Снова выкатилась и растянулась по небу луна. Посеребренные останки статуй казались живыми, пульсирующими, отколотые головы готовы говорить, а руки, ноги, хвосты и копыта — поползти к вторженцам.
Стена шевелилась. Или шевелилось то, что было за ней.
— Я гляну, — сказала Декстра.
— Я посмотрю, — и Декстра оттолкнула Тао и Целеста, а затем и мистиков. Она приблизилась к стене, прищурилась, словно готовая вызвать на бой того — тех, кто? — что бродило по ту сторону пчелиного улья. Она потрогала камни, приложила ухо, зачем-то коснулась языком отбитого торса какой-то статуи, словно пародируя любовные ласки.
И взлетела. Целест отступил назад.
"Последний раз я летал с Вербеной".
Декстра задержалась в воздухе. В лунном свете широкое ее лицо поблескивало от пота, левитация только со стороны казалась чем-то легким, на самом деле забирая больше всего ресурса. Ее мускулы видимо напряглись, Декстра будто поднимала тяжести — так оно и было, собственный вес.
— Твою мать, — выдохнула она, прибавив замысловатое ругательство, которое Целест не разобрал, зато Рони покраснел.
Она колупнула верхушку "забора", а затем резко спустилась:
— Дерьмо, — дыхание прерывалось. — Дерьмо.
— Что там? — спросил Тао, опередив остальных.
— Чертова туча одержимых. Они валяются прямо под стеной… — Декстра хмыкнула, Целест шагнул ближе, думая, что ей, наверняка, тоже хочется курить. — Сплошной массой. Ковром. Лежат на спине с открытыми глазами, но черта с два они дохлые. Живее всех живых.
— Они нас не пропустят, — ссутулился Авис. На тощей шее быстро дернулся кадык. — Верно?
— Иди и попробуй, — огрызнулась Декстра. Глава или нет, сейчас она была испугана, и наверняка, бесило, что мистики ощущают это. Хотя… чего стыдиться? Разрушитель Виндикара заслуживал того, чтобы его боялись.
— Сколько их? — Целест походил взад-вперед под стеной. Совсем как в детстве и юности — старый вяз, дупло, где прячешь надоевшую серую мантию, и перепрыгиваешь на свободу. Они могли перебраться и перекинуть парочку мистиков, даже у него бы хватило ресурса, но как насчет "охраны"?
Пчелы будут кусаться.
— Сотни. Может, тысячи, — Декстра покачала головой. Кулаки сжимались и разжимались, будто кошка втягивала и выпускала когти. — Мы не призвали бы их и за месяц, если бы ребята просто валялись и не дрыгались. Проклятье, да там, наверное, треть Виндикара… в том числе, аристократы, — она покосилась на Целеста. — Те из них, кто не был "Магнитами", ха.
Повисла пауза. Луна, тем временем, распухла, словно гнойник, желтоватым и гнилостным был ее свет, и Рони представлял, как болезненные лучи отражаются в зеркально-пустых глазах "стражи" Амбивалента. Целест поежился от перехваченного образа.
— Декстра, — Тао нарушил молчание. — У тебя хватит ресурса на… — он нервно облизал тонкие кукольные губы, хихикнул, — на диверсию… живую бомбу.
— Ресурса? Да. У меня полным-полно ресурса, но… — она поняла все первой, и закрыла покрытыми шрамами руками лицо, — Тао, ты что ли, собираешься…
— Кто-то должен, — он снова хихикнул. Авис схватил напарника за запястье:
— Не надо. Тао. Мы… придумаем что-то другое, — теперь его покрытый порами нос блестел, точно после часа тренировок, — не надо.
Тао рассмеялся.
Он сдерживал смех, потому что опасался разбудить тех, кто по ту сторону, но согнулся пополам, хватаясь фантомными пятернями за живот, будто его щекотали. "Будто за шиворот заползла целая стая пчел", — Целест стоял с приоткрытым ртом.
Он понимал. И от понимания подташнивало, почти как у котлована с трупами.
— Ладно, ребята, — Тао отсмеялся минуты через три. — Больше некому. У нас три воина и два мистика, но мистик тут не годится. Целест — троянская лошадка, или как там это называлось, в общем, подарочек Амбиваленту. А у меня ресурса не хватит на запал… только быть оболочкой. В общем, как всегда, чертов выбор — которого нет.
— Это правда, — после паузы, проговорила Декстра. Она опустила голову. — Черт. Я ненавижу посылать на смерть…
— Так мы ж все шли умирать. Просто я первый, — губы Тао побелели до оттенка выгоревшего воска, однако он улыбался. — Ну так… чего тянуть? Наши приятели могут проснуться.
— Тао.
Авис ссутулился почти вдвое, на миг почудилось — согнется пополам, упадет в обморок или на колени, умолять напарника — не надо, мы все идем на смерть, но когда кто-то — первый, это нечестно.
Потом он обнял, закрывая долговязым телом маленького тощего китайца. Тао хмыкнул, похлопал Ависа по спине. На культях обеих кистей по-прежнему тлел огонь.
— Все, — он отстранился первым. — Декстра… ты готова?
— Да, — за пару минут Глава воинов постарела еще на десять лет, и казалась древней, как ведьма из сказок.
— Есть вопрос, — Тао ухмыльнулся. — Не откажете всезнайке? Что случилось с твоими волосами, а? Куда делся огонь?
Декстра вытаращилась, сдерживая жест — покрутить у виска. Камикадзе, впрочем, не судят. Пожала плечами:
— Не было никакого огня. Ни один пирокинет неспособен постоянно удерживать прослойку между кожей и пламенем. А волосы… просто подарок Винсента. Постоянная иллюзия, универсальная — равно для Магнитов, людей и кого угодно.
Она отвернулась.
"Так вот как используют силу всемогущие мистики", — Рони выдохнул. Он пожал руку Тао. Целест проделал то же самое, чувствуя в животе мерзкий холодок, словно проглотил чью-то мраморную башку — ледяную, несмотря на жару, башку.
— Теперь я знаю тайну Глав Магнитов, — и Тао оскалился, демонстрируя мелкие беличьи зубы, а потом сиганул к стене, по пути "включая" левитацию. — Пли!
И Декстра ударила.
Сначала вспыхнула кожа, и тут же лопнула, словно кровь и все жидкости Тао превратились в высокооктановое топливо, какое заливали в мобили богачей. Живой факел скорчился от боли на долю секунды, но удержал левитацию.
Целест чувствовал, как из дыры в щеке течет слюна. Он стискивал ладонь Рони.
"Мы все идем умирать, но так обидно, что кто-то — первый".
Волосы Тао испарились, а сгусток пепла отшвырнуло в лицо. Потом "детонатор" перемахнул стену.
Авис согнулся пополам, уперся коленями и лбом в мостовую. Целест подумал, что жест напоминает молитву. Люди всегда молились мертвым и умирающим, Магниты… выходит, что тоже.
Из-за массива камней полыхало оранжевым в сине-зеленую радугу.
— Что там? — спросила Декстра, отдергивая Рони, чье лицо сделалось неподвижным — словно собрал воск расплавленной куклы-Тао и слепил маску. За шиворот подняла и Ависа:
— Вы, мистики, дьявол вас дери. Докладывайте.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
