– Только один поцелуй, – прошептала Мэри Роуз.
– Хорошо, – пообещал Макдональд. – Тебе это понравится, милая, – сказал он спустя некоторое время. – Честное слово.
Девушка крепче обняла его за шею, и он, почувствовав в этом движении прежнюю страсть, понял, что она вскоре забудет обо всех своих страхах. Он продолжал целовать и гладить ее, пока она не начала снова инстинктивно искать с ним близости. Тогда его рука опять оказалась у нее между бедер – Харрисон точно знал, чем можно сломить ее сопротивление.
Она не могла больше терпеть, однако Харрисон продолжал свои ласки. Мэри Роуз с тихим стоном вцепилась в него.
Наконец Харрисон раздвинул ее ноги. Почувствовав преграду, он остановился, закрыл глаза и сильным толчком погрузился в девственную плоть.
Мэри Роуз показалось, словно Харрисон разорвал ее пополам. Ее пронзила резкая боль. Она вскрикнула и попыталась освободиться, но Макдональд навалился на нее всем телом.
– Не двигайся, дорогая. Очень скоро все пройдет, вот увидишь. Я люблю тебя, Мэри Роуз. О Боже, малышка, не надо плакать.
Харрисон был в отчаянии от того, что причинил девушке боль, и когда она осознала это, ей стало легче. Страсть боролась в ней с неприятными ощущениями. Неужели она действительно должна была получить удовольствие от того, что произошло?
Харрисону были непонятны обуревавшие ее мучительные сомнения. Он изо всех сил старался дать ей время прийти в себя, но необходимость сдерживаться приводила его в отчаяние. Харрисон испытывал невыразимое наслаждение, ощущая упругий и нежный плен, и тем не менее желал доставить такую же радость своей возлюбленной. Харрисон уткнулся в щеку Мэри Роуз и стал покусывать ей мочку уха.
– Тебе получше, милая?
Услышав тревогу в его голосе, девушке захотелось успокоить любовника.
– Сейчас я уже чувствую себя хорошо, – прошептала она и в доказательство снова обвила руками Харрисона и погладила по спине. Он вздрогнул и застонал. Она опять принялась ласкать его, чувствуя, как растет его напряжение, и догадываясь, каких огромных усилий ему стоит оставаться в ее лоне, не двигаясь.
– Мне не хочется разочаровывать тебя, – сказала она. Харррисон, опираясь на руки, приподнялся и посмотрел на нее:
– Это невозможно. Я люблю тебя, милая.
Девушка притянула Макдональда к себе, а когда он снова поднял голову, то с радостью увидел, что глаза ее уже зажглись от страсти. Вожделение, написанное на его лице, передалось Мэри Роуз.
– Скажи, что нужно делать. Я хочу, чтобы тебе было хорошо.
– Мне и так хорошо. Медленно, очень медленно подними ноги, малышка…
Не успев договорить, Харрисон застонал от удовольствия. Больше терпеть он не мог.
Мэри Роуз ожидала боли, однако, напротив, почувствовала нечто приятное и неизведанное ранее. Сила этого нового ощущения вызвала у нее желание испытать его вновь. Она крепко обняла Харрисона – теперь ей действительно было намного лучше.
– Тебе хорошо, правда? – спросил он звенящим голосом. – Только на этот раз не лги.
– Да, – шепнула Мэри Роуз.
Господи, как он любил ее! Он попросил ее обнять его ногами, затем немного изменил положение и самозабвенно погрузился в нее.
Они наслаждались друг другом, не произнося ни слова. Харрисон пытался двигаться медленно и осторожно, чтобы постепенно довести девушку до экстаза, но удовольствие, получаемое им самим, заставило его ускорить ритм и потерять контроль над собой. Теперь он уже не старался быть нежным и трепетным, он отдался во власть эмоций.
Возгласы и стоны Мэри Роуз лишь подхлестывали его. Ласки ее стали смелее и требовательнее, а крики – громче.
Страсть сжигала их обоих, и вскоре Мэри Роуз поняла, что силы ее на исходе. Как раз в этот миг девушка громко выкрикнула имя Харрисона, чувствуя, как горячие волны сотрясают ее тело. Она еще крепче обняла Макдональда, и он позволил наконец себе расслабиться и со стоном наслаждения излился в нее. Теперь Макдональду хотелось заснуть, не выпуская Мэри Роуз из объятий, а проснувшись, снова заняться с ней любовью.
Девушке потребовалось немало времени, чтобы прийти в себя. Случившееся только что было самым чудесным событием в ее жизни. С той самой минуты, когда она отдала Харрисону свое сердце, изменился весь окружающий мир, Самые обычные дни становились необыкновенными и полными смысла, потому что рядом с ней находился он – любящий, нежный, добрый! И в то же время чувственный, смелый и уверенный. Он был почти само совершенство – и все потому, что она любила его.
– С тобой все в порядке, Мэри Роуз?
Харрисон приподнялся, стараясь заглянуть девушке в глаза. Они были все еще затуманены страстью. Губы ее припухли, на коже виднелись царапины от щетины Харрисона. Макдональд испытал немалое удовлетворение: Мэри Роуз теперь принадлежала ему.
– Я сделал тебе больно, правда?
– Почему ты улыбаешься? Тебя не волнует, что мне было больно?
– Конечно, волнует. Я люблю тебя, Мэри Роуз. Я улыбаюсь от того, как ты выглядишь.
– А как я выгляжу? – спросила девушка, затаив дыхание.
Удовлетворенной. Сейчас меня одолевает чувство собственника.
– Ты всегда был собственником.
– Теперь все иначе, милая. Я очень долго ждал тебя.
Девушка протянула руку и погладила его по щеке, затем провела кончиками пальцев ног по его ногам, и Харрисон снова почувствовал подступающее возбуждение. Впрочем, он понимал, что следует остановиться, пока новый всплеск страсти не заставил его забыться, Пусть пройдет какое-то время, прежде чем он снова овладеет ею.
Харрисон оставил девушку, перевернулся на спину и привлек к себе.
– Нам надо поговорить, Мэри Роуз.
Серьезный тон любовника встревожил ее. Она приготовилась выслушать неприятные новости.
Несколько минут прошли в молчании. Харрисон глядел в потолок, обдумывая, как лучше преподнести Мэри Роуз свои планы на будущее. Девушку же снедало беспокойство. Наконец она поняла, что не может больше молчать.
– Я могу облегчить твою задачу, Харрисон. Ты… Не давая ей закончить, он крепко обнял ее.
– Ты не можешь знать, что я собираюсь сказать. Ты не умеешь читать мысли, любимая.
– Ты прав, – согласилась Мэри Роуз. – Но я а состоянии сделать определенные выводы. По твоему тону я заключила, что речь пойдет о чем-то важном, а по твоей нерешительности поняла, что тебе трудно подобрать подходящие слова. Ну как, я на правильном пути?
– Да. Я просто хочу подготовить тебя.
– Харрисон, я могу сэкономить тебе уйму времени.
Мэри Роуз стала гладить его грудь, не понимая, что этим она отвлекает его. Ему снова захотелось заняться с ней любовью. Однако вначале ему необходимо было с ней поговорить. Харрисон схватил Мэри Роуз за руку. В ответ она быстро подняла голову и поцеловала его.
