Джон очнулся. До известности еще далеко, если она вообще когда-нибудь придет, а решать надо сейчас.
- Хорошо, Чарли. Поговори с ними, и встретимся сегодня в восемь в кафе у Элма, на Кавентри.
- Кафе Элма? Знаю.
- Да, и еще прикинь, сколько денег потребуется на инструменты, аппаратуру и все остальное.
- Прикину.
- Тогда до вечера.
- До вечера.
* * *
Когда Джон вошел в кафе, Чарли уже ждал его, сидя в углу за столиком в обществе двух длинноволосых парней.
- Привет, Джон! - закричал Чарли на весь кабачок. - Иди к нам! Мы тебя давно дожидаемся.
- Бенни Байт, ударник. Ник Флетчер, басист. Я тебе о них говорил, - представил Чарли длинноволосых парней.
Бенни и Ник смущенно улыбнулись, пожимая руку Джона. Парни явно чувствовали себя не в своей тарелке, что никак не вязалось с обликом бесшабашных рок-музыкантов, каких Джон привык видеть на концертах. В жизни это оказались скромные и даже застенчивые парни.
- Вокалист прийти не смог, но я с ним уже договорился, - деловито сообщил Чарли.
- Надо бы его послушать.
- Послушаешь завтра. Я арендовал небольшой зал в Саутгемптоне, так что завтра можем начать репетировать.
- И за сколько?
- Пустяки. Пятьдесят фунтов в неделю.
У Джона ёкнуло сердце, но он постарался не подать виду.
- Ты подсчитал, сколько нам нужно денег для начала? - осведомился он.
- Приблизительно. Инструменты у ребят есть, у меня тоже. У тебя, я надеюсь, орган найдется?
- Да. Стоит дома.
- Отлично. Значит, остается аппаратура, синтезатор и еще кое-какие мелочи. Все укладывается в пять тысяч. Я знаю, где можно взять со скидкой.
Джон взохнул с некоторым облегчением. Такие деньги у него были. Даже кое-что должно остаться.
- Хорошо. Столько у меня найдется.
- Отлично! Значит, завтра начинаем репетиции. Тебя какое время устраивает?
Секунду Джон колебался. Но нет, отступать поздно. Ему придется уйти из оркестра.
- Мне все равно. Давайте начнем с утра. Скажем, часов в десять.
- Идет. Слышали, ребята, что сказал шеф? Завтра в десять будьте на месте со своими инструментами. Где находится зал, знаете. Пока.
Бенни и Ник поднялись, неловко попрощались с Джоном и направились к выходу. Джон заметил, как Бенни, выходя, достал из кармана очки в дешевой оправе и нацепил их на свой длинный нос.
Лэкер огляделся по сторонам. Народу в заведении было немного - как правило, толпа набивалась сюда позже. Здесь собирались, в основном, люди, имевшие отношение к искусству - актеры, писатели, музыканты, художники. Джон заметил несколько знакомых лиц.
- Ну что, ты доволен? - осведомился Чарли.
- Это я смогу сказать, когда услышу, как они играют. Кстати, почему ты назвал меня шефом?
- А, ерунда. Просто я сказал ребятам, что ты нас финансируешь. Может, они неправильно меня поняли и решили, что ты миллионер?
* * *
Зал оказался пустым и холодным. Половина ламп под потолком не горела, сквозь незаметные глазу щели проникал колючий ветер, крутя по полу пыль, конфетные бумажки и окурки. Правда, сцена имела вполне приличный вид.
Чарли, Ник и Бенни уже устанавливали аппаратуру. Оторвавшись на несколько минут от своего занятия, они помогли Джону втащить на сцену его старенький электроорган. Несмотря на устаревшую конструкцию и потертый вид, орган давал отличный звук, и Джон был им доволен.
В углу, уткнувшись в газету, сидел парень лет двадцати пяти, тоже длинноволосый, в потертой кожаной куртке с многочисленными "молниями", таких же потертых джинсах и коричневой шляпе, надвинутой на самый нос.
