«Чего ты ищешь, Скай? — постоянно спрашивал он ее, вызывая Скай из того далекого мира, в котором она сначала хотела остаться навсегда. Я здесь. Все, что тебе нужно, — это я. Неужели ты этого не понимаешь?»
— Иди ко мне, Скай — сказал Мэтт, прерывая ее воспоминания. — Мы поедим и потом поговорим.
Она сбросила свое меховое покрывало, встала с постели и устроилась рядом с костром. Мэтт сел напротив нее и разделил птицу вилкой на две части в жестяной тарелке.
— Горячая, — зачем-то предупредил он, протягивая Скай кусок.
Она почувствовала, как опускается в глубину его синих глаз, и это ощущение было почти таким же, как то, которое она испытывала, покидая землю и отправляясь в волшебное царство за пределами внешнего мира, туда, где обладающих мужеством и терпением ожидают ответы на все жизненные вопросы.
— Где Эсуп? — спросила Скай, вдруг вспомнив о волке и оглядывая пещеру.
— Он не спал. Я велел ему пойти поохотиться.
— И он послушался? — спросила она с притворным удивлением.
Мэтт ответил ей такой же кривой улыбкой.
— Я же твой заместитель. У него не было выбора. А теперь ешь, пока не остыло.
Они ели молча, но каждый думал только о другом. Скай вдруг забеспокоилась о том, как она сейчас выглядит, а постоянно задумчивый взгляд Мэтта заставлял ее предположить худшее. Она подняла руку, чтобы пригладить свои растрепанные волосы, но он остановил ее руку и переплел ее пальцы со своими.
— Они все еще красивы, Скай, — прошептал Мэтт вдруг. Он слегка улыбнулся и пожал плечами: — Может, немного торчит здесь и вот здесь.
Она заразительно засмеялась и отвернулась в сторону, застенчиво улыбнувшись:
— По-моему, получилось у меня не очень хорошо.
— Ну, а что ты хотела? Это же был твой первый опыт.
Скай снова вернулась к еде, обрадовавшись тому, что она по-прежнему нравилась Мэтту.
Он продолжал гипнотизирующе смотреть на нее, смотреть на се губы, на ее руки, пытался поймать ее взгляд. Скай ела, не обращая никакого внимания на пищу, все ее мысли были заняты Мэттом. Невозможно было определить, какие мысли одолевали его. Но она знала, что Мэтт страстно хочет ее.
Он закончил первым и отставил тарелку в сторону. Многое изменилось с тех пор, как он вернулся в горы. Все встало на свои места, и Скай перестала быть заложницей своего прошлого. Мэтт выполнил свою работу, но, несмотря на это, он остался здесь. Да, невзирая на все то, что она сказала и что сделала, он остался.
— Мы поймали тех всадников, — сказал Мэтт. — Они за решеткой и ожидают суда.
— Так, значит, мои враги уже не здесь? — голос Скай был полон нежности и надежды.
— Твоих врагов уже здесь нет.
— Я уже забыла, что значит быть свободной. Это твоя заслуга, Мэтт, и я очень тебе за это благодарна.
Его лицо вдруг стало серьезным и еще более задумчивым.
— Что ты теперь собираешься делать, Скай? Не это она ожидала сейчас от него услышать, но выражение его лица говорило ей о том, что его чувство к ней осталось прежним с тех пор, как он признался ей в любви. Раньше, совсем недавно, она боялась, что его любовь связана с его работой и все его чувства умрут, когда задание будет выполнено. Все се сомнения исчезли, когда погиб Лоринг. Мэтт не поступил бы так, если бы это было частью его игры. Ей бы хотелось, чтобы он начал разговор об их отношениях, но он упорно молчал об этом. Казалось, он оставлял за ней право решения об их будущем по довольно веской причине: из-за того, что она так глупо отвергла его.
Напряжение между ними росло, подобно тетиве натянутого лука. Они уже несколько раз были близки, но теперь вдруг оказались как бы чужими друг другу. Казалось, они начинали все сначала. Теперь уже не Мэтт пытался завоевать доверие и соблазнить ее. Ему пришлось передать эту роль ей.
— Что я буду делать? — повторила Скай, раздумывая несколько секунд над этим вопросом. В задумчивости она переставляла тарелку с места на место.
— Я собираюсь сделать то, что я хотела сделать в течение семи лет. Я искупаюсь в озере при ярком дневном свете, не опасаясь стать чьей-нибудь мишенью.
Скай чуть улыбнулась ему, зная, что не такой ответ он хотел услышать, так же, как не такого вопроса ждала и она от него. Но она все же продолжала, потому что хотела растопить появившийся между ними лед, такой же холодный, как вода в горном озере. Прежде они были близки, но между ними возник какой-то барьер после того, как она убежала от него.
Скай подошла к углу, в котором хранилась ее одежда. Сложила в корзину мыло, полотенце, расческу, кожаный костюм на смену и направилась к узкому выходу из пещеры. На пороге она остановилась и, обернувшись, сказала с невинным выражением лица:
— Мне может понадобиться твоя помощь, чтобы помыть спину. Ты не будешь возражать? Мэтт медленно, нехотя поднялся, делая вид, что ему эта просьба неприятна. Но в его глазах блеснул какой-то огонек, и Скай поняла, что поступает правильно.
— Хорошо, я помогу тебе, — ответил Мэтт безразлично.
Скай выбежала из пещеры и бросилась вниз к озеру, но она никак не могла избавиться от чувства тревоги, с которым так долго жила. Она оглядывалась, услышав малейший шорох за спиной, реагировала на любое движение. Но, возможно, со временем, она сможет забыть обо всем этом…
У озера Скай сбросила с себя одежду и потянулась к завязкам, которые держали ее нижнее белье. Она услышала сзади себя звук шагов Мэтта по мелкой гальке. Когда он провел руками по ее рукам и плечам, по всему ее телу пробежала восхитительная дрожь, которую она не в силах была остановить. Как она могла быть такой глупой и просить его уйти из ее жизни? Что было бы, если бы он так и сделал?
— Давай я помогу тебе, Скай.
Она медленно повернулась к нему, не желая показывать, как она этого ждала. Скай взглянула в его чарующие, гипнотизирующие глаза. Она стояла неподвижно и с замиранием сердца ждала, что его руки погладят ее лицо, ждала, что они скользнут по ее шее, ждала, когда они доберутся до завязок. О, какой сладкой мукой была его медлительность!
Когда одежда с нее упала, Мэтт стал смотреть на ее тело, на грудь. Он бросил шляпу на землю и наклонил свою белокурую голову. Скай глубоко вздохнула, когда его губы нашли мягкие округлости ее груди, хотя его грубая одежда касалась ее обнаженного живота и мешала ей полностью погрузиться в свои ощущения. Его пальцы гладили, ласкали ее и спустились к груди. Она схватилась за его плечи, чтобы удержаться на ногах, потому что ей вдруг стало трудно стоять.
— Ты красивая, Скай, — прошептал Мэтт, целуя ее тело. — Самая красивая женщина, которую я когда-либо знал.
Говорил ли он раньше эти слова? Это не имело никакого значения, потому что она хотела слышать их снова и снова, всю оставшуюся жизнь. И она бы сказала ему это, если бы могла говорить. Ей оставалось только ждать, желать, молчаливо умолять, чтобы он продолжал целовать ее. По всему ее телу разливалось сладкое тепло. Наконец ей удалось совладать с собой, и она начала говорить:
