— Он мой! — прорычал Паламброн. — Я убил его и я голоден! Я умру, если не съем его!
— Так же, как и мы все, — заметил Вольф. — Где брат?
Паламброн сплюнул.
— Скотина! Он мне не брат. Откуда мне знать, где он? Я ему что, нянька?
— Вы ушли вместе, — возразил Вольф.
— Не знаю я, где он. Мы охотились поодиночке.
— Тут кто-то кричал, кажется, — произнесла Вала.
— A-а, это я кричал, — пробормотал Паламброн. — Наткнулся тут на спящего фуджера и крикнул, когда пристукнул его.
— Странно, — с сомнением произнес Вольф.
Не спуская глаз с Паламброна, он отошел к реке и поднялся метров на сто вверх по течению, когда заметил выглядывающую из-под валуна человеческую руку. Он обошел валун и увидел труп Эниона. Затылок его был разбит, рядом валялся окровавленный камень.
Вольф вернудся, но Паламброна с тушей фуджера уже не было. Вала ждала его одна.
— Почему ты не остановила его? — спросил Вольф.
Она пожала плечами и улыбнулась.
— Я всего лишь женщина, как я могла задержать его?
— Могла бы, если захотела, — сказал Вольф. — Наверное, рассчитывала поохотиться на него? Боюсь, что вынужден буду огорчить тебя: никакой погони не будет. Я и не подумаю тратить свои силы на этого дурака. А если он еще успеет поесть, то тем более удерет от любого из нас.
— Ну и ладно, — согласилась Вала, — так что мы теперь будем делать?
— Пойдем завтра дальше и будем надеяться на лучшее.
— И умрем от голода. — Вала указала на валун, скрывший труп Эниона, и тихо прошептала: — Там достаточно пищи для всех.
С минуту Вольф не отвечал. Предложение Валы заставило его внутренне содрогнуться, нр обстоятельства складывались так, что не оставалось выбора.
Вала была права; как ни претила мысль о такой еде, без нее им не выжить. Так что Паламброн в известной степени оказал им любезность. Убив брата, он взял вину на себя. Теперь они могли есть, не считая себя убийцами. Не то, чтобы факт насильственной смерти сильно обеспокоит его спутников, но сам он неизбежно мучился бы угрызениями совести, если бы был вынужден лишить другого человека жизни, чтобы не умереть самому от голода.
Что касается самой еды, то теперь он чувствовал лишь слабое отвращение. Голод притупил естественный ужас перед каннибализмом.
И Вольф отправился будить остальных Всевышних, в то время как Вала подобрала камни, оброненные Паламброном. Когда все собрались, она не только разожгла костер, но и успела разделать труп. На мгновение Вольф отшатнулся. Но затем подумал, что коль скоро он собирается разделить трапезу, ему следует и поработать. Он одолжил у Теотормона нож и принялся нарезать куски. Остальные предложили свои услуги, но он отогнал их. Казалось, он хотел наказать себя, выполняя самую ужасную работу.
Когда мясо было готово, ой взял свою долю и ушел за скалу. Он знал, что не удержится и съест кусок, но знал, также и то, что при виде спутников, пожирающих человечину, его непременно стошнит. Поэтому он решил есть в одиночестве.
Рассвет застал их все еще за трапезой. Лишь к полудню они снова тронулись в путь. Оставшееся мясо завернули в листья и взяли с собой.
— Если Уризен наблюдал за нами, — заметил Вольф, — он, должно быть, неплохо повеселился.
— Пусть себе веселится, — отозвалась Вала. — Придет и мой черед.
— Твой? Ты, наверное, имеешь в виду наш.
— Другие меня не волнуют. Меня интересует то, что сделаю я.
— Типично по-всевышнему, — заметил Вольф,
Некоторое время после этого он наблюдал за Валой. Ее жизнеспособность поражала. Походка ее оставалась легкой, щеки порозовели, движения были проворными и изящными. Возможно, на нее такое воздействие оказала еда.
«Но это не так, — думал Вольф, — даже когда мы голодали, она не страдала от недоедания и не выглядела усталой.
Если кому-то и удастся выжить и схватить отца за горло, — думал он, — это будет Вала.
Пусть и мне хватит сил, — молил он. — Я уже не так жажду отомстить Уризену, но я очень хочу спасти Хрисеиду».
Глава 12
Они голодали уже целые сутки. Наконец ущелье кончилось. Отлогий склон постепенно переходил в равнину, простирающуюся до самого горизонта, В четверти мили от подножия горы виднелся небольшой холм и на нем — два гигантских гексагона.
Всевышние остановились и тупо воззрились на них,
— Чем скорее мы пройдем через какие-либо Врата, тем будет лучше, — произнес Вольф. — Надеюсь, по ту сторону найдется пища.
— А если нет? — спросил Тармас.
— Лучше уж умереть, пробираясь сквозь оборону Уризена, чем подыхать голодной смертью. А наши дела обстоят так, что...
Вольф взглянул на унылые физиономии спутников и осекся.
Всевышние, еле переставляя ноги, последовали за ним к подножию золотистых, инкрустированных драгоценными камнями сооружений.
— Ну, что ж, сестра, — обратился Вольф к Вале, — предоставляем тебе право выбора. Поспеши, наши силы на исходе.
Вала подобрала камешек, повернулась спиной к Вратам и швырнула его через плечо. Камень пролетел через правые Врата, чуть не ударившись о перекладину арки.
— Так тому и быть, — объявил Вольф, — Он посмотрел на спутников и рассмеялся, — что, ждете команду? Вперед, бравые Боги! Вперед, бродяги! Дубинки, поломанный меч, нож, мускулы, пустые желудки, ворчливо требующие мяса, — к бою! Ну, где вы еще видели столь забавный штурмовой отряд?!
Вала, рассмеявшись, заметила:
— У тебя, Джэдавин, хватит мужества на всех. Это что-нибудь да значит.
— Надеюсь, — отозвался Вольф и, разогнувшись, прыгнул в правые Врата.
Он приземлился на мягкой почве, чуть подавшись вперед, но удержал равновесие, оставшись на ногах. Над равнинной местностью светило синее небо. Кое-где возвышались крутые холмы такие каменистые и темные, что больше походили на наросты, чем на насыпи земли. Сомнения его усиливало и то, что поверхность, на которой он стоял, не походила на землю. Она была коричневой, гладкой и испещренной отверстиями, в каждом из которых рос тонкий стебель высотой примерно в фут.
«Похоже на кожу великана», — подумал он.
Единственной растительностью — если это можно было так назвать — являлись редкие деревья высотой около сорока футов с тонкими стволами и остроконечными ветвями, выступавшими кверху от ствола под углом в сорок пять градусов. Ветви были темные; их покрывали двухфутовые листья, похожие на лопасти.
Минуту спустя через Врата прошли остальные Всевышние.
Вольф повернулся и произнес:
— Я рад, что обошелся без вашей помощи.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
