– По-моему, мне лучше пойти домой, – сказал Донован, неуверенно поднимаясь на ноги. – Конечно, если я вам больше не нужен. У меня еще какая-то слабость.
– Безусловно, это лучшее, что вы сейчас можете сделать, – сказал Пуаро. – Мосье Фолкнер, надеюсь, уделит мне еще немного времени. Я сейчас вернусь.
Он проводил Донована до двери и вышел с ним на лестницу. Там они поговорили о чем-то пару минут. Вернувшись в квартиру, Пуаро обнаружил, что Джимми стоит в гостиной с озадаченным видом, приглядываясь к обстановке.
– Итак, мосье Пуаро, – сказал он, – что вы собираетесь делать дальше?
– Ничего. Расследование закончено.
– Что?
– Я все выяснил... уже.
Джимми пристально взглянул на него:
– Благодаря найденному вами пузырьку?
– Вот именно. Благодаря пузырьку.
Джимми с сомнением покачал головой:
– Я абсолютно ничего не понимаю. По тем или иным причинам я понял, что вас не устраивают улики, обвиняющие этого Джона Фрейзера, кем бы он в итоге ни оказался.
– Кем бы он ни оказался... – с усмешкой повторил Пуаро. – Если он вообще существует... то я буду очень удивлен.
– Ничего не понимаю.
– Он не более чем имя... имя, старательно вышитое на носовом платке!
– А как же записка?
– Разве вы не заметили, что она была напечатана? Но почему? Я объясню вам. По почерку можно узнать человека, да и происхождение этой записки не так сложно установить, как вам может показаться, однако, если бы реальный Джон Фрейзер писал такую записку, эти два момента вряд ли волновали бы его! Нет, эту записку написали и положили в карман убитой женщины специально для того, чтобы мы нашли ее. И Джон Фрейзер тут совершенно ни при чем, он не существует.
Джимми смотрел вопросительно.
– Итак, – продолжал Пуаро. – Я вернусь к тому моменту, который сразу насторожил меня. Вы слышали, как я говорил о том, что определенные вещи в комнате всегда находятся на одних и тех же местах. Я привел три примера. Но мог упомянуть и четвертый... электрический выключатель, мой друг.
Джимми по-прежнему смотрел на Пуаро с недоумением.
– Ваш приятель Донован и близко не подходил к окну... он испачкал руку в крови, опершись на стол! Но я сразу спросил себя: зачем он подходил к столу? Что он искал, блуждая по темной комнате? Напомню вам, мой друг, что выключатели обычно находятся у двери. Почему же, войдя в комнату, он не стал искать выключатель, чтобы включить свет? Казалось бы, такое действие было бы самым естественным и разумным. Согласно его словам, он пытался включить свет на кухне, но не смог. Однако, когда я щелкнул выключателем, свет тут же зажегся. А что, если ему и не нужен был свет? Если бы он сразу зажег его, то вы бы обнаружили, что попали в чужую квартиру. И тогда у вас не было бы повода идти в гостиную.
– К чему вы клоните, мосье Пуаро? Я не понимаю. Что вы имеете в виду? – Пуаро показал ему ключ от американского автоматического дверного замка. – Это ключ от квартиры миссис Грант?
– Нет, mon ami, это ключ от квартиры мадемуазель Патриции. Мосье Донован Бэйли вытащил его из ее сумочки во время вашей вечерней прогулки.
– Но зачем... зачем?
– Parbleu! Затем, чтобы осуществить задуманный план: ему нужно было пробраться в эту квартиру таким образом, чтобы не вызвать подозрений. Он заранее позаботился о том, чтобы дверца лифта осталась открытой.
– Где вы нашли ключ Пэт?
