ПСРЛ. Т. VI. СПб., 1853. С. 296.
539
ЗОРСА РАО. Т. I. СПб., 1851. Отд. III. С. 114.
540
Янин В. Л. Денежно-весовые системы… С. 192.
541
Земзарис Я. К. Метрология Латвии в период феодальной раздробленности и развитого феодализма (XIII–XVI вв.) // Проблемы источниковедения. IV. 1955. С. 210–211.
542
Сотникова М. П. Эпиграфика серебряных платежных слитков. С. 88–89.
543
НПЛ. С. 498.
544
Псковские летописи. Вып. 2. С. 34, 116.
545
Любопытное подтверждение верности определения практического веса «гривны серебра» в 196,2 г может быть извлечено из записей в счетоводных книгах Тевтонского ордена 1402–1404 гг.: «четыре шиффунта воска в городе Великом Новгороде составляют в стране (т. е. на прусских землях) пять шиффунтов плюс шесть Марковых фунтов… в Великом Новгороде 24 лисфунта составляют один шиффунт, а 20 Марковых фунтов составляют там один лисфунт» (Sattler С. Handelsrechnungen des Dеutschen Ordens. Leipzig, 1887. S. 173 ff.). Таким образом, пяти прусским шиффунтам и шести прусским фунтам в Новгороде равнялись 1920 Марковых фунтов. Между тем при равенстве прусского шиффунта 400 прусским фунтам (см.: Земзарис Я. К. Метрология Латвии… С. 213) 1920 новгородских «Марковых фунтов» приравниваются 2006 прусским фунтам. Понимая под новгородским «Марковым фунтом» величину, вдвое превышающую гривну серебра (марку) в 196,2 г, можно рассчитать и величину прусской марки (т. е. половины прусского фунта), которая окажется равной 187,8 г. Именно такую или чрезвычайно близкую ей величину (187,5 г) вывел для прусской марки М. П. Лесников, основываясь на ее сравнении с тройской маркой (Лесников М. П. Торговые сношения Великого Новгорода с Тевтонским орденом в конце XIV и начале XV в. // Истор. зап. 39. 1952. С. 262–263).
546
Янин В. Л. Денежно-весовые системы… С. 162–171.
547
Там же. С. 126.
548
Вспомогательные исторические дисциплины. Вып. XVI. Л.: Наука, 1985. С. 98—114.
549
Северная пчела. 1834. 17 окт. № 235. С. 938–939. Повторно запись издана архимандритом Досифеем в 1836 г. с произвольным добавлением: «[А рубль или гривна, фунт]» (Досифей. Географическое, историческое и статистическое описание ставропигиального первоклассного Соловецкого монастыря. М., 1836. С. 204, примеч. В).
550
Прозоровский Д. И. Монета и вес в России до конца XVIII столетия. С. 174 и сл.; Черепнин А. И. О гривенной денежной системе по древним кладам // ТМНО. М., 1900. Т. 2. Вып. 2. С. 208–210; Орешников А. В. Денежные знаки домонгольской Руси // Тр. ГИМ. М., 1936. Вып. 6. С. 22–23; Клейненберг И. Э. О денежных единицах в «Памяти, как торговали доселе новгородцы» // Вспом. ист. дисциплины. 1982. Т. XIII. С. 148–155.
551
Спасский И. Г. Русская монетная система. Историко-нумизматический очерк. М., 1957. С. 40, рис. 29; 2-е изд. М., 1960. С. 40, рис. 29; 3-е изд. Л., 1962. С. 66, рис. 47; 4-е изд. Л., 1970. С. 76; SpasskyJ. G. The Russian monetary system. Amsterdam, 1967. Р. 77, fig. 53.
552
Не учитываю здесь норму денег середины XVII в. (0,23 г), поскольку она, по-видимому, была скрытой.
553
Хорошкевич А. Л. Иностранное свидетельство 1399 г. о Новгородской денежной системе. С. 303.
554
Равенство новгородского рубля 216 денгам многократно зафиксировано в писцовых книгах конца XV в. и разнообразных документах XVI в.; о производстве из скаловой гривенки (204,756 г) 260 новгородских денег в первой трети XVI в. сообщают летописи в рассказе о реформе Елены Глинской.
555
Львов М. А. К вопросу о методике метрологического исследования русских монет XV в. // Нумизматический сборник. М., 1974. Ч. 3. С. 136, 140.
556
ГВНиП. С. 39. № 21. О дате документа см.: Янин В. Л. К хронологии новгородских актов Василия Темного // Археограф. ежегодник за 1979 г. М., 1981. С. 43–48.
557
Янин В. Л. К истории формирования новгородской денежной системы XV в. // Вспом. ист. дисциплины. 1979. Т. XI. С. 259.
558
Акты социально-экономической истории Северо-Восточной Руси конца XIV – начала XVI в. М., 1958. Т. 2. С. 114–115. № 182.
559
Кауфман И. И. Серебряный рубль в России от его возникновения до конца XIX века // ЗНОРАО. СПб., 1910. Т. 2. Вып. 1–2. С. 51.
560
Такое соотношение также отличается признаками закономерности.
