Не слушая меня, он опустился на колени и поднял жгут отвратительных водорослей — тяжелый, чешуйчатый, белый в стебле и темно-зеленый в листве. Гибрид, мясистый на вид, больше похожий на животное, чем на растение. Повсюду пузыри, размером с большой палец. Дэвид вырвал плеть, с отвращением заворчал и встал.
— Господи! — воскликнул он, зажимая нос. И снова: — Господи!
Я засмеялся, и мы зашагали к ступенькам старого волнолома.
Да, так оно и было: фрагмент, случайное, ни с чем не связанное событие. Даже не очень интересное. Один из периодически возникающих капризов Природы, ни на что всерьез не влияющий. Предположительно…
Кажется, вскоре после эпизода с «глубоководным келпом» у Дэвида возникли свадебные планы. Я, конечно, знал, что у него есть девушка — Джун Андерсон, дочь адвоката из Сандерленда, славящегося самыми хорошенькими девушками в стране. Я встречался с ней и находил совершенно очаровательной, но как-то не отдавал себе отчета в том, что дело зашло настолько далеко.
Ну, тогда казалось, что это продолжается не так уж долго, и теперь, оглядываясь назад, я понимаю, что на самом деле этот период был совсем короток — фактически, одно лето. Возможно, этот отрезок времени для меня сократился еще и под воздействием того, с какой внезапностью их планы достигли кульминации. События резко ускорились, когда самым неожиданным и любопытным образом освободилась ферма Кетлторп, большое хозяйство на окраине долины Кетлторп.
Хотя саму ферму нельзя было назвать жалким реликтом прошлого века, большой каменный дом и служебные пристройки сильно нуждались в ремонте. Однако в глазах Дэвида это место обладало магией Старого Света, и он, со своей компетентностью, очень быстро мог превратить его в современный дом невероятной красоты и ценности. И, главное, удивительно задешево.
Теперь о предыдущем владельце фермы: здесь выяснилось кое-что странное. И это второе звено в цепи вроде бы не связанных между собой событий и обстоятельств.
Старого Джейсона Карпентера в округе, мягко говоря, недолюбливали. Седобородый, молчаливый, холодный, ведущий затворнический образ жизни, с глазами серыми, как волны Северного моря, ни разу в жизни не улыбнувшийся ни человеку, ни животному — он владел фермой Кетлторп на протяжении почти тридцати лет. Не имел жены. Никакая служанка и даже никто из соседей никогда не посещали дом по приглашению старого Джейсона. Никто не заходил и в угодья, опасаясь пса и дробовика Джейсона. Даже торговцы проявляли осторожность в тех редких случаях, когда должны были доставлять припасы.
Однако Карпентер любил пиво и ром и дважды в неделю посещал отель «Траст» в Хардене. Он привык посиживать в курительной комнате и потягивать спиртное; при этом его бдительный пес Боунс лежал под столом, между ног хозяина. А клиенты привыкли немного побаиваться Боунса, но не в той мере, в какой пес боялся своего хозяина.
А теперь Джейсон Карпентер пропал. Заметьте, я не говорю «умер» — просто исчез. Ничто не подтверждало любой другой вывод, по крайней мере, в то время. А случилось это так.
В течение нескольких месяцев различные торговцы сообщали об отсутствии Карпентера на ферме. В конце концов, поскольку на протяжении того же периода его обычное место в «Трасте» тоже пустовало, местные полицейские явились на ферму и проникли в главное здание. Никаких следов старого отшельника обнаружено не было, однако полицейские вынесли оттуда документы — в основном, завещание, если можно так выразиться, явно оставленное на случай подобного расследования.
В этих документах отшельник писал, что в случае «прекращения владения» им фермой, дом, служебные пристройки и угодья «позволяется сровнять с землей, из которой они вышли»; но, поскольку позже выяснилось, что за ним числится значительный долг, имущество выставили на продажу, чтобы погасить его счета. Фактически дому угрожало нашествие судебных приставов.
Все это, естественно, заняло какое-то время, в течение которого дом, пристройки и поместье тщательно обыскали, по вполне понятным причинам. Но ничего не нашли.
Джейсон Карпентер исчез. Никто не слышал о существовании у него родственников; фактически, о нем вообще мало что было известно, как будто его никогда и не существовало. И для многих жителей Хардена это стало лучшей эпитафией.
Еще одно маленькое замечание: «прекращение владения» по времени примерно совпало с тем выбросом «глубоководного келпа» на праздник Креста Господня.
Итак, блестящее бракосочетание Дэвида Паркера и Джун Андерсон имело место в католической церкви Хардена, где даже мрачноватый фон труб каменноугольных копей и стояков водяного охлаждения не мог испортить веселье и торжественность момента. И, тем не менее, даже там, на забитых толпой улицах рядом с церковью, прозвучала нотка, диссонирующая с общим настроением. Всего одна, но и этого слишком много.
Когда под радостные, приветственные крики пара вышла из церкви, была осыпана конфетти и проталкивалась к машине, я услышал, как если бы это было сказано прямо мне в ухо или так, чтобы я непременно обратил внимание, старой каргой в шали и переднике. Стоя у порога своего дома с въевшейся в него шахтерской копотью и качая головой, она пробормотала:
— Ага, он увезет свою ладную женушку в Кетлторп, верно? Колокола звонят сейчас, это правда, но что насчет другого колокола? Он за долгие годы звонил только раз или два, с тех пор, как старый Джейсон поселился в доме, но теперь ходит слух, что он звонит снова, темными ночами, во время прилива.
Я отчетливо расслышал каждое слово, поскольку находился среди зрителей. Я был ближе других связан с празднеством, однако именно по этой причине у меня было много хлопот, и, только вывернувшись наизнанку, я сумел там присутствовать. Услышав гортанное бормотание старухи, я повернулся, чтобы найти ее, даже успел мельком ее заметить, а потом ее скрыла от меня орда мальчишек, кинувшихся подбирать брошенные пенни, трехпенсовики и шестипенсовики, когда машина с новобрачными отъехала.
К этому времени сгустились летние грозовые тучи, разразившиеся дождем по команде вспыхнувшей вдалеке молнии. Это положило конец проблеме. Толпа быстро рассеялась, я тоже заторопился в укрытие.
Однако… хотелось бы знать, что старуха имела в виду…
III. История призрака— Привидения? — повторил я.
Я столкнулся с Дэвидом в библиотеке Хартлипула спустя примерно три недели после свадьбы. Я, будучи ненасытным читателем, «подсевшим» на крутые детективные романы, входил в библиотеку, когда он выходил из нее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