- Дэвид Тьюз. Вокалист, - представил его Чарли.
Вокалист вяло поздоровался с Джоном и снова уткнулся в газету.
Настройка аппаратуры заняла около двух часов. Наконец все было готово. Джон раздал музыкантам ноты и уселся за электроорган. Рядом поблескивал кнопками новенький синтезатор - концертный "Roland", только что доставленный из магазина по заказу Беркома.
- И это все? - осведомился Чарли, пробежав глазами ноты. - Тут всего на двадцать минут игры. И вокала нет.
- А ты хочешь репетировать сразу целую программу?
- Конечно! Но я это предвидел и прихватил кое-что из своих сочинений. Тут и слова есть.
- Ладно. Но сначала попробуем сыграть мою вещь. А через пару дней я напишу еще - у меня уже есть замысел. Начали! - Джон уселся поудобнее, дал отмашку и взял пробный аккорд. Переливчатый звук раскатился по залу. Инструмент звучал хорошо. Джон заиграл вступление.
Через несколько тактов к нему подключился ударник. Незаметно, исподволь в мелодию вплелась соло-гитара - Чарли был мастером своего дела; басист немного запоздал, но быстро сумел подстроиться.
Вокалист оторвался от газеты и с интересом слушал.
Джон играл, и ему все больше нравилась собственная музыка. Он находил в ней новое, ранее не слышанное им звучание, которое придали его произведению электрические инструменты. Когда замолк пропущенный через ревербератор последний звук, Джон ощутил тихую радость. Получилось именно то, чего он хотел. Вновь образовавшаяся группа играла еще не очень слаженно, но в целом впечатление осталось хорошее. Музыканты знали свое дело, более того, они почувствовали его музыку, поняли ее. А это - главное.
Несколько секунд все молчали. Потом Чарли отложил гитару, подошел к Джону и протянул ему руку.
- Ты написал настоящую вещь, - сказал он. - Не знаю, примут ли ее, но это - музыка.
* * *
Они сидели в заведении у Элма, где встретились накануне. По предложению Чарли они решили отметить создание новой группы.
- Итак, как мы обзовем себя? - спросил Чарли, когда им принесли выпивку.
- Я предлагаю назвать нашу группу "The Way To The Top" - "Путь к вершине", - робко предложил Бенни, поправляя очки и беря в руку бокал. - Ведь именно это я уловил в вашей сюите, мистер Лэкер?
Джон с удивлением взглянул на ударника - парень понял все, что он хотел сказать своей музыкой! И играл хорошо - Бенни ему сразу понравился.
- Да, ты прав. Именно это я и хотел выразить. Мне название нравится. А как вам?
- Вполне прилично, - отозвался Чарли.
Ник и Дэвид согласно кивнули.
- Тогда, поднимем бокалы за то, чтобы этот путь действительно привел нас к вершине! - провозгласил Джон.
За сегодняшний день они трижды сыграли сюиту, написанную Джоном, и несколько песен Чарли. Песни оказались очень даже неплохие, они брали за живое, и Джон согласился включить их в программу. В песнях Чарли жесткий ритм и рычание бас-гитары, пропущенной через фуз, сочетались с плачущим голосом соло-гитары и высокими переливами электрооргана, что вместе создавало сложную и глубокую мелодию, точно соответствующую словам песни. Причем песни Чарли весьма удачно сочеталось с полифоническим звучанием музыки, написанной Джоном. Она как бы говорила о том же, но на другом уровне восприятия. В голове у Джона уже родилась мелодия, которой они должны были закончить программу, мелодия, подводившая итог всему концерту. Поэтому Джон не стал засиживаться в кафе, а, попрощавшись с новыми друзьями, поспешил домой, горя нетерпением поскорее перенести на бумагу звучавшую в нем музыку. Несмотря на мелкий противный дождь, на душе было светло и радостно - начало положено; теперь - вперед, вверх!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
