Читаем без скачивания Рождение и гибель цивилизаций - Юрий Емельянов

Особое развитие в Китае получил горнодобывающий промысел. С начала XI века резко возросла добыча железа, потребность в котором увеличилась по мере распространения железных орудий в сельском хозяйстве. Существенно увеличилась и добыча серебра, которое использовалось для ювелирных изделий, внешней торговли, а также для того, чтобы откупаться от кочевников Эти промыслы принадлежали государству. Государственными были и предприятия металлургической промышленности. Численность рабочих на этих предприятиях достигала 100 человек.

Самыми крупными были государственные предприятия по производству шелковых тканей (до 600–700 работников). На этих предприятиях, а также в мастерских по производству оружия, чеканке железных монет и в виноделии использовались наемные рабочие, получавшие заработную плату отчасти натурой, отчасти деньгами. В 3-м томе «ВИ» отмечалось, что «самый факт появления таких мастерских в соединении с широким развитием внутренней торговли и денежного обращения оценивается некоторыми исследователями истории Китая как зарождение условий, открывших возможность развития в дальнейшем элементов капитализма».

Развитие товарно-денежных отношений требовало все более совершенных финансовых операций. Задолго до появления в Западной Европе векселей (около XIII века) они уже в VIII веке по явились в Китае под названием «летающие деньги». В X веке и Китае вошли в широкое употребление бумажные деньги.

Период Сунской империи в истории Китая (960—1279) был ознаменован культурным расцветом страны. Особенно большой прогресс был достигнут в области просвещения. В школах Сунской империи родилась так называемая «сунская наука» — комплекс политических, экономических, исторических и философских знаний.

Таким образом, в то время как северо-западная окраина мировой цивилизации превратилась в регион, захваченный армадами варваров, остальные цивилизованные страны от Испании и Марокко до Индонезии, Кореи и Японии переживали период экономического подъема и культурного процветания. Своих успехов эти страны достигли, опираясь на постоянно накапливавшееся с древних времен экономическое, духовное и интеллектуальное богатство, на их возраставший трудовой опыт и увеличивавшееся культурное наследие. Их общественный строй мало изменился со времен основания первых цивилизаций. В крупных государственных образованиях сохранялись сильная централизованная власть, обеспечивавшая кооперацию общественного труда, высокоразвитая специализация труда, сочетавшаяся с классовым неравенством и сословными, нередко кастовыми барьерами. В то же время переход цивилизованных стран к мореплаванию существенно изменил роль торговли и товарно-денежных отношений в жизни общества. Некоторые из них уверенно двигались вперед к глубоким качественным переменам в своем экономическом и общественном развитии.

Как ни странно, эти черты общественного строя цивилизованных стран позволяли многим историкам говорить об отсталости феодализма в странах Востока. Авторы статьи «Феодализм» в «СИЭ» противопоставляли высокоразвитый феодализм Западной Европы «раннефеодальному» строю стран Азии: «Для генезиса и форм феодализма в таких странах, как Китай, Индия, Иран, характерны: сравнительно высокий уровень товарно-денежных отношений, гипертрофия централизованной государственной машины, меньшая, чем в Западной Европе, роль вассально-ленных отношений, медленный, растянувшийся во времени процесс феодализации».

Получается, что строительство 20-этажных домов и совершенных по своей организации крупных городов, возникновение предприятий с сотнями рабочих, открытие пороха, бумаги, компаса, доменного производства, появление бумажных денег, покорение Индийского океана, создание на землях Испании, Северной Африки и Южной Азии зоны высокопроизводительного сельского хозяйства доказывали отсталость «гипертрофированной» централизованной власти и медленное развитие «прогрессивного» общественного строя. В то же время, но мнению историков, нищая и отсталая Европа, которая приобщалась к достижениям Востока только во время грабительских крестовых походов, была олицетворением торжества передового строя.

К несчастью для стран Востока, в отличие от ученых сторонников прогрессивности западноевропейского феодализма, неграмотные кочевники Центральной Азии имели верное суждение об истинном положении дел в мире, а потому не Западная, Европа, погруженная во мраки бедность Средневековья, а высокоразвитые страны Южной Азии стали первыми жертвами очередных нашествий кочевых племен.

