шепнула ей на ухо, беззаботно пожала плечами и вспомнила, что у Глена есть какие-то особенности дара. Так почему бы ему при желании не уметь кого-то распугивать. Да она и сама могла, просто ей нужно было видеть того, кого пугает. А так, направила на него неслышимый, но вызывающий страх звук, и человек поспешит убраться из неприятного места. А еще, если потренироваться, можно попробовать «швыряться» невнятными образами, для этого даже не обязательно нужно быть магом. Но тут, если поймают, могут наказать, хоть и не сильно.
В общем, Нире был нужен котик, со всеми его недостатками.
А котику Нира, иначе с чего бы он так радостно бросался на помощь по любому поводу?
— Совет вам, да любовь, — проворчала Вика, глядя, как эта парочка стоит у окна, прижавшись друг к другу плечами и что-то тихо обсуждает.
В башню Вика переезжала в сумерках. Ее в подобии паланкина туда несли знакомые здоровяки. А Нира и Глен шли следом, как скорбящие родственники. Так что видеть этот переезд прохожим точно не стоило. Как Глен их распугивал, Вика не особо поняла, но почувствовала нечто едва уловимое. Ветер шелестел листьями немного не так. Тени, если приглядеться, были не той формы. Что-то подозрительно шуршало, позвякивало. Один раз ее по руке мазнуло холодом и вот это было жутенько, словно с привидением столкнулась. И во всем этом словно огонек пульсировал, к которому не стоило идти, потому что он то ли заманивал, то ли не желал никого видеть рядом с собой и мог напасть.
И, да, Вика не собиралась умирать от любопытства и пытаться самостоятельно разгадать эту загадку. Поэтому, когда дошли до башни, спросила у котика о природе его распугивателя прохожих.
— Иллюзии, — улыбнулся Глен и добавил: — Большей частью.
А что там было меньшей, не сказал. Зато пообещал сварить грушу в вине с какими-то расчудесными специями.
— С нехорошего котика хоть шерсти клок, — проворчала Вика, когда осталась в новообретенной комнате одна.
А потом долго не могла отделаться от ощущения, что упустила что-то важное. И уснула, пытаясь понять, что именно. Но так и не поняла, а утром ощущение уже пропало, да и не до ощущений было — безумным магам-ученым захотелось срочно проверить не повлиял ли переезд Вики на ее срастание с миром, а если повлиял, то в какую сторону.
Глен и Нира, проводив Вику и попрощавшись с ней, в школу вернулись не сразу.
Сначала они сходили к морю, полюбоваться дрожащей на воде серебристой лунной дорожкой. Потом посидели за шатким столиком рядом с несерьезной полосатой палаткой. В палатке готовили горячие напитки из вина, меда, разнообразных специй, фруктов и ягод. А к ним подавали расплавленный сыр, спрятанный под хрустящей корочкой из муки, яиц, сухарей и непонятных мелких зернышек.
Потом они долго целовались под деревом с большими овальными листьями. Глен с серьезным лицом уверял, что так принято на далеких северных островах. И наверняка врал, потому что по виду дерево было южное, но Нире было все равно.
И неизвестно чем бы оно закончилось, но тут им по пути попался не шибко трезвый, зато очень веселый сыскарь.
— Я все понял! — жизнерадостно заявил он, подняв над головой руку и покачнувшись. — Все! Я только не понял, зачем!
И он подмигнул Нире.
— Может вас проводить? — спросила добрая девушка, не привыкшая бросать на улице знакомых, которые в своем состоянии запросто могут попасть в беду.
— Куда? — с подозрением спросил Ливин.
— В школу. Там даже Меньес уже интересовался, куда вы делись. Может даже заподозрил, что мы с вами что-то нехорошее сделали, — терпеливо объяснила Нира, а Глен стоял рядом и с любопытством наблюдал за переговорами.
— Вы? — широченно улыбнулся сыскарь и его повело назад. — Что мне может сделать такая милая мышка? Даже замуж меня не возьмет, замуж меня хотят какие-то истерички почему-то, а милые моих друзей замуж берут.
Прозвучало с некоторой обидой, и Нире еще больше захотелось отвести этого несчастного в безопасное для него место.
— Мы вас в школу отведем, — сказала девушка, а Глен кивнул, подтверждая, что отведет, если будет надо, силой.
— Школа — это хорошо, — благодушно кивнул Ливин, шагнул вперед, споткнулся на ровном месте и уселся на том же месте. — Школа, это отлично, — заявил, задрав голову. В школе лекарь, он меня полечит и я буду как новый. Давно так не пил. С тех пор, как притворялся контрабандистом. Все понимаю, а ноги не несут.
Глен вздохнул, помог сыскарю встать, а потом медленно повел к школе. Нира засеменила рядом. А всю романтику, как корова языком слизала.
— Еще в школе планы, — бормотал Ливин по дороге. — Я все понял, только не знаю, зачем. Но вывод один. И если сопоставить. Поломки. Подвалы. Проходы. Нужно смотреть на план и найти…
Речь сыскаря с каждым шагом становилась все невнятнее.
А Нира, благодаря этой речи вспомнила про другие планы.
Планы размещения хозяйственных амулетов. И аномальные поломки, пятна. А ведь «колодец» объяснял только одну из них, да и то, не факт, что полностью.
— Глен, нам нужно посмотреть на схему Призрачной горничной, — сказала Нира, когда почти уснувшего сыскаря передали разбуженному лекарю. — Кажется, у меня идея.
глава 31
Глава 31
Если сложить все вместе…
Глен и Нира чуть ли не половину ночи потратили на «прогулку» по школе. А перед этим рассматривали схему в управляющем зале и соотносили места, где в «горничной» было больше всего желтых и синих пятен с реальными коридорами, их удаленностью от «колодца» и то, в какую именно сторону они удаляются.
— Веер, — сказал Глен, когда у Ниры от рассматривания схемы в тускло освещенном помещении уже глаза болели. — Наш директор сказал, что искать будем по принципу веера. И если взять «колодец» за основание веера, а пятна, которые находятся по другую сторону от основного скопления за реакцию на те, которые находятся в основном, то становится понятно, в какую сторону этот веер направлен.
Нира зажмурилась, открыла глаза, потом развела указательный и большой пальцы, вытянула
