они совершенно забыли о моем несчастии; кажется, не хотят даже знать, существую еще я на свете или нет. Хотя Церковь римская и не имеет денег, но она богата, по благости Божией, хлебом, вином и всем нужным для жизни… На людей напал страх, так что они чуждаются даже исполнения заповедей Божиих, страх, где не должно быть никакого страха».
Видимо, умерший от изнурения и голода папа был римской Церкви гораздо нужнее…
А пока на римский престол воссел Евгений I (на кафедре в 654—657 гг.), продолживший антимонофелитскую полемику с Константинополем, так что ему уже угрожали участью Мартина, – благо василевса отвлекли войны с арабами, на которую папа, впрочем, дал Константу свое пастырское благословение. Лангобардский престол после смерти Ротари (652 г.) наследовал было его сын Родоальд (р. в 626 или 637 г. – 653 г., правил с 652 г.), однако после пяти месяцев правления был убит мужем обесчещенной им женщины, и королем стал герцог Асти Ариперт I (правил с 653 по 661 гг.). После его смерти лангобардское королевство временно разделилось, так как он завещал его своим сыновьям, Перктариту (Бертари, 645—688 гг., правил в 661—662 гг. и с 671 г.) и Годеперту, которые немедленно стали враждовать друг с другом. Этим воспользовался герцог Беневента Гримуальд: Перктарит был изгнан, Годеперт убит, Гримуальд стал новым королем (610—671 гг., правил с 662 г.). Впрочем, у Перктарита еще оставались сторонники; возможно, учитывая неурядицы в королевстве лангобардов, василевс Констант решил натравить на них франков, но когда Гримуальд одолел их при помощи военной хитрости (оставил свой лагерь с запасами вина, торжествующие франки напились, а он вернулся и перебил их), император решил действовать сам – высадился в Таренте, повел византийские войска на Беневент и осадил его (663 г.).
О перипетиях той войны Павел Диакон повествует следующее: «В эти дни император Константин, которого еще называли Константом, возымев мужественное желание освободить Италию из рук лангобардов, оставил Константинополь и, выбрав путь вдоль побережья, сначала прибыл в Афины, а оттуда пересек море и высадился в Таренте… Оттуда… (он) вторгся в земли Беневента и взял почти все города лангобардов, через которые проходил. Он также храбро напал и взял штурмом Луцерию, богатый город а Апулии, разрушил его и сровнял с землей. Однако Агерентию он взять не смог благодаря очень хорошим укреплениям этого места. Вслед за тем он со всей своей армией окружил Беневент и начал энергичную осаду. В это время герцогство держал Ромуальд, сын Гримуальда, который был еще юношей. И как только он узнал о приходе императора, то послал своего наставника по имени Сесуальд на другую сторону Пада (По), к своему отцу Гримуальду, умоляя того прийти как можно скорей и привести сильную подмогу своему сыну и беневентцам, которых он сам и взрастил. Когда король Гримуальд узнал об этом, то, не мешкая, отправился со своей армией в Беневент, чтобы оказать помощь своему сыну. Многие лангобарды оставили его по дороге и вернулись домой, говоря, что он, ограбив дворец, теперь возвращается назад в Беневент и больше уже не вернется. Тем временем армия императора энергично штурмовала Беневент с помощью различных боевых машин, а, с другой стороны, Ромуальд со своими лангобардами храбро сопротивлялся, и хотя он не смел, со своим маленьким войском, сойтись в рукопашной со столь многочисленным врагом, но все же часто посылаемые им юноши врывались во вражеский лагерь и учиняли повсюду большую резню. И тогда его отец Гримуальд, который теперь спешно шел к нему, послал к сыну с вестью о своем приближении того же самого наставника, о котором мы говорили выше. И когда тот подошел к Беневенту, то был схвачен греками и предстал перед императором, который спросил его, откуда он прибыл. И он сказал, что пришел от Гримуальда, чтобы сообщить о его скором прибытии. Император сразу же очень встревожился, собрал совет со своими приближенными о том, каким образом заключить договор с Ромуальдом, с тем чтобы вернуться в Неаполь. Приняв в качестве заложницы сестру Ромуальда по имени Гиза, он заключил с ним мир. Он приказал наставнику Сесуальду подойти к стенам, угрожая ему смертью, если он как-нибудь известит Ромуальда или кого-либо из горожан о приближении Гримуальда, но требуя, чтобы он, напротив, объявил бы, что король не придет. Он обещал сделать так, как угодно ему, но когда оказался около стен, то сказал, что хочет видеть Ромуальда. И когда Ромуальд быстро подошел к тому месту, он так сказал ему: “Будь стоек, хозяин Ромуальд, будь уверенным и не тревожься, поскольку твой отец вскоре придет тебе на помощь. Знай, что этой ночью он, вместе с сильной армией, остановился около реки Сангр. Я только молю Вас быть милостивым к моей жене и детям, поскольку этот безбожный народ не позволит мне остаться в живых”. Когда он произнес это, его голова была отрублена по приказу императора и брошена в город с помощью боевой машины, называемой камнеметом. Эту голову Ромуальд приказал принести к нему и плача целовал ее и распорядился, чтобы она была похоронена в подходящем гробу. Затем, опасаясь внезапного появления короля Гримуальда, император прекратил осаду Беневента и ушел в Неаполь. Однако граф Капуи Митола навязал ему сражение и победил его армию у реки Калор, в местечке, которое и до сего дня зовется Pugna (битва). Говорят, что после того как император пришел в Неаполь, один из его военачальников, по имени Сабурр, попросил у своего сюзерена 20 тысяч солдат и дал обещание сам вести войну против Ромуальда и одержать победу. И когда он получил войско, то подошел к местечку Форин и разбил там лагерь. Узнав об этих вещах, Гримуальд, который уже пришел в Беневентум, захотел выступить против него. Его сын Ромуальд обратился к нему: “В этом нет необходимости, если ты дашь мне хотя бы часть своего войска. Под Божьим покровительством я сражусь с ним, и когда разобью его, то заслужу великую славу, которая воистину будет украшением твоей власти”. Так и было сделано, и когда он получил часть войска отца, то с ней, а также и со своими собственными людьми выступил против Сабурра. Перед тем как начать битву, он приказал протрубить в трубы на все четыре стороны и сразу же, пренебрегая опасностью, поскакал в атаку. И пока обе линии дрались с большим упорством, один человек из войска короля, по имени Аламонг, который должен был нести королевское копье, взял это копье двумя руками и с яростью ударил им одного небольшого грека, вырвал его из седла коня, на котором тот скакал, и поднял в воздух вниз головой. Когда войско греков увидело это, то его охватил беспредельный страх, и оно сразу же обратилось в бегство и было наголову разбито, с великим ущербом, принеся этим бегством себе гибель, а Ромуальду и лангобардам – победу. Так Сабурр, который обещал, что добудет для своего императора у лангобардов трофей победы, вернулся к нему всего лишь с несколькими людьми и заслужил позор. А Ромуальд, когда победа над врагом была одержана, вернулся в Беневент с триумфом и доставил своему отцу радость, а всем остальным – чувство безопасности, поскольку теперь исчез страх перед врагом. Но император Констант, когда нашел, что ничего не может предпринять против лангобардов, направил всю грозу своей жестокости против своих собственных подданных – римлян. Он оставил Неаполь и направился в Рим. Папа Виталиан со своими священниками и римским народом вышли встречать его к шестому от города мильному столбу. И когда император пришел к порогу св.
