Громкий лай Пирата под окнами кузницы разбудил Дугласа от мучительных сновидений.
Образ Имиры вновь проник в его мысли. Звонкий смех графини всю ночь беспокоил парня, который лихорадочно метался на жесткой постели. Очнувшись от смутных снов, Дуглас протер лицо мокрым полотенцем, забрал свои вещи и осторожно спустился по деревянной лестнице во двор. Полуночное небо освещалось яркими звездами и луной.
Дуглас был уверен, что впереди его ожидали морозные бесснежные дни.
- Мы выследили этого типа еще днем, - поприветствовал негромким лаем хозяина пес.
- Ты в это время высматривал четырехкопытных гигантов, поэтому я решил, как мы и условились, дождаться ночи.
- Ты разбудил меня не очень поздно? Сегодня мы еще успеем застать его на улице?
- Конечно, - Пират схватил на лету жаренную рыбу, которая была прихвачена Дугласом специально для верного товарища. - Длинный Хвост не раз видел, как этот бродяга ночью ковылял из таверны возле свалки к своему дому. От него постоянно несет брагой, и шатается он по улице как лист на ветру. Но в последние дни он сменил свои привычки. Ни Хвост, ни Шрам его не встречали.
В нескольких шагах от кузницы Дуглас увидел двух дворняг, которые негромко уважительно зарычали, приближаясь к нему. Дуглас понимал, что они даже не считают его человеком. Он был для них всего лишь странным приятелем Пирата.
Рудокоп порылся в своих дорожных припасах и угостил собак мягкими булочками, которые они проглотили лишь бы его не обидеть.
В сопровождении незнакомых собак, следовавших в нескольких шагах в стороне, Дуглас направился к центру города, куда спешил, гордо махая куцым хвостом, Пират.
Они срятались за углом небольшого трактира, из-за прикрытых дверей которого доносились звуки музыки и голос уже опьяневшего певца. Дуглас потоптался несколько минут за порогом и уже решил зайти вовнутрь. Он не хотел затягивать с задуманным. Но пес, от глаза которого к оборванному уху тянулся глубокий шрам, грозным рыком остановил порыв парня. Дверь таверны распахнулась и на улице, крепко стоя на ногах, появился высокий мужчина. Дуглас успел отойти в тень. Он внимательно вглядывался в лицо чужака, который проверил был ли на месте его охотничий нож и двинулся по дороге к комендантской площади. Собаки медленно пошли за ним, прижимаясь к стенам домов.
Дуглас был обеспокоен. Единственное, что он мог сказать про этого человека, было то, что тот выглядел как опытный солдат. Но утверждать, что перед ним находился Барий, парень не мог, хотя нюх Пирата не подвел, и пес точно опознал вчерашнего преследователя. Дуглас шел за незнакомцем, завернувшим в переулки, которыми рудокоп не раз за ночь обходил городские дома и солдатские казармы.
Он уже не помнил лица своего противника. У отрогов Пелесских гор в память навсегда врезались образы умирающей Двины и спины всадника, который увозил его сестру. Разговор с пограничником, который привел к яростному сопротивлению, голоса и лица морийских солдат стерлись из его воспоминаний. Дуглас знал лишь, что тогда лишился верной подруги, сестры и свободы. Имя Бария вызывало в нем ненависть и жажду мести, у его врага всегда горели глаза, и сверкал в руках лук.
Но Дуглас понятия не имел, как выглядит Барий Авве, скудные известия о котором он получил от капитана Алкара в дни своей ссылки в Истаре.
Преследователи держались в пяти десятках шагов позади добычи. Улицы были пусты, но в некоторых окнах до сих пор горели свечи. Собаки бежали медленно и бесшумно, позволяя незнакомцу скрываться с глаз в извилистых переулках. Звери доверяли своему нюху. Дуглас старался не потерять из виду длинный серый хвост, который дал кличку своему владельцу. Рудокоп ускорил ход лишь, когда впереди раздался собачий лай, и начался гон по темной улице в сторону заброшенной скотобойни.
Незнакомец отступал к высокому деревянному забору. Собаки набросились на него сзади, порываясь вцепиться в одежду, так что поначалу от испуга он не догадался применить свое оружие. Он отмахивался руками и выкрикивал в темноту громкие проклятья. Но этим разъяренных животных было не остановить. Хотя Дуглас различал в собачьем вое не ненависть и злобу, а скорее азарт и предвкушение забавной игры.
Рудокоп приблизился к своим четвероногим товарищам, когда те уже загнали солдата в угол: за его спиной находилась куча отбросов и старья.
Пират подобрался к человеку ближе всех, умудрившись даже встать на задние лапы и, упершись в грудь солдата, повалить того на снег. Шрам и Длинный Хвост немного позади поддерживали друга громким лаем. Они ясно понимали, что им надлежало всего лишь испугать противника, заставить его испытать страх и преградить возможное бегство.
- Дрянные псины, да подите к Тайре! Что вы от меня хотите?! Совсем взбесились что ли от голодухи! - солдат медленно поднялся на ноги, из-за пояса он достал нож. - Сейчас прирежу вас! Облезлые коты будут обгладывать ваши кости!
На мгновение лай затих, звери отошли на безопасное расстояние, из их глотки уже вырывался злобный рык, а в глазах загорелись кровожадные огоньки. Дуглас вышел из тени дома, откуда до поры наблюдал за незнакомцем. Рудокоп последовал его примеру и обнажил оружие, меч, который подобрал в Тайграде у убитого тага. Во время караульной службы это острое прочное оружие надежно было припрятано в вещах парня. Нынче же он вновь собирался пустить его в ход.
- Барий! - окликнул он солдата. - Барий Авве?
Человек поднял голову от земли и всмотрелся в ночную улицу. Он держал перед собой нож, направляя его в сторону псов, круживших вокруг своей жертвы, приближаясь к ней все ближе и ближе.
- Кто ты? Если собрался меня ограбить, то огорчу тебя: у меня осталось не больше серебренника. И избавь меня от этого зверинца, - голос был громким и уверенным.
- Ты ведь хотел встретиться, раз уже столько ночей следуешь за мной, - Дуглас подошел еще на несколько шагов. Теперь его лицо можно было различить в отблеске снега и лунном свете. Рудокоп еще из темноты внимательно рассмотрел своего недруга: округлое лицо, длинный нос и плотно сжатые губы, тяжелый взгляд из-под густых нахмуренных бровей. Это был Барий. В памяти рудокопа проступило насмешливое жестокое выражение лица пограничника, когда тот набросился на Лиссу, чтобы связать ее.
- Рудокоп, - Барий хрипло рассмеялся. - Где же твои доспехи? Я долго не мог поверить: у командора совсем помутился разум, раз он принял на службу убийцу воинов Мории. Но боги сами рассудят наши грехи и проступки. - Барий ненавистно глядел на парня. Он приподнял руку с ножом и наклонился, готовясь вовремя отскочить в сторону от удара тяжелым мечом. В наступившей тишине он совсем забыл, что три пса возле его ног не спускали с него глаз. - Ты испортил мне жизнь, рудокоп. Теперь я прозябаю в кабаках с безмозглыми юнцами, и Пелесские горы на рубежах Мории снятся мне лишь во снах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