Пуаро расплылся в широкой улыбке:
– Я нашел его только что... там, где и ожидал... в кармане мосье Донована. Видите ли, тот пузырек, который я якобы нашел, был своеобразной ловушкой. Мосье Донован попался в нее. Он поступил так, как я и предполагал... вынул пробку и понюхал содержимое пузырька. А в нем был хлористый этил, очень сильное обезболивающее, используемое для кратковременного наркоза. Понюхав его, ваш друг ненадолго потерял сознание, чего я и добивался. Я извлек из его карманов две вещи, которые, по моим предположениям, должны были находиться там. Во-первых, вот этот ключ, а во-вторых... – Не закончив фразу, он перешел к следующей: – Я спрашивал в свое время инспектора, как он может объяснить то, что тело было спрятано за шторами. Чтобы выиграть время? Нет, причины были более важными. И тогда мне пришла в голову одна простая мысль... почта, мой друг. Вечернюю почту разносят примерно в половине десятого. Допустим, убийца не нашел в этой квартире то, что рассчитывал найти, – возможно, письмо, которое должны были доставить с вечерней почтой. Тогда ему необходимо было бы вернуться сюда. Но служанка не должна была обнаружить труп, иначе она тут же вызвала бы полицию, поэтому преступник прячет его за шторами. И ничего не подозревающая служанка, как обычно, кладет письма на стол.
– Вот эти письма?
– Да, эти письма. – Пуаро выудил что-то из кармана. – А вот этот конверт я вынул из кармана мосье Донована, когда он был без сознания. – Он показал Джимми письмо, адресованное миссис Эрнестине Грант. – Однако, прежде чем мы с вами посмотрим содержимое этого конверта, мосье Фолкнер, я хочу задать вам один вопрос. Любите ли вы мадемуазель Патрицию?
– Да, я очень люблю ее... но мне казалось, что у меня нет ни малейшего шанса...
– Вы считали, что она благоволит к мосье Доновану? Возможно, он начинал ей нравиться... Но это было плохое начало, мой друг. И вы сможете помочь ей забыть его... поможете ей пережить неприятности.
– Неприятности? – резко спросил Джимми.
– Да, неприятности. Мы должны сделать все возможное, чтобы оградить ее от них, но мы не всесильны, и проблемы все-таки останутся. Видите ли, она в какой-то степени была виновницей всего произошедшего.
Он вскрыл пухлый конверт, который держал в руках. Содержимое выпало на пол. Сопроводительное письмо, присланное из адвокатской конторы, было коротким.
«Мадам!
Присланный вами документ является вполне законным, и тот факт, что бракосочетание состоялось за границей, ни в коей мере не лишает его юридической силы.
Искренне ваш...»
Пуаро развернул документ. Это было свидетельство о браке между Донованом Бэйли и Эрнестиной Грант, который был зарегистрирован восемь лет назад.
– О боже! – воскликнул Джимми. – Пэт же говорила, что получила записку от этой женщины с просьбой о встрече, но ей и в голову не приходило, что за этим скрывается нечто важное.
Пуаро кивнул.
– А Донован знал... он навестил сегодня свою жену перед тем, как подняться этажом выше... Кстати, не странно ли, что несчастная женщина сняла квартиру в одном подъезде со своей соперницей... Он хладнокровно убивает жену, а потом отправляется развлекаться. Она, должно быть, сообщила ему, что отослала свидетельство о браке своему адвокату и ожидает ответа. Наверняка он пытался внушить ей, что их брак недействителен.
– К тому же мне показалось, что весь вечер у него было отличное настроение... Мосье Пуаро, вы же не позволите ему сбежать? – Джимми слегка вздрогнул.
– Бегство его не спасет, – мрачно сказал Пуаро. – Вам нечего бояться.
– Я беспокоюсь главным образом о Пэт, – сказал Джимми. – Вы не думаете... что она действительно любила...
– Mon ami, это уже ваши трудности, – мягко сказал Пуаро. – Заставить ее обратить внимание на вас и помочь ей забыть эту историю. Я не думаю, что это окажется слишком сложно.
ДВОЙНОЙ ГРЕХ
Double Sin
![]()
![]()
Я зашел в квартиру моего друга Пуаро и обнаружил его в состоянии крайнего переутомления и острого раздражения. Причин для раздражения было более чем достаточно, поскольку любая богатая дама, забывшая где-то браслет или потерявшая котенка, не раздумывая, обращалась за помощью к великому Эркюлю Пуаро. В натуре моего славного друга странным образом сочетались спокойное фламандское трудолюбие и пылкое артистическое рвение. Благодаря преобладающему влиянию первого из этих врожденных свойств он расследовал множество малоинтересных для него дел.
