– Я никогда ни жалуюсь.
– Прекрасно. С какой целью тогда ко мне?
– Зуб болит. Сильно. Вверху справа. Вот этот, который сразу за клыком, – показал Стас пальцем, приоткрыв рот. – Вы мне облегчите страдания?
– Хорошо, сейчас посмотрим, – проигнорировала последний вопрос Юлия. – Так, рот пошире. Шире. Еще шире.
Осмотрев зуб, девушка отложила инструмент и приподняла фонарь на лбу.
– У вас пульпит. Зуб спасти можно, вариантов два. Или подождать пока свет дадут, и я вам сразу же сделаю. Только неясно, когда свет будет. Могу вам сейчас обезболить, а завтра поедете в поселок Зеленовку, там в фельдшерском кабинете есть бормашина с механическим приводом. Единственное, не знаю, на месте ли там сейчас…
– А удалить зуб можно?
– Конечно можно. Но зачем вам зуб удалять, когда его спасти можно? – В глазах у Юли было искреннее удивление.
– Доктор, давайте удалим его сейчас? Честно, устал уже от боли этой, сил нет. А дел много, просто некогда ждать.
– Слушайте, у вас очень хорошие зубы. И этот зуб вполне можно спасти, и я считаю, что…
– Доктор, давайте удалим, – убедительно произнес Стас, – очень вас прошу!
– Хорошо, – пожала девушка плечами. – Давайте удалим, – покопавшись в одном из ящиков, девушка положила на десну ароматную ватку и отвернулась, готовя устрашающего вида металлический шприц.
Стас почувствовал, как по десне пошло легкое чувство онемения. Он дотронулся до ватки языком и понял, что это обезболивание для укола. Кончик языка тоже онемел. Прекрасно – уколы ему очень сильно не нравились, а сейчас вон оно как делают уже.
– Хронические заболевания есть какие-либо? На анестезию как реагируете? В обморок не падаете? – отвлеклась Юлия от шприца.
– Да не, нормально все. Мне валерьянку только противопоказано.
– Валерьянку? – удивленно глянула доктор на Стаса.
– Я в марте родился, так что меня после валерьянки держать надо. Башню срывает.
– Как это? – нахмурилась девушка, не понимая, а потом махнула головой: – Шуточки у вас. Рот открывайте, – Юлия быстро уколола три раза в десну вокруг зуба и положила шприц на столик, – пару минут ждем, пока заморозит. Если плохо будет, скажите сразу.
Укола Стас почти не почувствовал. И чего боялся – спросил он сам себя.
– Доктор, а этот зуб, он же недалеко, его быстро удалить?
Прежде чем отвечать, девушка подумала немного. А когда начала говорить, Стас даже залюбовался ею – мало того что симпатичная, так еще и своей обстоятельностью подкупает.
– Вы знаете, очень часто бывает так, что вроде с виду зуб очень легко выйдет, а проблемы начинаются. А иногда смотришь – кажется, что сложно будет, а выходит с легкостью. Так что я никогда не загадываю и стараюсь прогнозов не давать. Попробуйте, заморозилось у вас?
Стас прислушался к себе – боль в зубе чувствовать он перестал, и десна вроде на нажатия языком не реагирует.
– Вроде да.
– Хорошо, приступим тогда. Если что, вы мне мигните, если боль почувствуете, о’кей?
Стас кивнул. Доктор, на его удивление, взяла не плоскогубцы фирменные, а какой-то штырь и несколько раз надавила на зуб. В последний раз, когда давила, парень еле удержался от вскрика. Обезболивающее подействовало как-то неправильно, но чувство бравады заставило его промолчать. Лишь когда доктор отложила штырь и взяла свои кусачки, Стас подал голос:
– Доктор, как-то обезболивающее не обезболило. Может, еще кольнете?
– Что же вы молчите? – нахмурила девушка лобик.
