вроде не были девственницами, побывав на вписках, но и опытными их бы никто не назвал. А за плечами моложавого старика всё-таки был опыт… и обе доверились.
По итогу это доверие и привело к тому, что с Катей дед стал жить, а Валю вручил правнуку. Всё-таки уже годы. А когда узнали сколько именно лет весёлому дедушке, за голову взялись. Но было уже поздно… втянулись.
Дав лихой изгиб, фортуна вручила Вале валик вместо хуя в руку, а Кате досталась игла и нитка. Но очевидно, это было лучшим решением, чем смерть от истощения или групповые оргии с неизвестными. Потому Валя и не роптала насчёт тяжёлой работы, прекрасно понимая, что уже к лету примерит свадебное платье с одним мужчиной. Хоть и не красавцем в целом, но сильным и трудолюбивым. А одну из квартир, которую ремонтируют, они смело назовут со Стасяном своей. Более того, рожать она пока не хотела. И вариант с удочерением некой маленькой Кати с другого конца страны Валю вполне устраивал. А как поймёт, каково это — быть мамой, так может и на своего решится.
Это и называлось — жизнь…
Боря разулся и прошёл с пакетами на кухню. Там тоже не слышно, что кто-то пришёл из-за игровых комментаторов в соседней комнате и криков «давай!» и «бей!».
На кухне за столом сидели Раиса с Катей, которые как раз ничего не пили, но сами писали конспекты и самообучались в любую свободную минуту. Это называлось работой на себя.
У Кати был старенький ноутбук и на учёбу в ПТУ она отвлекалась постольку-поскольку, быстро схватывая базу, но предпочитая практику в работе и целыми днями просиживать на различных сайтах, форумах и видео-хостингах, где обучали всеми и показывали разное, что касалось модельного дизайна, кройки и шитья.
Рая тут же подхватывала удачные идеи помощницы. И они целыми днями напролёт пропадали в ателье, часто засиживаясь допоздна уже после закрытия. Вздумай Боря поставить диван на двоих, там бы и ночевали. Но каждый вечер или ближе к ночи за ними приезжал то сам Глобальный, то Валя с сонным видом, пропахшая краской, и всегда увозили их домой. Чтобы не привыкали.
— Привет, девчонки, — поздоровался Боря, заходя на кухню.
Рая посветлела лицом, а вот Катя вдруг схватилась за губы и изобразила рвотный позыв. Но не от вида Бори, а по вполне себе естественным причинам.
Молнией она промчалась до санузла! И только благодаря громкости игры, никто не слышал утробных звуков.
— Чего это она? — не понял сантехник, целуя будущую жену.
За Раю он был спокоен не только из-за того, что пристроил по делу девушку, но и потому, что в ночи измерил палец. А взяв мерку, раскатал кольцо её бабушки и его как следует почистили. Теперь бриллиант сверкал, золото сияло, а кольцо ждало своего часа в красивой новой коробочке с её инициалами.
Подавать документы в ЗАГС им не требовалось, тогда как сама Рая уже подала документы на смену фамилии. Не то, чтобы они хотели обмануть её родню, но в целом это было их дело — какова СУТЬ свадьбы.
— Не знаю, йогурт походу просроченный, — ответила будущая супруга, не придав значения и поставила чайник, после чего оба разгрузили пакеты, забили холодильник на выходные и сели пить чай.
Рая уже принялась показывать дизайны новых платьев. За месяц к ней поступило с дюжину заказов на свадебные платья и ещё три десятка на дизайнерские платья для подружек невесты и их знакомых.
Катя вернулась из ванной комнаты побледневшая. И стараясь не попадаться никому на глаза, тут же принялась одеваться.
— Я прогуляться, — донеслось от неё, на что никто толком не отреагировал, так как мужики не слышали, Рая пила чай, а Боря увлёкся картофелем в мундире под селёдку и мир стал для него не шире того, что легло на стол.
Они сидели, разговаривали, как вдруг кто-то поставил игру на паузу и в образовавшейся тишине отчётливо раздались слова прадеда всех Сидоренок:
— Ну вот, Стася, и всё. Наигрался. Пришло моё время… Пиджак в шкафу висит, обними всех от меня, — после чего тот отложил джойстик, кивнул правнуку и тихо осел, откинувшись назад.
Голова склонилась набок. Глаза застыли.
— Дед, ты чего? Отдохнуть вздумал? Так мы же их только раскатывать начали, — добавил Стасян, повернувшись, но тут же отложил джойстик и принялся трясти великовозрастного напарника за плечо. — Дед! Ты чего? Деда-а-а!
Боря прислушался. Затем в голос закричала Валя, подскочив от дивана с новыми силами. И Глобальный бросился в зал. Раиса побежала за ним.
Они застали Макара Берёзовича уже на диване, лежащего на спине. Стасян сначала поднял деду ноги, затем подложил под голову подушку, а затем сам взялся за голову, попав на мгновение в прострацию.
— Стасян… что случилось? — запоздало донеслось от Раисы.
Боря молча перехватил взгляд кореша, и лишь кивнул. А затем пошёл прозванивать скорую помощь. Спешить уже некуда, но зафиксировать — надо.
Правнук открыл шкаф, посмотрел на пиджак с выглаженными брюками и рубашку и тихо добавил:
— Как знал, — затем повернулся к Глобальному и добавил. — Слушай, так его же омыть надо в дорогу.
— Зачем? — не понял Боря. — В морге омоют. Они же… должны.
И тут он вспомнил разговор по телефону, где диспетчер честно заявила, что в городе пробки под вечер пятницы и быстро каталажку могут не ждать.
— Мой дед, я и омою! — возразил Стасян, подхватил Макара Берёзовича на руки и понёс в ванную.
Перечить ему никто не стал. Тогда как сам правнук не спеша раздел тело, включил воду и постоянно разговаривая с ним, как с живым, взялся за губку.
— Сейчас, дед, помоем тебя. Переоденем. Не переживай. Всё хорошо будет.
Боря послушал это дело у двери, но решил не вмешиваться. Только добавил:
— Стасян, ты это… зови если что.
Аппетит у сантехника пропал. Рая тихо плакала на кухне. Валя её успокаивала, отпаивая её же чаем и о себе не забывала. А сам Боря присел на диван в зале перед уже выключенным телевизором и некоторое время смотрел перед собой.
Вроде понятно, что смерть за всеми приходит. Будь ты хоть миллиардер, заменивший все органы, встречи с ней не избежать. Всё живое когда-то умрёт. Ещё и пожил как следует. Всем бы до таких лет дотянуть. Но… грустно.
— Хороший мужик был, — сказал Боря, смахивая
