class="p1">Ангор любовался, как Аля перешагнула упавший шелк платья и, потянувшись за халатом, оказалась в луче восходящего солнца. Ее кожа, казалось, была полупрозрачной, как чашка дорогого фарфора. Аля накинула на себя шелестящий шелк халата и подвязала поясок. Халат сразу обрисовал женственную фигуру, похожую на скрипку. Жена стала вытаскивать шпильки и вскоре тряхнула головой, позволяя волосам привольно рассыпаться по спине. И только заметив, что муж ждет чего-то, решила, что ответа на вопрос и прищурилась, вспоминая, о чем была речь.
- Дети… это было непросто, но если поделить любую проблему хотя бы пополам, то она станет вполовину меньше. Я попросила помощи у старших мальчиков, чтобы они помогли мне уложить малышей, - Аля мягко улыбнулась, - они устали от большого количества незнакомцев и капризничали. Старшие, когда поняли, что происходит, сами помогли мне собрать малышню в комнате и уговорили их послушать сказки. Хорошо, что ты кинул полог тишины на комнату, поэтому никто не отвлекался на музыку за окном и все благополучно заснули.
- Это не я, - повинился муж, - мне такое в голову не пришло. Скорее всего, это Ристаус. Полог тишины – это простое заклятие, чаще всего применяемое молодняком при охоте. Так, чтобы добыча не слышала, откуда на нее нападут.
- Ристи, - Аля улыбнулась шире, вспоминая молодого дракончика, которого вчера привели знакомиться.
Вчера на вечеринке появился один из драконов сотни мужа. Он, как ответственный отец, долгое время был с сыном. Когда у десятилеток вырастали крылья, молодняк вывозили в горы и там учили летать, охотиться и делать гнездо, как обычно делали дикие драконы. Ну, да. Это ведь только с рождением Ильмарушки малыши обернулись мальчиками, а до этого времени в питомнике бегали дракончики. И причем, не все вместе, как сейчас, а только в строго отведенных левадах со своими ровесниками. Отцы могли быть с сыновьями постоянно или время от времени, но каждый надеялся, что сын обернется человеком и его можно будет забрать в город. Но если этого не случалось, то в горах становилось на одного дикого дракона больше.
Ристи было восемнадцать лет, но выглядел он лет на четырнадцать. Как нескладный мальчик, перед тем как они вытягивались в молодых парней. У Ристи была лохматая шевелюра, он пока не дал отцу подстричь волосы, как положено взрослым драконам, и поэтому он время от времени встряхивал головой как жеребец, чтобы откинуть длинные волосы, которые лезли в глаза.
Он одновременно стеснялся и в то же время хорохорился, пытаясь выглядеть взрослым. Но ему не хватало элементарных знаний, поэтому он время от времени терялся и замирал, пытаясь понять, чего от него ожидают. Его привели во двор, когда малышня закончила кататься по лестнице и отправилась гурьбой за «свой» стол, чтобы подкрепится. В это время гордый отец представил сотне своего сына, и он, естественно, попал в поле внимания Ильмара и компании.
Если малыши-дракончики рождались размером где-то с пекинеса, то к году дракончик вырастал до размера дворняжки. Десятилетки были размером, как породистые молодые доги. Спиной они доставали Але до пояса. Такие же худые, мосластые от быстрого роста, но при этом элегантные, как коты. Все же, змеиная кровь придавала им очарования. А вот новенький в своей драконьей ипостаси был размером с коня. С белой грудкой и лапами, но с синими крыльями. Тонкими рожками на голове, но на лицевом щитке вместо шипов были пока только едва намеченные шишечки, и поэтому дракончик выглядел не грозно, а очень мило. А еще, он переминался лапами от смущения, как котенок.
И все это невинное очарование попало в цепкие руки Ильмара и было утащено за невысокий стол, чтобы сидя на ковре можно было с аппетитом подкрепиться. Сын вначале познакомил новенького со всеми, а потом взял над ним шефство и, сев рядом, объяснял, что именно лежит на столе и как правильно это есть. Было понятно, что Ристи привычнее есть, будучи в другой форме, и ложки с вилками были ему внове, но Ильмар был терпеливым учителем и никому не позволял хихикать над чужими ошибками. Аля уже не впервые замечала у сына эту особенность – он был лидером в своей среде и мог найти подход ко всем. Когда лаской, а когда и колючим словом, но его, на удивление, слушались и слуги, и взрослые дракончики.
В этот раз за столом сидели не только дракончики, но и маленькие мажата. Сыновья драконов, рожденные от жен. Их было меньше, чем дракончиков из питомника, и если вначале все напряженно присматривались и принюхивались, то еще до тех пор, как подали горячие «медвежьи ушки» (пельмени), все уже передружились и дружно смеялись, пока Сверчок показывал им фокусы и дурачился возле их стола.
Сама Аля сидела за столом с женщинами и видела напряженные взгляды отцов, которые бросались и на детей, и на приглашенных помимо сотни гостей, но присутствие рядом с детьми Сверчка помогло отцам расслабиться и насладиться самим застольем, и праздником. Дракончики, как всякие растущие дети, были прожорливы, и служанки едва успевали подносить полные тарелки и забирать пустые, но вскоре и их бездонные животики наполнились, и пока отцы выпивали и закусывали, они осоловело стали поглядывать по сторонам в поисках развлечений.
К тому времени, как подали десерт, взрослые драконы стали вставать из-за стола, чтобы размяться и покурить трубочку. Столы сократили с трех до одного, а детский столик вообще убрали, чтобы освободить место для танцев. Хорошо, что Аля успела поймать старших мальчиков и попросить их помочь забрать малышню из-под ног взрослых. И поэтому дракончики и мажата отправились с Алей наверх, чтобы почитать сказки. Для многих мажат подобное времяпрепровождение стало удивительным открытием, а Ристи пришлось едва не за руку втягивать в общую комнату.
Многие дракончики сразу обернулись и улеглись на матрасики, переплетясь хвостами и лапами. Мальчики-маги вначале смирно сидели на подушках, но когда тебе на колени кладут чешуйчатую голову и ждут, чтобы почесали между маленьких рожек, то удержаться от улыбки невозможно, и поэтому вскоре все привольно валялись на разбросанных подушках и матрасах не разбирая, кто и на ком. Ристи вначале улегся под стенкой, но когда по нему поползла Хель, тыкаясь носом в сложенные крылья и позволяя обнюхать свои мягкие плюшевые крылышки, Ристи чихнул от пуховой шерстки Хель и наконец расслабился, позволяя топтаться по себе, как по матрасу.
Ристи был единственным, кто дослушал тихую сказку до конца и не уснул. Аля попросила его, чтобы он присмотрел за спящими
