Максим тормозит рядом и глушит байк, выдвигая ногой подножку. Отстегивает шлем, стаскивая его с головы. Сердце неистово бьется в груди. Его не расстраивает проигрыш, пусть он и не выиграл этот заезд, зато получил то, что уже и не надеялся получить когда-либо вновь. И сейчас он искренне благодарен этому парню, спровоцировавшему его на гонку.
Пашка тоже снимает шлем, под которым оказывается черная мотомаска. Поддевает ее у основания шеи и, стягивая, оборачивается к Максу. Максим застывает, несколько секунд изумленно рассматривая большие серо-голубые глаза и непослушные рыжие не длинные спиральки, торчащие в разные стороны и не доходящие до плеч.
— Не ожидал, что тебя сделает девушка? — Довольно улыбается она.
Глава 24
Now it seems I'm fading,
All my dreams are not worth saving.
I've done my share of waiting
And I've still got nowhere else to go
So I wait for you to take me all the way…
Seems you're wanting me to stay,
But my dreams would surely waste away.
I still have nowhere else to go
So I wait for you to take me all the way…
Push me under, pull me further
Take me all the way…
Now it seems you're leaving
But we've only just begun
and you've still got nowhere else to go
So I wait for you to take me all the way.
Push me under, pull me further
Take me all the way…
Believe it, I've been waiting so long.[20] Three Days Grace — Take Me Under
Да, этого он точно не ожидал.
— Извини, — встряхивается Макс, понимая, что пялится на нее сейчас от удивления, — мне просто Ден сказал, что ты… в смысле, я думал, что ты парень. — Хмыкает он, улыбаясь.
— Пашина Кристина, — протягивает она руку, убирая другой с лица пушистые волосы, хотя они все равно непослушно падают на глаза, — но меня все зовут Пашка. И мне так нравится больше.
Максим пожимает протянутую ладонь в ответ.
— Макс Виноградов.
— Ты на реабилитационном курсе у Дена? — Макс кивает. — После аварии?
— Да. Полгода не был в седле. Вот, пытаюсь вернуться в строй.
— Ну, удачи. — Улыбаясь, хмыкает Кристина. — Приятно было познакомиться, Макс Виноградов. Еще увидимся как-нибудь. Дам тебе возможность реванша.
Заводит мотоцикл, выезжая с трека, и Макс наблюдает, как она перебрасывается парой фраз с Денисом. Качая головой, вновь натягивает шлем. У него еще есть время на один самостоятельный круг. Отталкивается ногой и, сделав вдох, постепенно набирает скорость, сосредоточено наблюдая за исчезающей под колесами трассой, но до максимума так и не доходит. Почему-то сейчас мозг не позволяет выжать все, на что способен его байк, хотя во время их с Пашкой «гонки» все барьеры сознания сами собой слетели. Адреналин вытеснил страх, теперь же все вновь вернулось обратно. Макс старается не зацикливаться на этом. Прогресс есть и это главное.
После круга его уже ждет Ден и Макс тормозит рядом с ним, поднимая визор на шлеме.
— Разогрелся? — Максим кивает. — Неплохо прошел с Пашкой трассу. Быстро восстанавливаешься.
— По-моему, у меня с поворотами все-таки не особо фонтан. Она меня на них сделала в два счета. — Хмыкает Макс.
— Ну, Пашка если захочет, многих может здесь под орех разделать. — Улыбается Ден. — Это она еще пожалела твое мужское самолюбие. Пашка одна из тех немногих девушек, кто родился уже в шлеме и на мотоцикле. Тебе нужно оттормозиться до поворота, а вот вторую его часть пройти с наращиванием скорости. — Меняет он тему, жестикулируя и показывая где и что Максиму необходимо делать для более эффективного прохождения. — Хочешь попробовать?
Макс с готовностью кивает, и весь следующий час Ден гоняет его снова и снова, заставляя следить за наклоном тела относительно мотоцикла при прохождении поворотов, но он — этот наклон его тела — стандартно равен наклону байка и по-другому Макс никогда не катался. А когда ехал сегодня за Пашкой и наблюдал за ней, заметил, что она смещается с подушки сиденья внутрь поворота, буквально касаясь коленом покрытия трассы.
