Читаем без скачивания Алхимия вечности - Бхагаван Раджниш

Однажды, когда он рисовал, его чернила кончились. Макет был нарисован наполовину, и он попросил ученика приготовить чернил. Ученик отправился готовить чернила. И как раз в это время, используя только карандаш, он нарисовал эскиз. И когда ученик пришел, он воскликнул: «Прекрасно, ты нарисовал макет! Но как тебе это удалось? Ты пытался это сделать три месяца, и у тебя ничего не получалось!»

Мастер засмеялся и сказал: «Из-за твоего присутствия я осознавал свое «я». И это была единственная ошибка. Но когда тебя не стало здесь, меня также не стало. И я смог забыть о себе. Вот почему все получилось в твоем отсутствии. Когда ты был здесь, и не мог забыть о себе, потому что был судья, и я в каждый миг боялся, скажешь ли ты «да» или «нет». И я прикладывал всевозможные усилия для того, чтобы ты сказал «да». И эти усилия были препятствием. Но когда тебя не стало, я почувствовал облегчение, расслабленность, и это случилось!»

Это всегда происходит тогда, когда вы расслаблены настолько, что вас нет. Но человек знания не может быть так расслаблен. Знание - это бремя, напряжение. И в каком бы измерении вы ни находились, будь то искусство, религия, философия, все, что угодно, таковы три основные ступени: невежество, обучение и разучивание. И потом вы становитесь мудрыми.

И вторая часть вопроса: «не правда ли Восток стал местом возникновения шести величайших философских систем в Индии? Но в каком смысле тогда я считаю Восток не философским?»

Есть много причин. Первая: индийские философские системы не философские в западном смысле этого слова. Западные философии называют их «религиозными философиями». Они называют их религиозными философиями! Они не похожи на философские системы Аристотеля, Платона, Канта и Гегеля. Они не такие. Потому что они высказывают многие истины, но их свидетельства не логичны. Высшее подтверждение - это опыт.

В западных философиях высшее подтверждение логично, не экспериментально. Если я могу доказать что-то логически, это прекрасно. Но индийский ум отличается. Индийский ум говорит, что даже если вы можете доказать что-то логически, это может не быть истиной. И может случиться даже так, что я не смогу доказать определенную вещь логически, но она истинна.

Например, вы говорите, что вы любите. Докажите, как вы любите. Каково доказательство? Как вы можете доказать это? Это нельзя доказать. И если вы попытаетесь доказать это, может случиться так, что вы сами можете оказаться в сомнениях: а действительно - любите ли вы или нет? Столько вопросов можно поднять, с которыми трудно поспорить. Но все равно вы знаете, что вы любите.

В суде был такой случай, который касался Муллы Насреддина. У соседа пропала одна вещь, и ее нашли в его доме. И поэтому он был под подозрением. Но адвокат отказывался признавать его вину. Свидетельств не было. Никто не видел, как он входит в дом к соседу, и никто не видел, как он выходит из него. Но вещь была в доме Муллы, его видели с ней. Но адвокат вел так смело это дело, так блистательно, так логично, что Насреддин был признан невиновным.

Когда они выходили из здания суда, адвокат спросил у Насреддина: «Теперь скажи мне, по-настоящему, ты замешан в это дело?»

Насреддин ответил: «Раньше мне казалось, что замешан, но вы рассуждали так логично, что теперь я уже и сам начал сомневаться. Вы убедили меня также».

Для индийской философии, логические убеждения - не критерий, вот в чем отличие. Высшее подтверждение - это опыт. Индийская религиозная философия говорит логично. Махавира, Будда, Капила - все они говорят логично. Каждая индийская система мысли рассуждает очень логично. Но они не зависят от логики. Они говорят: «Наши выражения логичны, чтобы вы могли их понять, но все, что мы предлагаем, не извлекается из логики, это приходит к нам из опыта».

Например, я ощущаю что-то. И потом я передаю это вам, и вы начинаете спорить с этим, и я также спорю с этим. Но опыт не приходит от споров. Скорее, споры приходят от опыта, вот в чем отличие. На Западе люди говорят, что если доводы правильны, если их нельзя опровергнуть, выводы также правильны. В Индии они говорят, что можно ли их опровергнуть или нет, только опыт, переживание показывают - правильны ли они. И поэтому истина заключена в опыте, а не в спорах.

