Я тронул Варза вперед, он оттолкнул гвардейца грудью, тот отскочил, на лице его была полная паника.
— …и к императрице Мичико.
— Тин!!! — наконец выговорил второй гвардеец.
— А обеда точно не будет, я сжег кухню, — обернувшись, любезно сообщил ему я и врезал коню ногами по бокам.
Варз злобно оскалился и рванул в галоп. Я прижимал к себе Ян все крепче, ощущая сквозь мундир нижнюю часть ее тяжелой груди, судорожно дышащую грудную клетку, сгиб бедра.
— Тин, тин! — неслись удаляющиеся крики сзади.
КНИГА ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ
Герой возвращается в сказку. Он опять в тумане, но туман
этот сладок, он напоен нежными и незнакомыми ароматами.
История воина и шпиона закончена, началась другая история
и другая жизнь. Невероятной красотой мира воздает ему
за дела его милосердный
Бог Небесный.
ГЛАВА 25
МАСТЕР ВЭЙ, МАСТЕР И, МАСТЕР ШИ И ДРУГИЕ
Влажный воздух стегал меня по лицу, как горячая тряпка. Далеко на севере горой поднимались сизые тучи, по которым пробегали игрушечные серебристые сполохи. Сзади раздавались крики — и вот уже отдаленный топот копыт: плохо. А я несся по твердой, высохшей красноватой земле большой дороги (по сторонам которой выстроилась толпа зевак), не имея понятия, куда, собственно, бежать.
Я никогда в жизни не бывал на станции Мавэй. Я понятия не имел, куда ведет эта дорога. Я знал только, что если скакать по ней обратно к столице, на север, как я сейчас делаю, то рано или поздно придется встретиться с движущимися сюда триумфаторами — госпожой Чжан, с ее множеством повозок и новыми гвардейцами.
Ясно также было, что если сойти с дороги, то по крестьянским полям далеко не ускачешь, и прежде всего потому, что тебя там видно как на ладони: рано или поздно догонят. А кругом как раз и были одни сплошные квадраты полей, разделенные невысокими валами земли, укрепленными чахлыми деревьями и кустами, чтобы не дать границам между полями расползтись от дождей.
Но ум человеческий — удивительная штука: он не забывает никогда и ничего, важно лишь уметь извлечь из него нужные воспоминания в нужный момент. Входи в дверь вторым, чтобы успеть посмотреть, что стало с первым; въезжая куда-то, запомни, как отсюда выехать: вот какие заповеди командуют умом, пока сам его хозяин думает о чем-то ином.
Что там мелькало в уголке моего левого глаза, когда я с замиранием и надеждой подъезжал сюда? Ведь что-то было. Какая-то полоска зелени, повыше — холмы и снова зелень. И еще холмы. Сейчас, значит, все это должно быть справа от меня.
Я пронесся мимо тыкающих в меня пальцами жителей Мавэй, дорога вывела на холм, и я отчетливо увидел те самые поросшие лесом возвышенности справа, в нескольких ли.
Звук копыт сзади не приближался, но и не удалялся. Все равно плохо: их много, и одни могут гнаться за мной, другие — стрелять с седла.
— Эт-то было зд-десь, — стуча зубами, попыталась прокричать мне Ян. — В Мавэй. Она была лисицей-оборотнем, ей предсказала гадалка — не ездить в Мавэй. Но она не верила в суеверья и поехала…
Тут очередной прыжок коня подбросил ее вверх особенно жестоко, она ойкнула и буквально упала на меня спиной.
— Какая лиса? Что здесь было? — прокричал я почти в ее ухо (в его мочке я увидел маленькую дырочку, в которую раньше была продета сережка из розового нефрита).
— Это сказка! Про девушку-оборотня и ее любимого! За ней погнались собаки охотников из Мавэй, — пояснила Ян, мучительно пытаясь устроиться на луке седла. — Она обернулась лисой и попыталась убежать. И собаки ее догнали… и… и сожрали…
Мне стало весело и легко.
— Ты не лиса! — крикнул я. — И у них нет собак!
А в Мавэй, значит, есть охотничьи угодья. То есть — леса, и немаленькие, порадовался я.
И в этот момент мне в спину — нет, в правое плечо как будто ударил кулак. И сердце сжала невыносимая тоска.
Что же это такое, подумал я. Что за заколдованное дэвами место — мое правое плечо, пробитое стрелой много лет назад, и еще плечо Маленького Вана по имени Цзя Дань… Как же это могло случиться, ведь, значит, сейчас я не смогу двигать даже рукой, как приколотый жук, ускакать смогу очень недалеко, всего чуть-чуть, потом надо будет останавливаться, вытаскивать стрелу, перевязывать… но останавливаться как раз нельзя. Бедная моя мартышка, думал я, левой рукой прижимая к себе подпрыгивающую Ян, что мне делать с тобой, когда солнечный свет начнет бледнеть, а кровь в голове все громче стучать и шуршать? Что с тобой станет без меня?
Я застыл, съежившись и вцепившись в узду, стараясь не замечать тупой боли в плече, и рванул зигзагом по крестьянским дамбам на восток. Пригорок — осторожный поворот головы влево, чтобы не шевелить правым плечом, — ага, не очень большие красные фигуры довольно далеко сзади. Их три или четыре — что, и только? Вперед!
Варз злобно машет головой, толстый зад заносит его туда-сюда, но мощные ноги хорошо держат на земле. Рядочек тополей, огибаю их, преследователи больше меня не видят. Дорога! Настоящая дорога, ведущая к лесистым холмам!
«Гррумм», мрачно предупредила меня сизая туча голосом будто из иного мира, далеко-далеко слева. Если тобой повелевает злой дух, туча, всели страх в сердца моих врагов… Лес, настоящий лес передо мной. Что, если я пронесусь через него и через несколько шагов увижу новые поля и деревни? Тогда — нет спасения.
Я ворвался в лес, прислушиваясь к бурному дыханию Варза. «А-ах», — громко сказала Ян, пытаясь полуобернуться и обнять меня. Вперед… не оглядываться… нет, все-таки есть мгновение, чтобы оглянуться — и не увидеть сзади ничего, кроме полей и крошечных крестьянских конических шляп цвета соломы, с двумя тоненькими палочками — расставленными ногами-под каждой. Рощица тополей, спасибо тебе! Ты помогла мне сохранить несколько капель крови, которая все равно сочится, наверное, уже на седло. Плечо не ощущает ничего, даже от тряски, и это пугает больше всего. Вверх по лесной тропе… где тут ручеек с каменистым дном, речка, что угодно, где я не оставлю отпечатков копыт? Ведь откуда-то же берут крестьяне воду для полей? Да вот же он, такой ручей. Поворот — и вверх по руслу, разбрызгивая воду. Сколько времени я скачу? Почему я еще жив?
Заросшее кустами и деревьями плато, с него сверху можно увидеть кусочек долины с полями. Красных точек на ней нет — значит ли это, что мои враги уже подскакали к опушке и теперь рассыпаются веером, загоняя нас, как лис? Но тогда им придется перекликаться между собой, и мне это поможет. Да и вообще, откуда столичным гвардейцам знать, как преследовать человека в лесу? Вот угрюмый господин Ду, наверное, оказался бы им тут очень кстати.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