— «С коленочкой»? — Уточняет Денис, когда Максим делится с ним своими наблюдениями с немного детским, не озвученным, но отчетливо улавливаемым в интонации желанием «я тоже так хочу». И после того, как Макс согласно кивает, качает головой. — Этот прием применяется только в шоссейно-кольцевых гонках на высоких скоростях и чистой трассе. А у нас с тобой курс городской езды, где на дорогах могут быть песок, грязь, масло, посторонние предметы… Там даже самые лучшие шины не обеспечат нужного сцепления. Так что такой стиль тебе никак не пригодится. Как часто предупреждают «не пытайтесь повторить это в реальной жизни».
— А она участвует в гонках? — Не удерживается от вопроса Макс.
— Пашка? — Уточняет Ден. — Нет, ей отец запретил. Кататься по треку, пожалуйста, сколько влезет. А вот гонки, официальные или тем более уличные, под страхом смертной казни. У нее даже собственного байка нет.
— Ты знаешь ее отца?
— Да его все здесь знают. — Хмыкает Денис. — Пашин Владимир Николаевич, неоднократный чемпион-мотогонщик в прошлом. Сейчас тренирует пару участников для ежегодного чемпионата страны в следующем месяце. У него, правда, еще старший сын есть от первого брака, но тот спортом не страдает, хотя тоже гоняет прилично. Ну, на сегодня все. — Хлопает его по плечу Денис. — Молодец, успехи видны не вооруженным глазом. Можешь идти в душ и до следующей субботы.
Максим кивает и выезжает с трека. В голове вертится миллион мыслей, перескакивая с одной на другую. То, что делала сегодня Пашка, было красиво и однозначно весьма эффективно для гонки, даже если, по словам Дениса, она делала это в полсилы. Макс уже понимает, что между ездой по улице и по треку колоссальная разница, но он пока не знает, сможет ли до конца избавиться от своих загонов, чтобы вновь ездить по общественным дорогам, как это было прежде, а вот делать это на треке ему действительно начинает нравиться. И здесь тоже, как оказалось, можно получить недостающий адреналин от байка. В гонке.
Максим принимает душ, переодевается и еще несколько минут стоит, облокотившись о поручни заграждения, наблюдая за тренировками других пилотов, уже профи. Теплый июньский ранний вечер наполняет спокойствием, несмотря на обилие ускользающих мыслей в голове. Наконец, Макс выходит из комплекса и подкуривает сигарету, но когда поднимает взгляд, он цепляется за «родные» номерные знаки черного Прадо на автостоянке. Максим непроизвольно улыбается и качает головой, направляясь в его сторону.
— Я думал, ты к свадьбе своей готовишься. — Открывает он дверцу. Сделав еще несколько быстрых затяжек, выбрасывает окурок и забирается на переднее сидение рядом с Женей.
— Готовлюсь в поте лица. Вот, был по близости, решил заглянуть. — Произносит Женя, улыбаясь в ответ.
— Угу. Более близкую близость, чем пятнадцать километров от центра города, где ты обычно тусуешься, сложно себе представить. — Хмыкает Макс. — Соскучился? — Насмешливо и как всегда стебно улыбаясь.
— Ужасно. — Той же интонацией. — Как дела? — Женя сдает назад и выезжает с парковки.
— Ден доволен. Говорит, успехи видны невооруженным глазом.
— Ты с ним не согласен?
— Не знаю пока. Уже не так стремаюсь, но смогу ли проехать по дороге, все еще не уверен. Здесь-то машин нет, только пустой трек и ты. — Со вздохом.
— У тебя все получится. — Произносит Женя уже знакомой Максу интонацией, будто он истина в последней инстанции, но сейчас это именно то, что нужно было услышать Максиму.
Ослепительные блики запутавшегося в зеленой листве вечернего солнца, время от времени мелькающие в просветах деревьев вдоль трассы, почему-то действуют сегодня на Макса гипнотически, пока он всматривается в сменяющийся за окном автомобиля пейзаж. Вспоминая сегодняшнюю гонку и Пашку на белом Сузуки, немного напряженно думает. Наконец, решается и поворачивается к Евгению.
