Моды Скиапарелли, случившемся недавно. Большинство экспертов уверенно заявляют, что именно мадемуазель Вяземская стоит за этим, без всяких преувеличений, грандиозным успехом. Стоит упомянуть о нескольких предложениях руки и сердца, от, без сомнения, достойнейших представителей мировой элиты, отвергнутых княжной. И общеизвестно, что Вяземские — один из древнейших аристократических родов Европы.
На первый взгляд обручение мадемуазель с мсье Колтцофф выглядит совершенным мезальянсом. Но, присмотревшись к жениху, становится понятно, что все гораздо интереснее. Потомок русских дворян, далеких о придворной жизни, после революции эмигрировал. Однако, появившись в Париже меньше двух лет назад, он прогремел в обществе как автор и исполнитель ставших очень популярными песен. А в деловом мире утвердился как видный финансовый аналитик, и эксперт по вопросам Африканских колоний. И, в довершении всего, завоевал сначала сердце, а потом и руку одной из красивейших женщин Парижа. Стоит так же упомянуть, что по оценкам специалистов, жених весьма состоятелен. Нельзя не признать, что мсье Колтцофф представитель нового поколения людей, идущих на смену отжившим свое наследникам состояний предков и дедовских виноградников.
Состав гостей вполне отражал высокий статус события. Поначалу некоторое недоумение вызывало присутствие временного поверенного Аргентины сеньора де Альвеар.
Но затем на этой, несомненно сенсационной церемонии, случилась еще одна сенсация. Как удалось выяснить, при подготовке торжества, были приглашены несколько давних знакомых матери невесты. Остается только гадать, кто эти люди, не сумевшие попасть в Le Claire. Потому что сэр Энтони Густав Ротшильд на церемонию приехал почти без опоздания. Прибыв в Париж несколько дней назад с деловым визитом, сэр Энтони специально выделил время в своем плотном расписании, для того чтобы поздравить молодых людей.
В короткой поздравительной речи мсье Ротшильд поблагодарил за честь присутствовать. А затем заявил, что род Вяземских давно известен своей широкой благотворительностью. В связи с этим, он просит мадемуазель Наталью принять, в качестве подарка на обручение, должность главы „Благотворительного фонда поддержки и развития образования Аргентины“. Добавив, что на счету размещены два миллиона долларов, которым княжна Вяземская, конечно же найдет достойное применение.
Подарок был принят благосклонно и без малейшего удивления, только мсье Колтцофф почему-то долго смеялся.
Состоявшийся затем фуршет прошел весело, под музыку американского джазового квинтета с участием мсье Глена Миллера.
Отметим достаточно продолжительную, для такого рода мероприятий, беседу сэра Энтони, посла Аргентины, и мсье Кольцова. К которой потом присоединился присутствующий на вечере господин Тейманис, глава Союза Ювелиров Бельгии. Беседу прервала княжна Вяземская утащившая своего жениха танцевать.
Это, в самом деле удивительное событие, только еще раз подтвердило статус Парижа как города, где возможны самые сногсшибательные истории, о которых наши читатели узнают на страницах нашей газеты первыми».
Титул «старый говнюк» у меня носит господин Тейманис. Поэтому сэра Энтони Ротшильда я решил называть «гребаный урод». Способ загладить вину перед княжной Вяземской он выбрал изящный, но гиморойный.
— Айвен, — заявил он — все равно вам нужно будет учить ваших с княжной детей. Никто лучше неё не понимает, что им нужно. Так что пусть она для них построит школу и университет.
— Вы правы, сэр Энтони — ответил я. — на булавки для жены я заработаю не обращаясь к вашим структурам. Буду разрабатывать аргентинскую нефть с помощью швейцарских банков.
— Вряд ли вас допустят, Кольцов. Все квоты расписаны.
— Сэр Энтони! Квоты определены по разведанным месторождениям. Я открою новую нефтяную провинцию, и буду разрабатывать её на паях с государством. Правда, сеньор Посол?
Сеньор Массимо с удовольствием наблюдал, как я делаю его работу, то есть привлекаю в страну инвестиции.
— Безусловно, друг мой. Я официально утверждаю, что лицензию на добычу с новых провинций вам дадут на тридцать лет.
— Ну, вот. Главное — никакой Роял Датч Шелл.
Тейманис засмеялся и сказал:
— Сэр Энтони, у вас последний шанс стать участником этого дела. Я уже изучил Кольцова. Он не только найдет нефть, но еще и посмеётся в прессе, над теми, кто ему не поверил.
— И как вы это видите, Кольцов?
— Ваш, сэр Энтони, Стандарт банк финансирует работы. Там ерунда. И получает треть в добыче. А по факту, реализация все равно пойдет через Роял Датч Шелл. А лет через десять Аргентина нашу компанию национализирует, выплатив нам компенсацию. И оставив вам сбыт.
— Гм. Это требует обсуждения. Но в принципе я согласен, конечно.
Я Наташе сказал, что она заставляет меня вести себя, как будто я красна девица. Но если до моего отъезда мы официально не объявим о намерении пожениться, то я найду себе индейку, в смысле краснокожую. А она сама виновата.
Кто бы мог подумать, но для проведения церемонии все оказалось готово. На мои подозрительные взгляды Наташа важничала, и говорила, что он просто умеет это все организовывать. Это только укрепляло меня в подозрении что я, как и большинство мужчин на планете — жертва женских манипуляций. Помня о нездоровом желании Тейманиса попасть на мероприятие, я предупредил её, чтобы ничему не удивлялась. И оказался прав. Ротшильдовские подарки её не удивили.
Само мероприятие прошло в милой и домашней атмосфере. И даже появление сэра Ротшильда её не смогло нарушить. Хотя долбанный урод не придумал ничего лучше, как подарить Наташе миллион фунтов, что был ей должен. Да, это все оформлено как благотворительный фонд. Но владелец этого фонда — она, и вольна делать все, что захочет. Другой расклад, что Наташка теперь точно начнет строить детские дома и прочее. И по всякому утирать носы аргентинским беспризорным. Но я же — гораздо лучше! И вообще, с чего это какой-то Ротшильд решает, чем заниматься моей Вяземской?
В отместку я начал вредничать, и чуть ли не в хамской манере развел Ротшильда на финансирование разведки и начала добычи нефти в провинции Мендоса. То есть, место я конечно не назвал. Ну а чо? Разведку там начнут после войны, вряд ли это на что-то повлияет.
Так стала ясна формальная цель нашей экспедиции. Доехать туда и вернутся. Это не Африка. Существует дорожная сеть. Так что за месяц более чем управимся.
Барон Мейдель был представлен послу Аргентины только на помолвке. А принял он нас
