Читаем без скачивания Закрой глаза (СИ) - Кононова Ксения "MidnightLady"

Сжимая за пояс, Женя вдруг перекатывается, прижимая Макса к кровати. Рывком подтягивает его ближе, энергично покачивая бедрами и агрессивно целуя в шею, плечо, скользнув кончиком языка по вязи татуировке на бицепсе, прикусывает кожу. Женя научился чувствовать Максима лучше себя и всегда четко улавливает, когда тот переступает определенную грань за несколько минут до оргазма. Это именно тот момент полубезумства, которого Женя теперь всегда ждет — тогда Макс позволяет ему зайти на шаг дальше, чем обычно. Женя проводит подушечками указательного и среднего пальцев по губам Макса, чуть надавливая на них. Тот облизывает пересохшие губы, и пальцы Жени оказываются во рту Максима. Женя чувствует, как тот сосет их несколько секунд и они с легкостью выскальзывают назад.

Женя надавливает на сфинктер и один палец проникает внутрь уже практически без труда. Макс вздрагивает, но не останавливает его. На коже появляются капельки испарины. Женя накрывает его губы и, ощутимо прикусив нижнюю губу, одновременно добавляет еще один палец. До безумия туго и горячо.

— Бл… — остальная часть слова превращается в мычание Макса, поглощенное ртом Евгения.

Женя целует жестко и быстро, не давая Максу задумываться, пока его тело привыкает к этому ощущению. Макса бросает в пот и холод одновременно, но он сейчас не может сориентироваться в собственных мыслях и ощущениях, чтобы оттолкнуть или остановить. Лишь бессознательно больно щипается, сжимая кожу на спине и ягодицах Евгения. Женя чуть сгибает пальцы внутри его тела и медленно несколько раз двигает ими, пока, наконец, с губ Максима не срывается неожиданный для него самого стон удовольствия, а по коже проходит дрожь. Он шокировано распахивает глаза, делая судорожный вдох. Женя всего секунду наслаждается этим изумленным выражением лица с мутным взглядом, как и всегда, когда Максим делает для себя очередное новое открытие. Еще один толчок пальцев и новый неконтролируемый стон. Укус в шею и снова толчок. Калейдоскоп ощущений утягивает Макса в засасывающий омут. Легкие сводит, не давая дышать, и Максим едва различает, когда Женя смещается вниз и быстро берет в рот, продолжая двигать пальцами внутри его тела. Кожа покрыта капельками пота, горит от накопленной огненной энергии в венах.

Пара секунд и Макса абсорбирует сильнейший оргазм, будто мощный энергетический выброс засасывает куда-то, лишая на несколько мгновений возможности слышать, видеть и думать. Его подбрасывает, он судорожно вздрагивает, шумное дыхание смешивается с громким, наверное, слишком громким стоном и ругательствами, пока он бессознательно впивается пальцами в подушку и пытается прийти в себя, не в состоянии шевельнуться. Женя сглатывает, не выпуская его из своих губ, чувствуя при этом, как Макс сжимает его пальцы в себе сокращающимися мышцами. Жене стоит титанических усилий, чтобы сдержать себя и не сделать то, о чем он потом может пожалеть. Но с каждым разом это все труднее и надолго его с такими темпами явно не хватит.

Спустя несколько секунд пальцы мягко выскальзывают из расслабленного и обмякшего тела Максима. Макс пытается сглотнуть, но во рту пересохло, а сердце все еще бешено колотится. Он вновь открывает глаза, когда Женя, стоя над ним на коленях доводит себя рукой. Нет, он хочет дать ему то же наслаждение сам. Привстает на локтях и обхватывает головку губами, поглаживает гладкую плоть языком. Женя приглушенно стонет, скользя сжатой ладонью все быстрее. Ему хватает меньше минуты. Он выскальзывает изо рта Макса и кончает на его живот. Валит его на спину, накрывая своим телом и утыкаясь в изгиб шеи, пытается перевести дыхание.

— Бля, ты меня будто наизнанку вывернул. — Прерывисто выдыхает Макс.

— Будешь знать, как провоцировать. — Чуть улыбается Женя.

— Буду. — Насмешливо хмыкает тот и тоже улыбается.

Усталость вперемешку с полной расслабленностью разливаются по телу, наполняя ленью двигаться и думать. Остается лишь чувствовать дыхание друг друга, ощущать постепенно успокаивающееся сердцебиение друг друга и просто не шевелиться несколько минут.

