— Как только я поправлюсь, ты сможешь убедиться, насколько она милосердна!
Делани заметил, как она сжала губы, и тут же добавил;
— Я уже подсчитал, что твой пожар обойдется мне примерно в четыре тысячи долларов. Надеюсь, ты каким-то образом компенсируешь мне эти потери?
— Да, можешь не сомневаться, я полностью оплачу твой ущерб.
— Хочешь сказать, что откажешься от нашего договора и переведешь все свое состояние на мое имя?
Она пристально посмотрела на мужа и заметила в его глазах веселые искорки.
— Значит, ты все-таки охотился за моим состоянием?
— Прежде всего, я охотился за твоим телом, а уж потом за твоими деньгами.
— Я… Я была не слишком хорошей женой для тебя, — промолвила Чонси.
— Может быть, но, с другой стороны, с тобой было весело. Во всяком случае, я не умирал от скуки. Ты бросила вызов моему мужскому самолюбию! А когда тебя попытались убить на борту «Пурпурной королевы», я окончательно понял, какая необузданная страсть кроется в твоей груди.
Она судорожно перевела дыхание, вспомнив тот болезненный приступ дикой страсти.
— Мне тогда понравилось, — прошептала она.
— Но по другой причине, — съязвил Делани. — Хочешь, я признаюсь, дорогая? Я поначалу избегал тебя, потому что ты меня ужасно напугала. Мужчинам не нравится, когда они полностью теряют контроль над ситуацией.
— Значит, несносный упрямец, я напрасно села на лошадь и в итоге получила сотрясение мозга и сломала два ребра?
— Нет, ты все сделала правильно и именно этим приручила меня. Увидев тебя в своей постели, я тут же был готов безоговорочно сдаться на милость победительницы.
— По тебе это было незаметно.
— Да, но мне предстояло еще одержать победу над Мэри.
— Ты преуспел в этом, надо сказать. Я долго сердилась на нее за то, что она перешла, как мне казалось, в стан врага. Дел, как ты думаешь, Чатка будет преследовать меня?
Делани нахмурился и сжал зубы.
— Нет, — твердо сказал он. — Не думаю. Чонси зашевелилась, и Делани вскочил на ноги.
— Послушай, малышка, пора сделать перевязку. А потом снова устроим маленькую вечеринку с очередным кроликом.
Он осторожно снял пропитанную кровью повязку, аккуратно промыл рану и снова забинтовал плечо.
— Сейчас намного лучше, — сказал он. — Никаких признаков заражения. Еще один день, милая, и ты пойдешь со мной на охоту.
Всю ночь лил проливной дождь, который, к удивлению Чонси, оказал на нее успокаивающее воздействие. Она крепко спала, даже не ощущая близости мужа.
На следующий день он позволил ей осторожно сесть на постели, облокотившись спиной о стену. Делани чистил оружие, а она любовалась его руками — сильными, ловкими и загорелыми. Она попросила его рассказать о своем брате и его жене, которые жили в Нью-Йорке.
— Гайана чем-то похожа на тебя, — охотно начал Делани. — Тоже не любит зависеть от кого бы то ни было и почти полностью подмяла под себя мужа. Но мне кажется, что в постели она превращается в покорную и послушную женщину.
— Как они познакомились?
— Они подробно рассказывали мне о своем знакомстве, но я не верю ни единому слову. Алекс как-то намекнул, что они познакомились в Италии при каких-то странных обстоятельствах. Когда он приедет ко мне, я напою его и заставлю выложить все начистоту. Думаю, что они оба понравятся тебе. Алекс похож на спокойного пса, а Гайана — на небольшой ураган.
— Когда ты был у них в гостях, они, наверное, знакомили тебя с самыми прекрасными девушками Нью-Йорка?
— Да, что-то вроде этого. Там была одна женщина, общение с которой доставило мне наибольшее удовольствие. Она замужем и долгие годы является лучше подругой Гайаны. Дерри Лэттимер. Алекс написал мне в прошлом году, что она наконец родила сына после пяти лет замужества.
— Надеюсь, что твое сердце не было разбито столь печальным сообщением, — едко заметила Чонси.
— Нет. Во всяком случае, недолго. — Делани поднял голову и хитро подмигнул ей. — Но там еще была Дженнифер. Какая досада! — сказал он, не давая Чонси собраться с мыслями. — Через полгода после моего визита они выдали ее замуж за какого-то богача плантатора из Кентукки. Бедняжка, наверное, уже окончательно спился.
Чонси весело рассмеялась.
— Я не достойна тебя, Дел, — неожиданно призналась она со слезами на глазах.
— Да, пожалуй, но у тебя будет еще немало времени в будущем, чтобы изменить это положение. Клянусь, что предоставлю тебе исключительно благоприятные возможности, чтобы ты стала достойной женой своего достойного мужа.
— Больше, чем на грош? — засмеялась она.
— На грош? Ах, какая ты негодница, — ласково сказал Делани, глядя на ствол своей винтовки. — Думаю, мадам, что скоро вам понадобится другой объект внимания.
Если вы будете чувствовать себя нормально, то сегодня вечером я постараюсь отвлечь вас от грустных мыслей.
— Это обещание? — хитро спросила она, ощущая сильное сердцебиение.
— Да, но только при одном условии. Сперва нужно хорошенько помыться.
— Дел, не мог бы ты подождать, пока я не поправлюсь полностью? А что, ты думаешь, от тебя пахнет розами? Ошибаешься!
— Нет, дорогая, роза — ты, а я твой стебель.
Глава 28
На следующее утро Чонси проснулась очень рано, чувствуя себя лучше, чем за все последние дни. Она лежала тихо, пригревшись под боком мужа, и не хотела будить его. Боль в плече почти утихла. Чонси погладила грудь Делани и скользнула рукой ниже, с удовольствием ощупывая тугие мышцы живота. Он тоже похудел за последнее время. Ее пальцы скользнули ниже и погрузились в густые волосы внизу живота.
Чонси легонько прикоснулась, а потом нежно обхватила пальцами мужскую плоть, с удовлетворением чувствуя, как она набухает и твердеет.
— Чонси, ты лучше подумай, что делаешь. Услышав слова мужа, она улыбнулась и уткнулась в его плечо.
— Знаешь, как приятно, когда одним легким прикосновением я могу изменить размеры некоторых частей твоего тела.
— Я говорил тебе, что мужчины — очень примитивные существа. Их контроль над собой заканчивается там, где начинается их мужское достоинство. Если будешь дразнить меня и дальше, то я…
— Что сделаешь? — прошептала она, покусывая его плечо.
— Дорогая, — протянул он слегка дрогнувшим голосом, — прекрати. Тебе может быть больно.
— Но ты же обещал вчера.
— Я передумал, когда делал тебе перевязку. — Он решительно убрал ее руку и положил себе на грудь.
— Как бьется твое сердце!
— Еще бы! А теперь послушай меня, маленькая соблазнительница. Если ты будешь чувствовать себя нормально, я постараюсь помыть тебя, а потом выведу погулять. Любовь моя, убери руку, а то я вынужден буду встать.