ГЛАВА 28

РАЗГРОМ ВОСТОКА И ВОЗРОЖДЕНИЕ ЗАПАДА

Как и прежде, расширение границ цивилизации и рост ее материальных и духовных богатств усилили для нее угрозу из степей. Начиная с VIII века на западе Китаю угрожали уйгуры, на северо-востоке — кидали. Последним удалось в начале X века завладеть значительной частью северного Китая. Лишь своевременная консолидация Китая под руководством правителей новой династии Сун предотвратила покорение страны кочевыми народами. Хотя кидани сохранили за собой контроль над китайскими провинциями Шаньси и Хэбэй, их продвижение в глубь Китая было остановлено, а само киданское государство постепенно «китаизировалось».

На границах Китая складывались государства-дички, населенные бывшими кочевыми народами и перенимавшие многие достижения древней цивилизации. Такими стали Тибет и государство тангутов. В VII веке Китай подвергся массированным нашествиям тибетцев, тангутов и тюрок. Однако на сей раз в ходе долгой борьбы Китаю удалось не допустить противников в глубь страны, разбить их и даже раздвинуть свои границы далеко на запад до Тибета и Туркестана.

В начале XI века династия Сун столкнулась с новой опасностью на западе в лице тангутов, которые, разбив тибетцев и уйгур, двинулись на Китай. Чтобы остановить экспансию тангутов, Китай вынужден был платить им ежегодно дань большим количеством серебра и шелковой материи. Новая угроза возникла на севере в начале XII века, после нападения в 1115 году на киданей маньчжуро-тунгусского племени чжурчженей. Через год после разгрома чжурчженями киданей (1125 год) первые вторглись на территорию Китая и овладели всей страной к северу от Янцзы. Южный Китай вынужден был не только признать все завоевания чжурчженей, но и выплачивать им дань серебром и шелком.

Кочевые племена одолевали и другие цивилизованные державы, В XI веке арабский халифат, а затем и Византия подверглись нападению племен сельджуков-огузов с северо-востока из земель нынешнего юга Туркмении. За два десятилетия сельджуки покорили Хорезм, Иран, Ирак с Багдадом. Арабский халиф был вынужден признать правителя сельджуков султаном, а также «царем Востока и Запада», сохранив за собой лишь духовную и номинальную светскую власть (сельджукский султан считался наместником халифа). В последующие десятилетия XI века сельджуки покорили Сирию, Палестину, Армению и почти всю Малую Азию, фактически вытеснив Византию с азиатского континента. Как и многие подобные державы, сельджукский султанат оказался недолговечным и пал в XII веке, раздираемый внутренними противоречиями и под напором внешних врагов.

Однако отразив эти нападения, цивилизованные страны вскоре столкнулись с наибольшей угрозой за всю их историю. В начале XIII века началось самое мощное нашествие монголов из внутреннего континента Евразии. Как и в прошлом, успех монголов объяснялся не численным превосходством кочевников, а высокими качествами их воинов, физически закаленных, смелых, инициативных, беззаветно преданных своему народу. Спрейг де Кэмп особо обращал внимание на «потрясающую организацию монголов; их дисциплину и тактику».

Монгольские завоеватели разорили и опустошили всю Среднюю Азию, ее города и оазисы были превращены в руины и пустыни. Разрушения монгольскими завоевателями ирригационных систем Месопотамии были таковы, что это привело к упадку этого древнего края вплоть до XX века. Идеально распланированный Багдад был до основания уничтожен во время монгольского нашествия, а его 800 тысяч жителей полностью уничтожены. Нашествие монголов привело к упадку Ирана: даже через полвека после того, как монголы покинули Иран, в стране возделывалось только 10 процентов пригодных к обработке земель, десятки городов исчезли или превратились в пустыни. Захватчиков не останавливали ни высокие горы, ни широкие реки, — ни моря, ни зимняя стужа, ни тропическая жара. Они одолевали оседлые народы разных широт и разных регионов Евразии. По словам авторов 3-го тома «ВИ», «завоевателей увидели на своих землях многие народы — кидани и чжурчжени, тангуты и китайцы, корейцы и тибетцы, таджики и хорезмийцы, тюрки и персы, индийцы и народы Закавказья, русские и поляки, венгры, хорваты и др. Позднее, уже при преемниках Чингисхана, корабли завоевателей подходили к берегам Японии, Явы и Суматры. Над культурными странами пронесся губительный смерч».