Слишком мелко, слишком… банально. Нет. Он хотел творить. Создавать. Без ограничений, без этических комитетов, без жалкой, мешающей морали.
Ему нужна была новая песочница. Новая лаборатория.
День скитаний, подслушанных разговоров и нескольких очень коротких, но крайне убедительных допросов в темных переулках привел его к одному имени, которое произносили со страхом и трепетом. Кингпин. Теневой король Нью-Йорка.
И вот теперь Отто сидел перед стареньким ноутбуком, глядя на черный экран видеозвонка. Лица собеседника не было видно. Лишь глубокий, обработанный модулятором голос, казалось, исходил из самых динамиков, заполняя собой всю комнату.
— И что же ты можешь мне предложить, «Доктор»? — голос сочился властным спокойствием. — Почему я должен выделить тебе лабораторию, ресурсы и людей?
Да, он готов был пойти на сделку с дьяволом. Все ради чистого, неограниченного научного поиска.
— Потому что я — будущее, — голос Отто был тверд, лишен сомнений. — Я могу дать вам то, что ваши штатные псевдо-гении не смогут создать и за сто лет. Я могу многократно усилить вашу власть.
Он чуть откинулся назад, позволяя камере ноутбука захватить его целиком. Щупальца за его спиной пришли в движение, грациозно и угрожающе расправляясь, словно капюшон кобры.
— Вы видите лишь прототип, — продолжил Отто, а одно из щупалец подняло с пола монетку и начало перебрасывать ее между клешнями с невероятной скоростью. — Но я могу сделать больше. Ваши уличные солдаты — пушечное мясо. Я дам им легкие боевые экзоскелеты, которые позволят одному человеку пробить кирпичную стену. Ваши каналы связи уязвимы. Я создам для вас квантово-запутанную сеть — мгновенную, абсолютно защищенную и неотслеживаемую. Ваши взломщики ковыряют сейфы дрелями? Как мило. Я дам им устройства, генерирующие гармонический резонанс, который превратит любую сталь в труху, а электронику — в бесполезный хлам.
Щупальце сжало монетку, превратив ее в бесформенный комок металла.
— А теперь представьте отряд боевых дронов, созданных по моему образу и подобию. Бесшумных, смертоносных, управляемых одним оператором. Лояльных. Эффективных. Это лишь одно из множества творений, что я могу для вас создать. В обмен на сущую малость — место для работы.
Отто был уверен в себе. Такой актив, такой гений — Кингпин не мог отказаться. И он не прогадал. В динамиках на несколько секунд повисла тишина, а затем голос произнес:
— Звучит… интересно. Адрес пришлют. Жду.
Звонок оборвался.
Отто Октавиус закрыл ноутбук. Некоторое время он сидел неподвижно, глядя в темноту. Затем его губы тронула медленная, победная улыбка. Он сжал кулак. Щупальца за его спиной напряглись в унисон, скребя по полу.
Старый мир отверг его. Что ж. Он построит новый на его костях. И его гений, наконец, воспарит над этим ничтожным городом.
*****
Мягкий щелчок закрывающейся крышки ноутбука был единственным звуком, нарушившим гнетущую тишину пентхауса.
Поднявшись со своего массивного, похожего на трон кресла, Уилсон Фиск двинулся к панорамному окну. Его движения были плавными и выверенными — неторопливая, хищная грация огромного зверя, уверенного в своей силе. В стекле отразилась его колоссальная фигура, облаченная в безупречный, сшитый на заказ костюм, — темный монолит на фоне россыпи городских огней.
Внизу, у его ног, лежал Нью-Йорк. Не город — его королевство. Ковер из пойманных звезд и темных артерий улиц. Глядя на это живое, дышащее создание, Фиск не мог сдержать тени улыбки. Кто бы мог подумать. Забитый сирота-беспризорник, которого сверстники дразнили жиртрестом, теперь взирал на мир с высоты, недоступной даже для их самых смелых мечтаний.
Ему нравились эти моменты. Моменты абсолютного контроля и тишины, когда можно было мысленно вернуться в грязь и унижение прошлого. Не из мазохизма, нет. Каждое воспоминание, каждый шрам был кирпичом в фундаменте его империи. То, что не убило его, стало его оружием. Он был благодарен своему прошлому за то, кем он стал, и потому с яростной, собственнической любовью ценил настоящее.
И он не терпел никого, кто смел посягать на его собственность.
Дискретный звонок рабочего телефона разрезал тишину, вырывая его из философских размышлений. На дисплее высветилось имя одного из его немногочисленных доверенных помощников — одного из тех, на кого он спускал рутину, оставляя себе лишь стратегию.
— Говори, Джеффри.
— Мистер Фиск, — голос в трубке был ровным, деловым, но Фиск уловил в нем нотки напряжения. — Возникла проблема с операцией по нейтрализации. Паучиха смогла уйти от Шокера. Мы потеряли ее.
Фиск слегка поморщился. Паучиха. Мелкая раздражающая помеха, выскочка в черно-белом трико, на которую он до сей поры не обращал внимания. Но недавно она перешла черту. Непонятная, внезапная прыть. Фиск презирал героев. Всех этих самодовольных ублюдков в масках, вечно сующих свой нос в дела, которые их не касаются. Он методично и безжалостно вытравливал их из своего города, и до сих пор у него не было осечек. Не будет и с этой самоубийцей.
— Ищите, — голос Фиска был тихим, но от этого только более весомым. — Она где-то ошибется. Установите ее личность. Мне нужно ее имя. Мне нужны имена ее родных, друзей, всех, кто ей дорог. А затем покажите ей и всему городу, что бывает с теми, кто встает у меня на пути. Я хочу, чтобы и ее пример вошел в учебники истории.
— Принял. Еще один вопрос. Фрэнк Касл. Он снова отказался от вашего предложения.
Здесь Фиск поморщился сильнее. Фрэнк Касл. Бывший морпех, лучший специалист по тактике и оружию, которого он когда-либо видел. Невероятно ценный актив. Фиск предложил ему пост главы своей службы безопасности. Щедрое жалованье, безграничные ресурсы, власть. Но этот упрямый дурак предпочел гнить в своем оружейном магазинчике в Квинсе, играя в праведника.
Его существование было живым напоминанием о том, что он, Уилсон Фиск, не всесилен. Что есть вещи, которые он не может купить или запугать. Что есть люди, которых он не способен контролировать. Это было неприятно. А когда Фиску становилось неприятно, он делал так, чтобы очень неприятно стало другим.
Он молчал несколько секунд, глядя на свое отражение в темном стекле.
— Ликвидировать, — наконец произнес он, и слово прозвучало как приговор. — Но сначала… сломать. Психологически. Физически. Я хочу, чтобы перед смертью он понял, что его отказ был ошибкой.
Он сделал паузу, вспомнив о нетривиальности задачи и недавнем провале.
— И направь с парнями Шокера. Пусть отработает свою неудачу.
— Принял, мистер Фиск. Собираю команду, — ответил Джеффри, после чего звонок завершился.
Тишина вернулась в пентхаус. Да, этой ночью прольется кровь. И плевать что кровь людей, которых можно было бы назвать невиновным. Но Фиска это не волновало. В этом мире есть лишь один закон: сильные пожирают слабых. А Короли…