В системе Русской правды гривна содержала 20 ногат, а поскольку гривна серебра XII в. была приравнена четырем гривнам кун (т. е. гривнам Русской правды), то в Новгороде XII в. в гривне серебра должно было содержаться 80 ногат. Однако такое же соотношение («а за гривну серебра по 4 гривны кунами или пенязи») показано и в Торговом договоре Смоленска с Ригой и Готским берегом 1229 г., где под «гривной серебра» может подразумеваться только шестиугольный слиток весом в 163,7 г, коль скоро область Смоленска входила в домонгольское время в ареал шестиугольного слитка. Таким образом, в системе шестиугольного слитка, содержавшего 80 смоленских ногат, ногата оказывается равной 2,04 г, а это в свою очередь составляет ровно сотую часть новгородской гривны серебра. Приведенное сопоставление позволяет предположить, что в основе развитой новгородской системы XIII–XIV вв. лежала не только традиция, но и определенная ориентация на некую межобластную универсальность, на такое преобразование норм, при котором некоторые из них простейшим образом выполняли роль коэффициентов, удобных для пересчета единиц из одних систем в другие. Эта проблема в общей форме поднималась в литературе неоднократно, но она нуждается в специальном изучении на всем материале истории русских денежных систем IX–XV вв.
561
«Того же лета новгородци охулиша сребро, рубли старыя и новыя; бе денежникам прибыток, а сребро пределаша на денги» (ПСРЛ. Л., 1925. Т. 4. Ч. 1. Вып. 2. С. 443).
562
«Начата людие денги хулити сребреныя, дажде и вси Новгородци, друг на друга смотря, и бысть межи ими голка и мятежь и нелюбовь; и посадники и тысяцьскии и весь Новъгород уставиша 5 денежников, и начата переливати старыя денги, а новыя ковати в ту же меру, на 4 почки таковы же, а от дела от гривны по полуденге» (Там же. С. 442).
563
Львов М. А. К вопросу о методике метрологического исследования русских монет XV в. С. 136, 140.
564
«Того же лета выведе Сокира посадник ливца и весца серебряного Федора Жеребца на вече; напоив его, начата сочити: «На кого еси лил рубли?». Он же оговори 18 человек, и по его речем иных с мосту сметаша, а иных домы разграбиша, и ис церквей вывозиша животы их; а преже того по церквам не искали. И еще того же Феодора начата бесправдивы бояре научати говорить на многих людей, претяще ему смертью; он же, протрезвился, рече: «На всех есмь лил и на вси земли, и весил с своею братьею ливци». Тогда бе всь град в сетовании мнози, а голодники и ябедники и посулники радовахуся, толко бы на кого выговорил; и того самого смерти предаша, а живот его в церкви раздели и разграбиша. И бысть во граде мятежь велик, и оттоле и сам Сокира разболеся и умре» (ПСРЛ. Т. 4. Ч. 1. Вып. 2. С. 443–444).
565
Львов М. А. К вопросу о методике метрологического исследования русских монет XV в. С. 136.
566
1410 г.: «Начаша новгородци торговати промежи себе лопьци и гроши литовьскыми и артуги немечкыми, а куны отложиша»; 1420 г.: «Начаша новгородци торговати денги серебряными, а артуги попродаша немцом, а торговале имы 9 лет» (НПЛ. С. 402, 412).
567
Янин В. Л. К истории формирования новгородской денежной системы XV в. С. 251–259.
568
Янин В. Л. Берестяные грамоты и проблема происхождения новгородской денежной системы XV в. Т. III. С. 172–179.
569
Ср., напр., показание «Торговой книги»: «А говорят, что шпанское де в слитках добре бело и чисто серебро, маленько де не придет в денежное, у гривенки всего угорит ползолотника» (ЗОРСА. СПб., 1851. Т. I. Отд. III. С. 116–117).
570
Ср.: СимеонП. Ф. Мортки на пороге XVIII в. К вопросу об уяснении наименьших денежных расценок в допетровской Руси. Тверь, 1907.
571
Очевидно, что «лбецы» и «четверетцы» «Памяти» не имеют отношения к «лопьцам» (любекским) летописи и «четверетцам» новгородских писцовых книг и перемирной грамоты Пскова и Новгорода с Юрьевским епископом 1474 г., в которых речь идет о реальной монете – четверти денги, как это следует, например, из прямых показаний грамоты 1474 г. (ГВНиП. С. 135. № 78).
572
Сотникова М. П. 1) Из истории обращения русских серебряных платежных слитков в XIV–XV вв. (дело Федора Жеребца, 1447 г.) С. 54–59; Она же. Серебряные платежные слитки Великого Новгорода (вопросы техники и эпиграфики); Она же. Эпиграфика серебряных платежных слитков Великого Новгорода XII–XV вв. Т. IV. С. 44–91; Она же. Снова о новгородском серебряном рубле-слитке XIII–XV вв. // Там же. 1981. Т. XXI. С. 90–98; Она же. Серебряные платежные слитки Великого Новгорода и проблема происхождения новгородской денежной системы XV в. // Вспом. ист. дисциплины. 1981. Т. XII. С. 219–234; Последние две работы практически идентичны, поэтому в дальнейшем ссылки даются лишь на первую.
