- Просто восхитительно. Я буду так сильно скучать.
Она кивнула, и минотавр приказал Амону лезть в кипящий котел.
Он сделал один шаг, когда я вскочила на ноги. Астен и Ахмос так быстро в себя не пришли, и я быстро поблагодарила еще двум личностям в моей голое. Это их присутствие помогло мне прийти в себя. Я тут же объединилась с ними. И мы согласились, что пора стать сильнее.
Что-то первобытное появилось во мне. Смятение, нерешительность и сомнения больше не существовали. Я была сфинкс – решительной и смертоносной. Я вскинула лук и выстрелила стрелой Исиды в небо. Осталось десять. Амон сделал еще шаг, я спрыгнула с железной стены, побежала к нему и прыгнула. Летя по воздуху, я выхватила копья из-за плеч. Я приземлилась легко, словно притяжения не было, между Амоном и кипящим котлом.
Плечом я прижалась к Амону, мешая ему идти дальше.
- Не надо, - просила я. – Прошу, остановись, - но он толкал меня, пытаясь добраться до котла. Пожирательница радостно смеялась.
- Амон, дорогуша. Подойди ко мне. У нас гость.
Амон тут же развернулся и встал рядом с Пожирательницей.
- Мы очень надеялись, что ты появишься, - сказала она, словно они с Амоном вели собрание.
- Да? – кисло ответила я. – Наверное, приглашение потерялось где-то на почте преисподней. Прости, что мешаю веселью.
26
Корона Госпожи страха
Хмурый вид Пожирательницу не испортил.
- Может, разрушения Бирюзового леса не хватило. Ладно. Это я выучила. В следующий раз обращусь прямо.
Мои кулаки сжались, и я не успела остановить себя и закричала:
- Напыщенное злое чудовище! Ты убила ее! Лес был единственным хорошим местом в этой адской дыре, что ты зовешь домом.
Часть меня понимала, что говорю не я, но каждое слово могло быть моим. Я принимала их. Мои спутницы были невидимыми слоями меня. Они сплелись со мной настолько, что их мысли были моими, а мои принадлежали им. Наша связь делала меня многосторонней. Целой.
И это я, как и они, поднимала копье на Пожирательницу со злостью, пронзая им воздух, пока слова не останавливались:
- Твое зловонное дыхание довольно долго касалось наших шей. Пора тебе заплатить за сделанное! Когда мы с тобой покончим, волки разорвут тебя и попируют твоими костями, пока твои останки не смоет потоком!
Она надула губы.
- Ого, - сказала она. – Какой у тебя характер. Твои манеры отвратительны, - дикая улыбка озарила ее лицо. – Кстати о волках, - Пожирательница драматично взмахнула рукой, дым залил сцену со всех сторон. Темные облака разделились, и сияющие желтые глаза вспыхнули в глубинах, пока стая не обрела физический облик.
Глава, чья пасть скалилась и блестела от слюны, встал рядом с Пожирательницей. Облизнув губы, убийственно глядя, он заговорил в моей голове:
«Дайте ее мне, королева. Я хочу убить ее».
- Ну, ну. Терпение, мой пес. Она сильна, а я не хочу, чтобы она иссякла, - шакал заскулили, она потрепала его уши. Она смотрела на меня, но медленно склонилась и шепнула ему. – Пока что.
Он низко зарычал, а она рассмеялась.
Я огляделась. Врагов было слишком много. Как могла одна девушка – три девушки в одном теле – победить стольких даже с силой сфинкс? Даже с помощью Астена и Ахмоса нас было гораздо меньше. В лучшем случае я отвлеку Пожирательницу, пока Астен и Ахмос спустятся, схватят Амона и сбегут. Вряд ли мы ее одолеем.
«Почему у нас даже плана нет?» - подумала я.
- Признаюсь, - сказала Пожирательница, перебивая мои мысли. – Я не ожидала, что у тебя останется столько сил, особенно после долгого пути по преисподней, - она склонила голову. – Даже интересно, какой бы ты была на вкус и как долго.
Я не упустила многозначности ее слов, мурашки побежали по спине, добравшись до шеи. Астен и Ахмос еще не появились, и это было хорошо. Я не хотела, чтобы она знала, что они со мной, пока что. Нельзя так рано показывать козыри. В такой игре сработать могло все.
- Не пойми меня превратно, - продолжила она. – Я даже рада твоей… живучести. Чем больше у тебя сил, тем дольше я смогу тобой питаться, - Пожирательница глубоко вдохнула и улыбнулась. Зрачки ее глаз, как у рептилии, удлинились, и глаза стали черными, словно ею овладела жажда крови. – Какой восхитительный аромат, - сказала она. – Представьте! Живое сердце. Я так давно не ела чего-то свежего. Такой пир точно поднимет мне настроение, - шакалы радостно и согласно гавкали, словно она поделится с ними вкусными кусочками со своей тарелки.
Я покрутила копья и рассмеялась:
- Ты хочешь еще есть? Ты уже потолстела, если хочешь знать. Тебе бы понизить калорийность блюд, если ты понимаешь, о чем я.
Ее глаза сузились, перышки трепетали вокруг них, заостряясь в опасные шипы. Волосы, что ниспадали на спину, приподнялись ореолом, словно змеи, которых я так глупо разбудила.
- Уверяю, глупые игры не помогут. Ты даже надеяться на победу не можешь.
Склонив задумчиво голову, я щелкнула зубами, следя за извивающими волосами, держась вне зоны их досягаемости.
- Стыдно. Никто не сказал тебе, сколько холестерина в сердце? Тебе будет плохо, - я склонилась, вскинув брови. – Между нами девочками, ты выглядишь не так и хорошо. Распухла, как матрас, оставленный под дождем.
Скривив нос, я добавила:
- Еще и твой запах. Похоже на плесень. Или ржавчину. От этого слезятся глаза, - я провела копьем в воздухе от ее головы к ногам, бросая вызов и угрожая. – Может, это из-за того, что ты поглощаешь гнилые сердца. Но это ожидаемо. Как говорят – мусор на входе и мусор на выходе. Думаю, у меня даже есть шансы.
Красный рот Пожирательницы раскрылся, я улыбнулась, как Чеширский кот, пока она не повернулась к Амону и не провела теперь зеленым пальцем по его обнаженной груди.
- Амон? – сладко спросила она.
- Да, моя королева? – ответил он монотонным голосом.
- Ты не против научить эту худышку уважению?
Амон моргнул раз, другой, а потом судорожно вдохнул и направился ко мне, подняв руки, готовясь уничтожить.
- Амон? – позвала я. – Амон, хватит! – он напал на меня, цепляясь руками, но я легко отступила и отбежала. Он столкнулся с кипящим котлом, как сломанная игрушка, я услышала шипение обожженной плоти. Он не закричал из-за раны, а когда повернулся ко мне, я увидела большой красный ожог на боку, покрытый волдырями. – Ты что с ним сделала? – крикнула я. Спрятав копья, я вскинула голые руки, боясь его ранить.
- Все просто, - сказала она, глядя, как Амон загоняет меня в угол, и торжествуя. – Его сознание сломлено, им легко управлять. Когда я забираю энергию, я заменяю ее желчью обреченных, а этот яд отравляет все оставшееся в нем. Так его проще переварить, - добавила она потом и нахмурилась. – Последние капли собрать очень сложно. Проще всего сварить его, но и так есть риск, что оставшееся от него потеряется. Ах, ладно. Ты здесь, и это уже не важно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
