— Но что за предмет, о котором так много разговоров? — спросил граф Брасс.
— Древняя машина, — пояснил Рыцарь, — сделанная с помощью одной из самых утонченных наук, какие когда-либо существовали на земле.
— Оружие? — среагировал граф Брасс на такое заявление.
— Нет. Это устройство, которое может искривлять целые области времени и пространства и перемещать их в другие измерения. Пока машина существует, она может делать это, но если она по несчастной случайности будет уничтожена, тогда этот район вернется немедленно в то же время и пространство, откуда был перемещен.
— А как она действует? — поинтересовался Хокмун, вспомнив, что он об этом ничего не знает.
— Это трудно объяснить, поскольку ни одного из слов, что мне придется употребить, вы не знаете, — сказал Рыцарь.
— Но Ринал показал мне, как ею пользоваться, и я могу с ней работать, — сказал Хокмун.
— Но для какой цели? — спросил Д’Аверк. — Чтобы переместить беспокойного барона и его войска в какой-нибудь лимб, откуда они не смогут нас больше потревожить?
— Нет, — ответил Рыцарь. — Я объясню…
Двери вдруг распахнулись, и в зал влетел потрепанный солдат.
— Мессир, — крикнул он графу Брассу. — Барон Мелиадус с флагом парламентера. Он желает вести с вами переговоры у городских стен.
— Мне нечего сказать ему, — ответил граф Брасс.
— Он говорит, что намерен атаковать ночью, что он может за час снести стены, потому что держит для этого резервное войско. Он говорит, если вы выдадите ему вашу дочь, Хокмуна, Д’Аверка и сами предадитесь в его руки, он проявит к остальным снисхождение.
На мгновение граф Брасс задумался, но вмешался Хокмун:
— Такую сделку бессмысленно обдумывать, граф Брасс. Мы оба знаем о большой склонности барона к вероломству. Это всего лишь попытка деморализовать народ, чтобы облегчить себе победу.
— Но если то, что он говорит, правда, а я не сомневаюсь, что так оно и есть, — вздохнул граф, — то за час он снесет стены и мы все погибнем.
— По крайней мере с честью, — произнес Д’Аверк.
— Да, — согласился граф Брасс с легкой иронической улыбкой, — по крайней мере, с честью. — Он повернулся к солдату. — Скажи барону Мелиадусу, что мы не желаем с ним разговаривать.
Солдат поклонился.
— Слушаюсь, милорд, — сказал он и покинул зал.
— Нам лучше вернуться на стены, — устало сказал граф Брасс, поднимаясь, и в этот момент вошла Ийссельда.
— Ах, отец, Дориан, вы оба живы и не ранены!
Хокмун обнял ее.
— Но теперь мы должны вернуться на стены, — мягко сказал он. — Вот-вот Мелиадус начнет новую атаку.
— Подождите, — потребовал Рыцарь в Черном и Золотом, — Я еще не изложил вам свой план.
Глава 12
Побег в Лимб
Услышав ответ гонца, барон Мелиадус лишь улыбнулся.
— Отлично, — сказал он своей свите, — пусть уничтожат весь город и возьмут живыми ровно столько его жителей, чтобы хватило поразвлечь нас в день победы.
Он развернул коня в ту сторону, где резервные войска ожидали его команды.
— Вперед! — приказал он, наблюдая, как они потекли, словно река, к обреченному городу с Замком за его стенами.
На городских стенах он видел костры, немногочисленных, ожидающих атаки солдат, наверняка уверенных, что они сегодня умрут. Он видел грациозные контуры Замка, так хорошо некогда защищавшего город, и засмеялся. Внутри него разлилась приятная теплота, потому что он жаждал этой победы с тех самых пор, как его выгнали вон из этого Замка.
А сейчас его войска достигли стен, и он пришпорил коня, заставляя его двинуться вперед, чтобы лучше видеть битву.
Потом он нахмурился. Казалось, что-то случилось со светом, потому что контуры города и Замка будто заколебались и стали размытыми.
Он поднял маску и протер глаза, потом снова посмотрел.
Силуэт Замка Брасс и Эйги-Морта, казалось, светились сначала розовым, затем — бледно-красным, потом — алым, и барон Мелиадус почувствовал головокружение. Он облизал пересохшие вдруг губы.
В атаке оставались солдаты, зароптали глухо и отпрянули прочь от этого места. Весь город, Замок и холм вместе со стенами, окружавшими город, стали теперь пламенно-голубыми. Голубизна начала таять, а вместе с ней таял и исчезал Замок Брасс и Эйги-Морт. Дунул пронзительный ветер, заставив покачнуться в седле барона Мелиадуса.
— Эй, кто-нибудь! Что там случилось? — крикнул барон.
— Это место исчезло, — ответил голос потрясенного человека.
— Исчезло? Невозможно! Как могут исчезнуть целый город и холм? Они на месте! Они просто воздвигли дымовую завесу!
На громадной скорости барон Мелиадус понесся туда, где недавно стояли городские стены, ожидая встретить преграду, но ничто не преградило ему путь, а конь его топтал глину, выглядевшую так, будто ее только что вспахали.
— Они сбежали от меня! — взвыл он. — Но как? Какая наука помогает им? Какая сила, превосходящая нас, может быть у них?
Войска спешно стали поворачивать назад, некоторые просто бежали. Но барон Мелиадус спешился, вытянул руки, пытаясь нащупать исчезнувший город. Он закричал от бешенства и зарыдал от бессильной ярости, упав на колени в грязь и грозя кулаком в сторону, где совсем недавно возвышался Замок Брасс.
— Я найду тебя, Хокмун, тебя и твоих дружков! Я привлеку к этим поискам все лучшие знания, какие только есть в Гранбретани. И если понадобится, я последую за вами, в какое место вы бы ни бежали, будь оно на этой земле или за ее пределами, и вы узнаете мою месть. Я клянусь в этом Рунным Посохом!
Он поднял взгляд, так как услышал стук копыт коня, проскакавшего мимо. Ему показалось, что он увидел мелькнувшего всадника в черных и золотых доспехах, показалось, что он услышал ироничный смешок, а затем все исчезло.
Барон Мелиадус встал с колен и огляделся, ища своего коня.
— О Хокмун, — выдавил он сквозь стиснутые зубы. — Я настигну тебя, о Хокмун!
Снова поклялся он Рунным Посохом, как и в то далекое роковое утро. И его клятва привела в движение новый рисунок узора истории. Вторая его клятва усилила этот узор то ли в пользу Мелиадуса, то ли в пользу Хокмуна и связала судьбы их всех еще сильней.
Барон Мелиадус нашел свою лошадь и вернулся в лагерь. Завтра он поспешит в Гранбретань, а там устремится в лабиринты лабораторий Ордена Змеи, раньше или позже он обязательно найдет дорогу к исчезнувшему Замку Брасс, так пообещал он себе.
* * *
Ийссельда в удивлении смотрела в окно, лицо ее светилось радостью. Хокмун улыбнулся и привлек ее к себе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
