что познакомился с супер крутым дядей, который откроет нам все двери Аргентины. Поэтому просьба ко всем, определиться с пожеланиями. Марк неожиданно сказал, что он тоже с нами едет.
— С вами интересно, и прибыльно. А лишним я не буду.
— Я не пойму, Марк, ты зачем замок в Жуаньи купил? Почему селянки брошены на произвол судьбы?
— Оставь, Айвен. По заводу вездеходов, лучше будет разговаривать мне. У тебя слишком эээ… грандиозный подход.
— Да ладно Марк, я просто вызываю восторг там, где люди должны работать.
— Ты, Ваня, очень точно заметил. Там где ты — никакой работы.
— По любому, готовься Яков Карлович. Завтра пойдем к сеньору де Альвеар. Изложим ему наши планы, послушаем советы, если будут. Мне кажется, ты с ним быстро поладишь.
— Ну, худородные испанцы, осевшие в Аргентине, потомкам крестоносцев не ровня. Но я готов потерпеть.
— Савва, ты не знаешь, новые матерные слова не появились? А то старые уже не отражают.
— А ты просто скажи, Вань, чтоб не выебывался. Неудачная шутка, Яш.
Потом Савва и Марк уехали, а мы с Яковом принялись думать, как бы нам господина посла в партнеры затащить. Такого не купишь. Я вообще мало знаю об Аргентине. А барон и вовсе, мне кажется, не очень понимает где это.
Как-то сам собой разговор вырулился на девушку барона. Он рассказал, что причиной разрыва была ревность с его стороны. Заодно выяснилось, что главный мотор женского комплота за Аргентину именно Ольга Иваницкая. Чем-то ей эта идея понравилась. Именно она убедила остальных девушек что это хорошее дело. Я пошел и принес виноградной. Закурили и обсудили, как к этому относится. — И как ты, Ваня, умудрился их убедить что война все же будет? Это у вас, барон, плохо с интуицией. А женщины только ей и живут. А я просто вижу, что кроме войны у Гитлера выхода нет. Во всех других вариантах он у власти не останется. Экономика рухнет, и ему все припомнят. А мы пересидим в Аргентине. Завод по производству лекарств построим. Не знаю как ты, а я навоевался.
Скрипнула дверь, в цех зашел сторож. С ним пришел какой-то мужчина. Эдакий франт с хризантемой в петлице. Сторож ушел а мужчина представился.
— Здравствуйте, меня зовут Тьерри Жома. Я бы хотел побеседовать с мсье Колтцофф.
— Это я, чем обязан?
— Мы можем поговорить наедине?
— Барон Мейдель мой близкий друг и деловой партнер. У меня нет от него секретов.
— Если вы настаиваете…
— Да, я настаиваю.
— Ну что же. Я сотрудник Сюрте Женераль.
— Хм. И что от нас нужно?
— Вы знаете, несколько дней назад в Фонтенбло в одном из домов, нашли его мертвого владельца. Выстрел в спину и в затылок.
Он внимательно посмотрел на меня, ожидая реакции.
— Какое гнусное самоубийство! — не разочаровал его я.
Вежливо посмеявшись моей немудреной шутке, агент продолжил.
— В подвале дома, при обследовании, обнаружили еще три трупа, со свернутыми шеями. В ходе изучения места преступления был обнаружен склад оружия и несколько тайников. С деньгами и шпионским оборудованием.
— Надо же!
— Установлено, что этот дом был базой группы красных шпионов из России.
— Это же надо! Как обнаглели! Но при чем здесь мы?
— Сейчас поясню. Дело в том, что за этими шпионами мы присматривали. Не знали, где у них база, но наверняка бы выяснили. Но в процессе слежки за этими людьми мы выяснили, что они очень интересовались вами, мсье Колтцофф.
— Это все твои песенки, Айвен. Говорил я тебе, не пой на русском!
— Не думаю, что дело в песнях, барон — заявил мсье Жома — и мне хотелось бы знать ваше мнение на этот счет, мсье Колтцофф.
— Я решительно теряюсь. Интерес красных? С чего? А что вы думаете по этому поводу?
— Мне, мсье Колтцофф, поручено сообщить вам следующее. Нам нет дела до внутрирусских конфликтов. И данное убийство будет расследоваться как попытка ограбления. Но, мсье Колтцофф, мы просим вас, в случае появления на вашем горизонте такого рода людей, связаться с нами. Потому что в этот раз вам просто повезло.
Мсье Жоме, как настоящий француз, не отказался от рюмки халявного merc, и перебросившись парой незначащих фраз откланялся.
— Это был тот парень из кафе возле МИДа?
— Да, Яков. И давай без вопросов. Поверь, я не сбежавший красный. И вообще, не придумывай.
— Но ты хотя бы понимаешь свою ошибку?
— Я, Яков Карлович, очень хочу научиться признавать свои ошибки. Хотя, кого я обманываю, какие у меня могут быть ошибки?
— Кольцов, прекрати уже быть одиноким рыцарем. У тебя есть друзья.
— Спасибо, Яш.
Княжна Вяземская, когда я забирал её из Шиапа, заявила, что раз ты, Кольцов предлагал Ля Куполь — вези! Ну а что? И вправду предлагал. Позвонил Якову.
— Вы, барон утверждали что я забываю о друзьях? Ничего подобного! Монпарнас, кафе Ля Куполь, танцы до утра. Если вы будете не один, я встречу это с пониманием.
— И ни капельки не смешно, Кольцов, — влез вдруг в разговор голос Ольги. — передай Наташе, что мы скоро будем.
Глава 41
«Миллионы в брачной корзине», заметка в газете Монд.
«Волшебство Парижа в том, что он не перестает удивлять и заставляет верить в чудеса. Попав сюда, любой помнит, что здесь реальны самые сказочные сюжеты. Именно так можно начать рассказ о, казалось бы, рядовом событии.
В субботу вечером в Пасси, в кафе Le Claire, в присутствии немногочисленных гостей, было объявлено о помолвке princesse Натальи Вяземской и Айвена Колтцофф.
Называя это рядовым событием, мы всего лишь хотели сказать, что помолвки случаются ежедневно. Но в этом случае была подведена черта под множеством слухов об одной из самых ярких пар парижского света.
Напомним нашим читателям о модном показе prêt à porter Дома
