— Жаль разочаровывать вас, лорд Дарен, но вы заблуждаетесь. Рани моя. Я не отпущу ее.
— Поздно, герцог. Вы уже это сделали.
В глазах магистра Дарена мелькнула насмешка.
— Что ж, посмотрим, — хладнокровно ответил лорд Рэйтан.
Он внимательно рассматривал магистра, оценивая его шансы. Надо признать, герцог Свейский оказался достойным соперником. Умен, богат, знатен… Обладает харизматичной внешностью и волевым характером. Да, такой не отступит!
Магистр, в свою очередь, так же пристально рассматривал лорда Рэйтана. Легендарный Шехар-аби оказался и впрямь так хорош, как его описывали. Столь яркая внешность не оставит равнодушной ни одну женщину! А если добавить сюда власть и богатство, сосредоточенные некогда в герцогских руках… В общем, борьба с подобным противником будет сложной.
Впрочем, судьба умело подшутила над этими сильными мужчинами. Сейчас они оказались в равных условиях. И один, и другой, лишились немалой доли своего преимущества, потеряв власть и сопутствующую ей славу. Лорд Дарен лишился поста первого министра, впав в немилость у короля Авереи, а лорд Аль-Шехар умудрился настроить против себя своего властителя, Великого Императора Иринеи.
И сейчас, сидя друг против друга, мужчины не могли похвастаться ничем, кроме звания магистра академии магии. Какая ирония!
— Что будем делать с Ривейном? Вы хотите поговорить с ним? — Прервал молчание лорд Дарен.
— Пусть посидит пока. Мне не стоит подходить к нему ближе, чем на несколько рье. Боюсь, не смогу сдержаться.
Лорд Рэйтан задумчиво смотрел на пылающий в камине огонь. «К иргу все, — думал он. — Как же хочется увидеть Ранию!» Сейчас, когда жена была так близко, герцог ощущал странную потребность. Ему хотелось быть рядом, спросить, как прошел ее день, услышать звонкий голос и веселый смех. Да, оказывается, его Рания умеет смеяться! Да еще как заливисто! Возвращаясь как-то с лекции, герцог застал свою Рани в кругу веселящихся адептов и поразился преображению жены. Куда исчезла хладнокровная, спокойная равенийка? Ее место заняла живая, жизнерадостная девушка, с задорными рыжими кудряшками и заразительной улыбкой.
— Думаю, мне пора, — поднялся с кресла магистр Дарен. — Благодарю за компанию, лорд Аль-Шехар. И за вино. Оно, и правда, великолепно.
— Не забывайте, лорд Дарен, я никому не позволю забрать у меня жену, — предостерегающе посмотрел на собеседника лорд Рэйтан. — Советую вам не искушать судьбу и отказаться от своих намерений.
— Нет, герцог, — покачал головой лорд Дарен. — Однажды я уже сделал подобную глупость. Больше повторять ее не намерен. Доброй ночи, лорд Аль-Шехар.
Дверь захлопнулась за магистром Дареном, а герцог снял с обгоревшей руки перчатку и задумчиво уставился на остатки брачной татуировки. Черные линии сохранились почти полностью, а вот красные — знак божественного одобрения… Их почти не осталось.
Нет уж! Рани он никому не отдаст.
Решительно натянув перчатку на руку, лорд Рэйтан тихо произнес несколько слов на ар-ирише и мгновенно исчез в темной дымке. Он шел туда, куда влекло его ставшее несвободным сердце. К своей жене.
Темная, тесная спаленка, под самой крышей дворца, встретила герцога тишиной.
Спящая девушка не шелохнулась, когда мужчина подошел к кровати и опустился на колени. Ранию не смущал пристальный взгляд, скользивший по ее лицу, не тревожили прикосновения, затянутой в перчатку руки — герцогиня спокойно спала, чему-то мягко улыбаясь во сне.
А лорд Рэйтан с трепетом смотрел на жену и не понимал, как мог быть таким слепцом. Почему сразу не разглядел тот керилл, что попал ему в руки?
Герцогу вспомнилась первая встреча с Ранией. Пустынный коридор императорского дворца, резкое движение двери и попавшая в объятия мужчины девушка. Тогда он даже не догадывался, что держит в своих ладонях собственную судьбу. Нет. Он был зол на борссцев, на продолжающуюся вакханалию отбора, давно уже превратившегося в фарс, на невозможность покинуть дворец… Как глупо вели себя придворные, не подозревающие о древних обычаях правящей династии, к которой принадлежал и герцог Эршейский! Все полагали, что выбор невест — это дань старой традиции, и никто даже не догадывался, ради чего устраивались столь пышные торжества.
Только представители нескольких древнейших родов империи, ведущих свое начало от первых основателей Иринеи, знали истинную подоплеку масштабного действа — это был их шанс найти свою нареченную. Ту, что сможет пройти обряд, а после, выносить и родить наследника ир-этаи.
Герцог с нежностью посмотрел на спящую Ранию.
Боги, как же он испугался в тот первый миг, когда увидел хрупкую девочку, доставшуюся ему в пару! Он смотрел на потерявшую сознание невесту, а сам сходил с ума от страха. Сразу вспомнились рассказы отца о лорде Арвидаре, сгубившем свою жену на жертвеннике алтаря Хэршрога, недомолвки матери и бабушки, шепотки старых слуг… Неужели, он тоже окажется убийцей? Неужели, погубит ни в чем не повинную юную жизнь?
Нет. Нельзя давать монстру, живущему внутри, возможность выйти на свободу и поглотить его разум! Нельзя завершать обряд.
Тогда, в борьбе с просыпающейся сущностью, герцог боялся лишний раз поговорить с женой, оказаться с ней наедине, прикоснуться или взять за руку, опасаясь причинить боль хрупкой девушке.
Сейчас, оглядываясь назад, лорд Рэйтан понимал, что все его поведение было неправильным.
К сожалению, не было в живых отца, который сумел бы объяснить сыну все, что должен был знать наследник ир-этаев. Не успел лорд Сунир передать своему отпрыску знания рода. Слишком рано ушел из жизни легендарный военачальник, слишком коротким оказался его век, и лорду Рэйтану пришлось остаться один на один с просыпающимся монстром.
Было трудно. Порой, герцогу хотелось разрушить все вокруг, в надежде избавиться от странной, холодной ярости, бурлящей в крови. Или убить кого-то, чтобы выплеснуть неистовую злобу, заполняющую его душу. Пугающие приступы повторялись все чаще, доводя мужчину до полного изнеможения.
Уравновешенный и хладнокровный прежде лорд, с ужасом понимал, что не может совладать с самим собой.
Он не знал, что незавершенный обряд не позволил внутренней сущности слиться с его личностью, и даже сейчас, победив свое второе я, лорд Рэйтан едва удерживал новоявленного монстра в узде.
Кто бы только знал, чего ему это стоило! Когда он увидел мальчишку, попытавшегося причинить зло Рании… О, Всеблагой, до сих пор, при мысли об этом, герцогу едва удавалось обуздывать свою тьму. Этот Ривейн еще расплатится за свой поступок, но не сейчас. Позже. Когда лорд Рэйтан остынет и сумеет удержать свою сущность от убийства зарвавшегося вампиреныша.