– Я вами залюбовался и отвлекать не хотел.
– В следующий раз говорите сразу, пожалуйста, – стальным голосом выговорила ему девушка. Щеки у нее покраснели слегка, но вид Юлия сохраняла серьезный до невозможности.
После еще одного укола прошло несколько минут. Доктор вопросительно посмотрела на Стаса, и тот кивнул. Девушка вновь взяла свои кусачки, зажала в них зуб и начала его расшатывать. Чувство, когда в глубине десны шевелятся корни, само по себе неприятное, а когда это болью сопровождается… Стас не сдержался, сморщился.
– Больно? – сразу же убрала кусачки Юлия.
– Терпимо, – Стас опять сморщился.
– Давайте еще укол. Вы, кстати, алкоголь сегодня употребляли?
– Нет, я же обезболивающие пил.
– Так. А что принимали?
– Кетанов какой-то, две таблетки, анальгина штуки четыре.
– Ну тогда ясно. Давайте еще укол, но не уверена, что подействует.
– Юлия Сергеевна, давайте вы уже выдергивайте его. Я уж устал от этого зуба, потерплю.
Девушка кивнула, коротко глянув на Стаса, и, наклонившись, принялась опять расшатывать клещами зуб. Свет фонаря парня слепил, так что лица доктора видно не было, но почти прямо перед его глазами маячило небольшое ушко, и можно было разглядеть изгиб шеи. Отвлекаясь от боли, Стас начал представлять, как можно в эти места девушку целовать. Помогало не очень, но думать об этом было приятно. Тут раздался треск, и его перекосило.
– Не волнуйтесь, не обращайте внимания. Трещит – это ничего страшного, – заговорила Юлия уверенным голосом, от которого Стасу сразу стало спокойней, – снимка у меня нет, а у этого зуба может быть двойной корень. Если один из корней сломается, будет немного проблематично его извлечь. Поэтому потерпите чуть-чуть, пожалуйста, – доктор потянула зуб, и Стасу показалось, что даже кожа на затылке зашевелилась.
– Сейчас еще немного, потерпите, терпите, пожалуйста, ну вот, почти все… черт! – сорвалось вдруг у девушки совершенно другим тоном. – Ой, извините, пожалуйста, – смутилась доктор с таким видом, что Стас бы ей сейчас все извинил, что бы она ни сделала.
Юлия махнула клещами, выкинув зуб в миску рядом с креслом. Стас скосил глаза, но зуб даже не рассмотрел – сгусток крови просто. Девушка быстро поменяла ватку на десне и посмотрела на парня, приподняв фонарь.
– Да, там двойной корень, один обломался. Давайте я вам еще раз уколю? Сейчас просто его доставать надо будет.
– Юля, давайте вы его быстро достанете. Я потерплю, не волнуйтесь, – Стасу уже очень сильно хотелось, чтобы все поскорее закончилось.
Больно, конечно, но терпеть можно. В детстве, когда ему зубы делала стоматолог советской закалки, было куда больнее. Или тогда сильнее воспринималось, может. Стас глубоко вдохнул и опять широко открыл рот. Девушка снова взяла в руки свой штырь и полезла ковыряться в десне. Опять несколько сильных нажатий, при последнем штырь соскользнул, и Стас с усилием удержался от вскрика. Просто мыкнул.
– Ой, прости, прости, пожалуйста. Потерпи чуть-чуть, еще немного, совсем чуточку. Пошире открой, пожалуйста, – перешла на «ты» доктор.
Стас как мог широко раззявил пасть, а девушка почти легла на него, заглядывая в рот, не переставая успокаивающе говорить дежурные фразы. Отвлекаться от того, что в его живом мясе сейчас ковыряются металлической штуковиной, Стасу помогало то, что Юлия легла на него грудью, изогнувшись. Куртка у парня висела на шкафу, и он был в одной флисовой кофте, так что почувствовал все хорошо.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
