Это удалось несколько позднее, и не мне, а начальнику УГРо Толе Ро-рю, который прибыл на место действий и лично пообещал им неприкосновенность. А я вернулся в бар и обнаружил там нескольких своих друзей и постоянных клиентов: Василия Маг-са, Василия Мих-ва и Славу Елдакова, которые были в курсе происходивших событий. Присев за столик, мы, попивая водочку, стали строить планы вызволения из милиции нашего общего знакомого, старшего товарища и, наконец, коллеги по спорту – Женьки. Мнения разделились, одни требовали действовать немедленно, другие – дожидаться утра, в итоге решено было не спешить и не сутиться, а подождать, пока в ресторане утихнет шум после двух произошедших драк. Через полчаса, не торопясь прикончив бутылку, мы вышли на улицу и двумя машинами отправились к райотделу милиции. Первым решили «запустить» туда Василия Маг-са, так как он сам еще недавно работал в милиции, правда, по каким-то неизвестным мне причинам был уволен из ее рядов. Уверенно войдя в приемную райотдела, он уже через минуту вернулся назад и сказал:
– Плохо дело, ребятки, там этот черт усатый сидит, который в прокуратуре работает. Следователем, кажется.
– Это Марченко, – сказал я, вздохнув. – Бери выше, он уже зампрокурора.
– Я пойду, – сказал Василий Мих-ов, выбираясь из машины, – он меня знает, может что-то и получится.
– Гм, – хмыкнул Славик, – он, наверное, всех нас знает. – В эту минуту Славик сам еще не догадывался, насколько оказался точен в своих предположениях.
Поход второго по счету Василия в райотдел тоже закончился неудачей и на этот раз я засобирался попробовать, но друзья меня оттеснили назад: «Сиди, ты же пьяный совсем, только дело испортишь».
Славик пригладил рукой волосы, откашлялся, толкнул дверь и вошел. Я скользнул за ним и, затаившись на корточках у двери, стал подслушивать. И сразу услышал мягкий, даже задушевный голос Марченко:
– А, Вячеслав, голубчик, явился не запылился. Садись, садись, дорогой, не дергайся, у меня тут к тебе поднакопилось вопросов. Так вот, Елдаков, расклад такой: тут на тебя именно по моей линии в прокуратуре лежат четыре заявления об изнасиловании. – В голосе зампрокурора слышалась полуиздевка и даже, как мне показалось, полувосторг. – А ты, дорогой товарищ, до сих пор гуляешь на свободе. Но это ничего, скоро ты будешь нам не товарищ, а гражданин, я, пожалуй, прямо сейчас тебя и закрою, чтобы ты не гадил в нашем городе. Что скажете, товарищ дежурный по райотделу?
Теперь послышался голос милиционера, тоже знакомый мне, говорил лейтенант Лефлер:
– Как вы считаете нужным, так и поступайте, я не…
Последние слова я не дослушал, так как стараясь плотнее прижаться ухом к замочной скважине, не удержался на корточках и ввалился внутрь, представ перед глаза зампрокурора в неудобной позе – на четвереньках.
– Нате вам пожалуйста, – с удовольствием процедил сквозь зубы Марченко, вперив свой острый взгляд прямо в меня. – Вот и еще один защитничек выискался. Ты ведь тоже явился Ив – ко выручать, не так ли? – прокричал он мне. – Даже на ногах не держится и не стесняется, прет прямо в райотдел. Что ж, ты тоже проходи, дорогой товарищ, присаживайся.
Я огляделся в помещении и заметил сидящих на скамейках в углу дежурки измаильских ребят – я их узнал по разодранным лицам и вещам, особенно я запомнил того, что был в рубашке-газетке, он сидел теперь по пояс голый, держа клочья рубашки, похожие на смятую газету, в кулаке. Здесь, в райотделе, эта рубашка считалась теперь, наверное, вещественным доказательством. Против меня, кстати. Проходя мимо, я не удержался и замахнулся на парней, которые испуганно вжались в кресла, выставив перед собой руки для защиты.
– Тоже довольно заметная в нашем городе личность, – не без удовольствия сказал Марченко, обращаясь к Лефлеру. – Редкий наглец. На него у нас имеются два заявления на изнасилование, одно, правда, групповое, вот, кстати, с Елдаковым на пару они и действуют. Принимай, Вячеслав, своего дружка в компанию, хорошо посмотрите друг на друга, а то ведь потом только в зале суда будете встречаться, а уж в зоны мы вас разные определим, подельники у нас вместе не сидят. Ха-ха-ха!
Я на всякий случай присел через одно место от Славика, и оглядевшись по сторонам, начал:
– Я к вам, собственно, по другому делу сегодня, товарищ зампрокурора. Вы вот забрали из ресторана хорошего парня, посадили в обезьянник, а этих красавцев, – я кивнул в сторону сидевших в углу парней, – что его впятером били, не закрыли. Что за дела, в натуре?
– Ваш «хороший» парень, – начал Марченко, – находясь в «воронке», избил восьмерых милиционеров. Порвал им погоны, галстуки, кровь из носу пустил и так далее.
– Так он ведь и не понял, наверное, кто перед ним, – усмехнулся я. – В машине темно, вот он и подумал, что опять те же самые бандиты напали. Те – впятером, эти – ввосьмером. На одного, заметьте.
– Закрой рот, Савва, от тебя не требуется объяснений, – повысив голос сказал Марченко жестко и ударил ладонью по столу.
– Вы же знаете, – продолжил тем не менее я, – что завтра, как только начальство ваше прибудет на службу и разберется в чем дело, справедливость восторжествует и Женю отпустят, потому что его жена работает секретаршей у первого секретаря райкома. – Последние слова я сказал весомо и почти торжественно.
– Ничего, – ответил Марченко, – это еще вопрос, отпустим или нет, а пока пусть посидит, до утра поразмыслит о своем поведении.
– А этих если отпустите без наказания, товарищ Марченко, – сказал я, – то мы тоже примем кое-какие ответные меры, теперь уже в отношении вас.
Марченко стал медленно багроветь лицом, затем привстал из-за стола.
– Пошел вон отсюда. Немедленно. Он еще угрожать мне будет. Вон, пока я тебя не закрыл вместе с твоим другом, понял! Оба – вон!
Мы со Славиком, не дожидаясь обещанных санкций, поспешили на выход, а Марков кричал вслед:
– А вы, товарищ Лефлер, проверьте, проследите, кто из этих двоих за руль сядет, пьяные же оба, сволочи.
Оба Василия сидели в одной из машин, другая – Славика – пустовала. Мы сели в нее, Славик завел двигатель и машина тронулись с места, вторая последовала за нами. Лейтенант Лефлер проводил нас взглядом, затем вернулся в помещение милиции – поспешил, наверное, доложить, кто именно сидит за рулем.
– Ну, куда? – повернулся ко мне Славик.
– В ресторан, естественно, – сказал я. Теперь, когда с текущими делами было покончено, и от нас уже ничего не зависело, я вспомнил, что меня дожидается Машенька.
Залико, когда мы вошли в бар, размахивая тряпкой наводил на стойке порядок.
– Наливай, коллега, два по 150, – сказал я ему, присаживаясь на пуфик.
