Диана не пропадет, она точно не дура. А вот с Каратом не все так однозначно.
Нет, дурой его тоже назвать сложно, а вот дураком — запросто. Что еще можно сказать о человеке который, возможно, сам себе вырыл могилу? Жемчужина, благородно отданная Диане, и правда принадлежала не ему. Ее ждут в Полисе как и четыре оставшихся. Причем скрыть потерю не получится, на месте тех, кто послали отряд Рэма, Карат бы не стал общаться с единственным вернувшимся без ментатов. А с ними скрыть вранье трудно, хотя вроде бы способы имеются. Но даже Шуст не смог толком объяснить, как именно это работает. Что-то из той же области, что и обман детекторов лжи.
Карат это не умеет, значит, соврать не получится.
И что потом? Как принято поступать с человеком, который самовольно распорядился чужими сокровищами?
Ну а что ему еще оставалось делать в сложившейся ситуации? Вот такой он мягкотелый. Сперва спас девочку, потом под впечатлением того, что она вовремя вычислила засаду особо хитрого рубера, отдал ей жемчужину.
Да он бы и без засады отдал. Ну не мог иначе, никак не мог. Не тот характер.
Хотя можно было поступить по другому — подождать проявления симптомов. Вот только довелось подслушать рассказ, как новенький изменился в один миг. Только что перед тобой нормальный человек, заражение никак не проявляется, и вдруг дергается, медленно разворачивается, и вот уже на тебя уставился мутный взгляд свежеиспеченного мертвяка.
При столь молниеносном сценарии перерождения Карат рисковал высматривать симптомы до морковного заговенья. Точный ответ могут дать лишь в той лаборатории… при крематории. Но туда добираться слишком долго, так что у него оставался ровно один вариант гарантированно спасти Диану.
Вариант дорогостоящий.
Он им воспользовался и пока что нисколько об этом не жалеет. Что сделано, то сделано, все разборки оставим на потом.
* * *
Широкое русло вывело на совсем уж безоглядно открытый простор. Или сюда принесло участок грандиозной реки, или немаленькое озеро. Даже не понять, в какую сторону теперь направляться. Ну уж точно не на юг, там даже без помощи прицела просматриваются городские многоэтажки, тварей в густонаселенные места тянет со всей округи. Ровно на восток? Почему бы и нет, там вроде лесистые берега, крупных поселений не видать, может даже найдется продолжение водного пути.
Уж очень не хочется расставаться с лодкой.
Карату она настолько понравилась, что не менял ее несмотря на множество встретившихся возможностей. Мог бы хотя бы с мотором выбрать, но тут не все просто, сам он на них не ходил, только с опытными спутниками, мало что понимает. Такое вот упущение, хорошо бы взять пару уроков у знающих людей. Вроде ничего сложного, но все же наука, надо учиться.
Диана, оглядываясь по сторонам, спросила:
— Я не вижу берег в той стороне, и в той тоже. Это что, море такое?
— Да вот же он, километрах в трех-четырех. Видно прекрасно.
— А… Ну это у меня из-за глаз, бывает такое.
— Попей живчика.
— Зачем?
— Глаза быстрее вылечатся.
— Моя болезнь не лечится.
— На шестой день моего пребывания здесь я попал в крутой переплет. В меня выстрелили из гранатомета, от голеней пара костлявых палок осталась. А теперь ковыляю на своих двоих, пусть и прихрамываю. Другу моему вообще ногу оторвало, он лежит сейчас в больнице, ему ее восстанавливают, скоро будет как новая.
— Ногу нельзя восстановить.
— Забудь. У тебя теперь другая жизнь, ты в Улье, и ты иммунная. Главное, чтобы голову не оторвало, все остальное можно вылечить. Ну почти все.
— Это ты так шутишь?
— Показать мои шрамы?
— Не надо.
— Все очень серьезно. Ты видела зараженных, и я рассказывал, как трудно их убить, как легко они восстанавливаются после самых тяжелых ранений. Иммунные не такие живучие, но в чем-то на них похожи. На нас тоже все зарастает быстрее чем на собаке. Мелкие ссадины-царапины можно вообще не замечать, уже завтра их не будет, только белый след, но и он исчезнет если не забывать кожу Солнцу подставлять. С серьезными ранами посложнее, там обычно главное — успеть вовремя остановить кровь. Потом, если не умер, принимай живчик и хорошо питайся, без помощи врачей все зарастет.
— Вы обходитесь без врачей?
— Не совсем, иногда они бывают полезны, особенно хирурги, и вообще в сложных случаях принято мчаться в больницу. Да, без медицины можно почти во всех случаях обойтись, но времени на лечение потеряешь гораздо больше.
— То есть мои глаза станут нормальными?
— А что у тебя с ними?
— Фиолетовость.
— Мне это ни о чем не говорит.
— Ну обычная фиолетовость, неужели никогда не сталкивался?
— Это как?
— Крайний случай рэд-синдрома[30].
— Мне это ни о чем не говорит.
— Как это? Да об этом уже лет двадцать все только и говорят, ты что, разве никогда не видел людей в таких очках?
— Может мимо меня прошло, а может наши миры различаются.
— Мы с тобой из разных миров?!
— Да запросто, ведь мы тут почти все друг для друга инопланетяне. Расскажи, что там не так с этим рэд-синдромом.
— Обычно у младенцев развивается точечная красная радужка, такое еще можно купировать, а вот с фиолетовой ничего не сделаешь, рано или поздно ослепнешь. Мне повезло, что я до сих пор не потеряла зрение, другие и до десяти лет не дотягивают. Слишком много запретов для «фиолетовых»: противопоказан яркий свет, нельзя напрягать глаза, все время надо носить темные очки, капать лекарства строго по расписанию. Но даже если все выполнять, мир постепенно темнеет. Я еще помню его ярким, а теперь у меня все время вечер. Но даже этому можно радоваться, ведь лучше так, чем полная темнота.
— И многие у вас этим болеют?
— Таких как я мало, в основном «красные», им гораздо проще.
Диана приподняла очки, прищурилась, часто моргая повернула лицо к Карату. Тот увидел, что радужка у нее и правда ненормальная. Насыщенно-фиолетового цвета, выглядит неестественно, ничего подобного он никогда не видел. Это глаза мультипликационной героини, а не реальной девочки.
— Видишь?
— У тебя очень интересные глаза. Красивые.
— Это не красота, а проклятие, — вздохнула Диана возвращая очки на место.
— Если это связано с генами, я не уверен, что Улей справиться. Тут надо кого-нибудь поумнее спросить, я ведь в медицине не специалист. К тому же в Полисе хорошие врачи, тебе там точно помогут, не переживай.
— Да я уже поняла, что меня там все будут носить на руках, кормить, поить и одевать. А взамен я должна сидеть взаперти, и учить наизусть Камасутру в ожидании того волшебного момента, когда меня подложат в постель к какому-нибудь богатому хрычу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
