвязях. Это были остатки фаирской магии, а крылатый народ не торопился разъяснять своим рабам все тонкости. Узнав все это через Наиля, Зиргрин поклялся себе, что обязательно навестит крылатых после своего перерождения. Это была еще одна зацепка к удалению с его души ненавистного заклинания. В конце концов, именно из их лабораторий оно и пошло изначально.
Повелитель зверей, едва закончив с менталистом, немедленно попрощался, после чего на глазах собравшихся магов превратился обратно в куницу. Пока все удивленно таращились на случившееся, зверек пулей выскочил из шатра, скрывшись за ближайшим домом.
Сразу привязывать мага подчиняющей формацией не стали. Требовалось выяснить все, что он знает, до того, как его мозги очистят от «лишней» информации менталисты. Подчинение нанесенной формации требовало некоторой подготовки разума. Если королевских теней принуждали склониться перед своим хозяином самостоятельно, как бы делая подчинение осознанным выбором, то в данном случае ни о каком выборе речи идти не могло. А потому пленника предстояло ломать. И частично это уже сделал Наиль, наглядно показав магистру, что даже менталист не может выстоять под рукой профессионала. Все еще слегка бледный после случившегося Летир, сидевший на стульчике у дальней стены, дотошно записывал откровения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Летиру, конечно, досталось. Едва душу менталиста перетащили в другое тело, он пришел в себя и долго ругался матом. И не скажешь, что из благородных. Приведя нервы в порядок парой глотков довольно крепкого алкоголя, вкуса которого младший секретарь даже не разобрал, он потребовал права присутствовать во время пыток. Его ненависть к захватившему его организм магу была безграничной, так что каждый вопль боли последнего сладким медом проливался на душу пострадавшего помощника. Ну а чтобы он не присутствовал в пыточной без дела, парню вручили магическое перо и стопку свитков, велев записывать каждое слово пленника.
Наиль, под руководством Зиргрина, очень быстро нашел правильные методы, способные повлиять на ментального мага. Всего лишь спустя пять часов тот запел соловьем, рассказав все.
Магистр, поселенный в тело свихнувшегося подростка, окончательно сломался. Он растерял всю свою уверенность и мечтал лишь о смерти. Вот только маг хорошо понимал, что никто не даст ему умереть. Для него была уготована куда как более неприятная участь. Вскоре его мозги вскипятят десять мастеров ментальной магии. У него отнимут личность, имя, память. Все, что останется — это лишь магические знания и бесконечная собачья преданность Альзарду. Участь, в разы хуже смерти! Если бы он только знал, чем все обернется…
— Закончил? — поднял взгляд на Наиля Летир. На удивление, жестокость увиденных пыток вовсе не оттолкнула Фаньета. Скорее, он еще больше начал уважать своего сверстника, к которому был приставлен в качестве обслуги.
— Больше ему нечего сказать, — отозвался вместо парня дознаватель.
— Прошу, убейте меня. Убей меня, мастер смерти. Умоляю… Я не хочу… не хочу…
— Надо было думать до того, как на глазах повелителя зверей вешать на меня ментальную метку.
— Это было не у него на глазах, — печально улыбнулся беззубым окровавленным ртом менталист. — Я поставил метку, когда ты явился спасать Дарнака…
Наиль уже знал об этом. Одного не учел несчастный чародей. У повелителя зверей глаза по всему лесу. Но парня не особенно волновало, что привело неслабого мага к такому позорному исходу. Да и вообще мало что могло его сейчас взволновать. Отключение эмоций перед началом пыток — это жизненная необходимость, чтобы не спятить от всего происходящего. Наверное, он никогда не привыкнет к подобному.
— Пошли, отнесем генералу записи допроса, — взглянул на Летира дознаватель. Парень, который с некоторых пор подчинялся только Наилю, вопросительно взглянул на парня, складывающего в специальный ящик пыточные инструменты.
— Иди, — кивнул Наиль, убирая пыточный набор в пространственный артефакт и погружая окровавленные руки в специально приготовленный для него таз с чистой водой. Почему-то в униформе королевской разведки перчатки были обрезаны на пальцах, из-за чего теперь приходилось с большим трудом вычищать запекшуюся чужую кровь из-под ногтей.
Летир с дознавателем выбрались из погреба, в котором и была оборудована пыточная. Вскоре за ними следом поднялся и Наиль. Он подставил влажные руки под солнечные лучи. Пальцы — единственные участки его тела, которые оставались открытыми и могли ощутить прикосновение свежего ветра. Всего второй день он ходил в костюме элиты королевской разведки, но уже сейчас начал ощущать себя довольно скверно от такой жизни.
«Потерпи, это не продлится долго», — постарался утешить его Зиргрин, сам когда-то прошедший через нечто подобное. Обстоятельства Наиля были гораздо лучше, чем те, в которых был его учитель много лет тому назад, но это все еще оставалось довольно неприятным опытом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
«Два года», — тяжело вздохнул юноша.
«Но тебе не придется ходить в этом костюме все это время. После завершения войны ты вернешься в Затон и будешь работать только по зову генерала. Все не так уж плохо. Лучше скажи, когда собираешься добавлять грузы? Время идет, твоя адаптация к новому весу лучше, чем даже мне представлялась. Очень быстро привыкаешь. Еще дней пять — и нужно будет увеличивать вес».