— Надо в душ. — Через несколько минут замечает Женя куда-то в шею.

— Надо. — Пофигистски соглашается Макс, но ни один из них так и не шевелится.

Женя хмыкает и все-таки приподнимается, заглядывая в лицо Максима. Целует одними губами, уже мягко и лаская. Они никогда не обсуждают то, чем занимаются в постели. Ни до, ни после. Оно остается в категории кратковременного безумства «здесь и сейчас». Но Жене достаточно тех секундных реакций Максима, которые он успевает поймать в ответ на свои действия. Он уверен, что рано или поздно Макс сам будет готов и попросит его о полноценном сексе, а до того момента Жене остается приучать и подготавливать Максима. Для себя.

Евгений слегка трется щекой о его скулу, чуть влажную от скатившихся капелек пота и делает глубокий вдох — ему нравится, как пахнет Макс в такие моменты. Сексом с едва уловимым оттенком мускуса. Возбуждающе и пряно, немного сладко. И на вкус он точно такой же. Его мед с орехами и корицей. Улыбается собственным мыслям и, наконец, встает, утягивая несопротивляющегося Максима за собой в душ. На город за окном уже успели наползти летние сумеречные тени, чуть испугано обтекающие светящиеся окна и огни иллюминаций.

***

— Привет, Ден. — Макс обменивается рукопожатием с Денисом и натягивает мотошлем.

Очередная суббота и очередное занятие, которых теперь так всю неделю ждет Максим. За неимением другой возможности садиться на мотоцикл, они стали его единственной отдушиной.

— Макс. — Приветственно улыбается тот. Кивает в сторону трека как раз в тот момент, когда мимо них проносится байк с пилотом в черно-белом гоночном мотокостюме. — У тебя сегодня небольшая компания.

Максим на секунду застывает, прослеживая взглядом белый Сузуки. Такой же, как был у Тохи.

— Кто это?

— Пашка круги наматывает. — Хмыкает тот.

Максу пока все еще не очень хочется ехать с кем-то в компании, но он все равно садится на байк, надевает перчатки и, опустив визор на шлеме, заводит мотоцикл. Через секунду кивает Дену и, оттолкнувшись ногой от асфальта, выезжает на трек. Две с половиной секунды и ощущение свободы прошивает каждую клеточку Макса, стирая все лишние мысли из головы. Скорость. Ветер. Дорога. Он упивается этим ощущением, когда с ним вдруг ровняется его «компания». Пашка? Макс бросает быстрый взгляд на пилота. Тот обгоняет его на полкорпуса и снова ровняется, поворачивая к нему голову. Адреналин отравляющим ядом попадает в кровь, растекаясь по телу и поглощая сознание. Приглашение посоревноваться?

Максим отрицательно качает головой, показывая рукой, чтобы тот обгонял его. Макс не будет в этом участвовать, он все еще боится максимальных скоростей, хотя и знает, что здесь безопасно гонять. Но, похоже, перешагнуть через себя не так просто. Пашка добавляет оборотов, вновь слегка обгоняя и ровняясь. И снова. Вот же прицепился. Наконец, чуть обгоняет его, но больше не ускоряется. Некоторое время Максим едет за ним, наблюдая, как тот управляет своим байком и вдруг начинает набирать скорость, обходя на очередном повороте. Быстрый взгляд друг на друга и Пашка вновь на полкорпуса впереди. Что-то щелкает внутри Максима. Он догоняет его и когда они достигают въезда на трек, показывает три пальца — количество кругов, которые предлагает пройти на скорость. Пашка показывает большой палец к верху, как это когда-то делал Киса, сильнее сжимает руль и разгоняется, оставляя Макса позади себя. Максим хмыкает и, прижимаясь грудью к фальшбаку, незаметно для себя выжимает максимум. Он его сделает!

Уже забытое ощущение гонки и соревнования заполняет его до краев — Макс слишком давно не чувствовал то, что наполняло его этим жизненно-важным восторгом. Но то ли из-за отсутствия практики, то ли противник ему попался достойный, Максиму удается лишь ненадолго обойти белый Сузуки, как он тут же возвращает себе лидирующие позиции. На финальном круге ему удается вырваться вперед, но на последнем повороте Пашка все равно обходит его по внутреннему краю трека и приходит к импровизированному финишу на несколько секунд раньше.