махнул рукой.
– Вот черт. – Кристер вдруг серьезно посмотрел на него, отложил бутерброд на тарелку и перегнулся через стол. – Это как банджи-джампинг.
– Прыжки с банджи? Ты о чем?
– Я о том, что любовь – это как банджи-джампинг.
– Что ты такое несешь? Ты что, пьяный? – Рубен презрительно посмотрел на коллегу.
– Нет, серьезно. Это как банджи-джампинг. Если будешь долго стоять и думать, непременно испугаешься и все испортишь. Я столько раз был близок к этому, – шепотом добавил Кристер. – Фишка в том, чтобы не думать. Просто прыгнуть.
– Просто прыгнуть, – эхом отозвался Рубен. – Это лучший совет в любовных делах. Просто прыгнуть.
– Ага, – удовлетворенно промямлил Кристер с набитым ртом.
Он с отвращением поднял верхнюю половинку булочки и вытащил из-под нее лист салата.
– О чем они думают, когда добавляют такое? – Кристер скривил рот. – Кому могло прийти в голову испортить неплохой в целом бутерброд этой травой? Интересно, если они перестали бы это делать, нашелся бы хоть кто-нибудь, кто спросил бы: «А где мой салатный лист? Хочу салат в бутерброде!»
– Я свой уже выбросил, – Рубен грустно кивнул на лист на тарелке и вздохнул. – Значит, просто прыгать?
– Просто прыгать.
Рубен покачал головой.
– Ты и банджи-джампинг, ни за что не подумал бы… Ни за что…
Кристер рассмеялся:
– Я? – Он вытер выступившие на глазах слезы. – Я и банди-джампинг? Да как тебе такое только в голову взбрело. Ни за что в жизни… Я и банджи-джимпинг. Ну и кто из нас после этого пьяный?
Натали постучала в кабинет Тора и вошла, не дожидаясь ответа. Мина покачала головой, следуя за ней.
Дочь явно унаследовала отцовскую решительность. Тор, стоя возле стола, разговаривал по телефону.
– Вынужден прерваться, – сказал он в трубку, увидев Мину и Натали. – Я вам перезвоню, извините.
И отложил телефон.
– Как дела? – с порога спросила Натали. – Ты нашел моего папу?
Тор прислонился к краю стола и вздохнул.
– Натали, я понимаю, что это худшее Рождество в твоей жизни, – мягко заговорил он. – Теперь уже ищет не министерство. К делу подключено СЭПО, но даже у них… пока ничего нет. Тем не менее я рад, что вы заглянули. Хотелось расспросить, как ваши дела. Как вы? – Он перевел взгляд на Мину, а потом снова на Натали. – Могу я что-нибудь для вас сделать?
На столе стояла миска с карамелью, в обертке, украшенной символом правительственной канцелярии. Натали взяла конфету, развернула и положила в рот.
– Ну а сам как думаешь? – в свою очередь спросила она. – Если верить этому… автоответчику, папе осталось жить пять дней. Наверняка и у вас, и в СЭПО умеют выслеживать нужных людей. Так сделайте это… пожалуйста. Раз уж ты спросил, что можешь для нас сделать. А потом поместите папу в криптонитовый ящик и приставьте охрану в десять тысяч человек.
Судя по голосу, Натали вот-вот была готова удариться в слезы. И Мина ничем не могла ей помочь, кроме как пожалеть по-матерински. Она погладила Натали по спине.
За окном снова падал снег – мокрый, городской, который разводит на улицах слякоть.
– В этом и состоял мой план! – Тор помахал указательным пальцем в воздухе. – Когда все закончится, у Никласа будет больше охраны, чем у президента США. Что касается выслеживания, нам удалось локализовать его телефон. Жаль только, что Никлас не захватил его с собой.
Тор кивнул на еще один телефон на столе.
– Мы нашли его в ящике стола, – сказал он. – Это твоего отца.
Мина посмотрела на Натали, у которой как будто внутри что-то упало.
– Мы были у дедушки, – сказала Натали, опускаясь в кресло для посетителей. – Но он тоже ничего не знает.
– У Вальтера? – Тор просиял. – Как он? Вальтер мне всегда нравился. Он ведь был первым из вашей семьи, с кем я познакомился. Задолго до того, как начал работать с Никласом. Я проходил у Вальтера стажировку. В то время он, конечно, еще не был членом верховного суда… Тьфу ты, опять заболтался. Извините… Ну и когда вы с ним разговаривали?
«Из вашей семьи», – сказал Тор. Для Мины все еще было непривычно ощущать себя частью семьи Никласа. Но ей не составило труда представить этого жесткого, подтянутого человека рядом с Вальтером.
– Мы были у него за день до сочельника, – ответила она. – И он говорил о тебе.
– С дедушкой как будто все в порядке, – подхватила Натали. – Он угощал нас кофе, ореховым печеньем… как настоящий дедушка. Но он ничего не знает о папе.
– Ореховое печенье? – Тор нахмурился. – Вы уверены?
Натали кивнула и открыла рот, как будто чтобы что-то сказать. Но в результате закрыла его, не сказав ни слова.
Так вот что так насторожило Мину в доме в Эппельвикене. Черт, она должна была понять это сразу. Мина давно не встречалась с Вальтером и не помнила всех его особенностей, тем не менее… Непростительная забывчивость.
– Но ведь…
– У дедушки аллергия на орехи, – закончила за Тора мысль Натали, и Тор кивнул. – Ты-то откуда знаешь?
– Думаю, это случилось еще до твоего рождения, – начал Тор. – Вальтер с коллегами были на рождественском обеде, кажется… в подвале Оперы. Вальтеру подали какое-то блюдо с орехами… он чуть не умер. Это так понравилось газетчикам, что его аллергия несколько дней оставалась новостью национального масштаба.
– Но Вальтер выставлял на стол ореховое печенье, когда его навещал сын, – подхватила Мина. – Так было, когда мы с Никласом только что поженились. Ореховые пирожные – Никлас любил их уже тогда. Я это хорошо помню.
Мина замолчала, как будто не была уверена, что у нее хватит духа закончить мысль.
– Когда мы с Натали пришли, у Вальтера на столе стояла тарелка с ореховым печеньем. Как будто он только что с кем-то пил кофе… И этот кто-то – Никлас. Могу поспорить, что Вальтер прячет его у себя в доме.
Натали смотрела на мать несклько секунд, а потом повернулась к Тору.
– Обзвони своих охранников, полицейских, солдат… кто там у тебя еще есть. Они через полминуты будут с моим дедушкой… и папой.
Тор достал телефон, но замер на полудвижении.
– Не так быстро, – сказал он. – Вальтер совершил геройский поступок, спрятав у себя сына, потому что тем самым он и на себя навлек опасность. Если Никлас действительно у него, об этом никто не должен знать. На подготовку операции и согласование всех действий потребуется время.
Натали как будто хотела возразить, но Мина положила ей руку на плечо.
– Если твой отец с Вальтером, у него были достаточно весомые причины искать там убежища. Представь только, что туда нагрянут