И поэтому мне не импонирует называть индийские системы мысли «философиями». Они не философии вовсе. Почему же я называю их антифилософиями? Потому что они выступают против систем философской мысли. Они говорят, что Истина не может быть найдена посредством логического анализа. Они говорят, что Истина не может быть доказана в спорах. Доводы, логика, все - просто метод выражения, и ничего больше. На самом деле, Истина приходит с опытом. Вот почему я считаю индийские системы мысли антифилософиями.

Спросите что-нибудь у Будды, и если он почувствует, что вы задаете вопрос лишь для того, чтобы спросить что-то, он вам просто не ответит. Он не ответит! Он ответит только в том случае, если почувствует, что вопрошающий не просто проявляет любопытство, но искренне ищет. А это значит, что он готов пройти через переживание, и получить опыт. Иначе, если вы не искатель, Будде это не интересно.

Западная философия, особенно греческая философия, говорит, что философия начинается с вопрошания. Но в Индии никогда так не считалось. Там всегда считалось, что философия начинается со страдания, а не с удивления. Отметьте это главное фундаментальное отличие.

Запад говорит, что философия начинается с любопытства. Ребенок спрашивает: «Откуда появился весь этот мир?» Философ спрашивает то же самое. Но если вы спросите у Будды: «Откуда этот мир появился?» Он вам ответит: «Это детские вопросы. Почему вас это так волнует? И какая бы причина ни была, она не насущна». Он говорит: «Если вы больны, спрашивайте лекарство». Будда говорит, что мы страдаем, что жизнь есть дуккха, страдание, и поэтому вопрос в том, как выйти за пределы, и в этом коренное отличие.

Вопрошание об истине есть ошибка. Вопрошание об Освобождении есть страдание.

Индийский ум более психологический, и менее философский, он больше думает об истинном человеческом преображении, и меньше думает о праздном любопытстве. Это антифилософские системы. Но мы создали девять систем: шесть индуистских и три не индуистских. Эти девять систем - не философские системы, но философские высказывания внутреннего опыта. Они только называются системами, но на самом деле слово «системы» тут не подходит. На санскрите они называются сампрадайя - школы, а не системы. Школа - это совершенно другая вещь, она отлична от системы. Система - это философия, а школа - это подготовка. Школа означает то, что вас подготовили к определенному переживанию. Все девять систем - это подготовка к одной высшей цели: к освобождению. Вот почему я называю их антифилософскими.

Из-за того, что мы начали думать о них, как о философиях, мы многое упустили. Это одно из проявлений Западного ума. То, как они учат и изучают философию, в корне отличается от восточных учений, и теперь наши университеты - это лишь слабое подражание восточного обучения.

Наланда учила по-другому, Такшашила учила по-другому. Это были Восточные университеты, совершенно другие, в самой своей основе. В Наланде учили только буддийской философии. Но в чем заключалось обучение? Это было не просто обучение на уровне слов, и писаний, не просто в чтение буддийской философии. Эта была настоящая буддийская йога. Ученики следовали устным наставлениям, и потом одновременно шли все глубже и глубже в медитацию. До тех пор, пока медитация и вербальная подготовка не будут развиваться одновременно, весь рост будет тщетным.

Есть история про Хуан Чаня, который пришел как-то в Наланду. Он прошел через главные ворота. Наланда была самым большим университетом в Индии, в ней училось больше десяти тысяч учеников со всего мира. Ходят слухи, что Иисус был одним из учеников этого университета. Когда Хуан Чань прошел через главные ворота, он встретил бхиккху, саньясина. Он начал задавать ему вопросы об университете: «Чему тут учат, в чем заключается обучение?» Саньясин начал отвечать ему. На Хуана Чаня произвел впечатление этот саньясин, а Хуан Чань в те времена стал одним из самых великих ученых. На него этот человек оказал такое впечатление, он был настолько ученым, что Хуан Чань подумал, что он был директором этого университета, но это был обычный охранник у ворот. Но этот охранник знал все о философии.

И тогда Хуан Чань остался на три года в этом университете. Когда он возвращался домой, он снова прошел через ворота и встретил этого человека, у которого спросил: «Почему ты все еще работаешь тут охранником? Ты столько знаешь!»

И он ответил: «Потому что я только знаю. Но я не получил опыта. Я только знаю, и поэтому я неудачник. Я знаю столько же, сколько знает директор, в нашем знании нет отличия, но я неудачник, потому что я не получил опыта. Вот почему я простой охранник у ворот!»