Старый рыбак указал смелому молодому человеку место, где находится узкий въезд между двумя черными стенами, и Хуан вскоре увидел его перед собой. Въезд между скалами был темен. Хуан, собрав все силы, прижал маленькое судно к каменистым стенам и вскоре достиг выступа, позади которого вдруг показалось низменное место. Казалось, природа образовала здесь вход из нескольких выдающихся ступенеобразных уступов.
Лицо Хуана прояснилось. Ему удалось придвинуть лодку к низкому месту, едва достигаемому ползком. К кривому дереву, выходящему из расщелины скалы, он привязал лодку, которая должна была увезти принца на континент.
Едва успел он окончить эту работу и уже собирался перескочить на ближайший выступ, как услышал приближающийся шум. Осторожно и тихо достиг он уступа скалы; теперь он мог рассмотреть простирающуюся впереди трещину, которая делалась все шире и, без сомнения, вела на самый остров.
В это время показалась фигура мужчины. Хуан согнулся: он заметил на шляпе этого человека бляху сторожа. Это был Джон, осматривавший море.
Уступ, где стоял Хуан, был узкий; что если он, согнувшись, потеряет равновесие! Плеск выдаст его.
Это была минута ужасной опасности. Капли пота выступили на его лбу. Сторож приближался; он должен был пройти в пяти шагах от того места, где укрылся Хуан; хотя там, где стояла лодка, было очень темно, однако, если бы сторож подошел ближе и глянул вниз, то мог заметить Хуана; тогда все погибло, нельзя было бы думать о спасении Камерата.
Наступила решительная минута, сторож прошел мимо того места, где спрятался Хуан, и скрылся за скалой.
Хуан не мог оставаться более на этом узком гладком выступе! Он легко поднялся на холм, по которому шла дорога. Сторож ушел вправо, Хуан направился влево, надеясь найти выход из каменистых утесов.
Он прислушивался, не угрожает ли ему опасность; кругом все было тихо. Он стал прокрадываться по тропинке между каменными стенами и вскоре добрался до того места, откуда открывался вид на всю низменную часть острова.
Старый рыбак сказал ему, что здесь нет деревьев, и советовал спрятаться близ расщелины скалы, откуда ссыльные ежедневно носят воду. Там он должен был ждать, пока не появится тот, кого он желал освободить.
Приблизиться к хижинам было бы сумасшествием.
Хуан отправился по тому направлению, где находилась, по точному описанию рыбака, расщелина, наполненная пресной водой. Он нашел ее, когда сторож уже миновал ее. Хуан еще не знал, заметил ли тот судно.
Около естественного колодца острова, находившегося между крутыми каменными стенами, Хуан заметил несколько больших камней, за которыми мог скрыться и ожидать наступления утра. Он взял с собой рис и бутылку вина, так как мог пробыть здесь до следующего вечера. Днем же, если бы ему даже удалось предупредить принца о бегстве, то совершить его было бы невозможно.
Наступило утро и показался длинный ряд несчастных, идущих за водой для дневных потребностей. Сердце Хуана сильно забилось, когда он, скрываясь за утесами, увидел, что приближаются ссыльные с ведрами. Теперь нужно было узнать Камерата и сделать ему знак! Его товарищи не должны были ничего заметить, ибо кто мог поручиться, что между ними не было изменника.
Парами приближались они к источнику, чтобы наполнить свои ведра. Хуан внимательно, рассматривал каждого ссыльного, но Камерата между ними не было.
Наконец, когда вся шеренга окончила свою работу и первые пары собрались уже в обратный путь, к источнику подошел одинокий ссыльный; возле него находился сторож, которого Хуан видел ночью.
Этот ссыльный был Камерата; несмотря на его худобу, Хуан узнал его.
Но как подать ему знак? Сторож стоял возле него и ждал, пока тот зачерпнет воды; однако нужно было скорее придумать что-нибудь, ибо иначе не было возможности объясниться.
Хуан воспользовался минутой, когда Камерата вытаскивал из воды ведро; сторож смотрел вслед удаляющимся, и Хуан поспешно высунул голову из-за камней. Камерата посмотрел в его сторону и от неожиданности едва не выдал его. Хуан приложил палец к губам и скрылся за камни, потому что в это время сторож обратился к принцу.
— Долго ли вы будете прохлаждаться? Должно быть, решетчатая комната не особенно приятна, — проговорил с насмешкой Джон.
Камерата, узнав Хуана, не отвечал; он с намерением оставил свою шляпу у колодезя, чтобы иметь возможность еще раз вернуться одному.
— Ты ли это, Хуан, — прошептал он, — клянусь всеми святыми, ты подвергаешься опасности.
— Я пришел освободить вас! Все уже приготовлено, — поспешно отвечал Хуан, — сегодня вечером мы будем далеко отсюда.
— Я сижу под замком, в карцере!
— В таком случае, когда все успокоится, я поспешу к вам на помощь.
— Черт возьми, где же это вы застряли? — раздался раздраженный голос сторожа.
Камерата ушел, и Хуан провел весь день в своем убежище. Солнце сильно палило, но Хуан, судя по облакам, ожидал к вечеру грозу. Это было бы ужасным ударом для Камерата и для него, потому что, если поднимется буря, то они безнадежно погибнут в маленькой лодке.
С возрастающим беспокойством следил он за направлением ветра и за сгущающимися тучами; вскоре они покрыли все небо. Ночь наступила раньше, чем обыкновенно. До десяти часов Хуан не смел и думать о том, чтобы приблизиться к карцеру; мрак быстро распространялся.
Наконец раздался глухой пушечный выстрел с Королевского острова; теперь все успокоилось. Гром еще не раздался, но крупные дождевые капли уже падали на каменную почву.
Нетерпение Хуана возрастало; он не желал терять ни одной секунды, и господствующий на острове мрак благоприятствовал его нетерпению. Он быстро покинул скалы и поспешил к отдаленным хижинам, расположение которых он хорошо запомнил.
Достигнув хижин, он остановился на одну минуту, прислушиваясь — ссыльные уже успокоились. В доме начальника также стояла глубокая тишина.
Хуан заметил около него деревянное строение, он был уверен, что здесь находится Камерата. В ту минуту, когда Хуан приблизился к двери дома, он услышал вдали первый удар грома.
— Это несчастье, — прошептал он, — да поможет нам небо! Он тихо постучал; в это время поднялся бурный вихрь.
— Принц, — шептал он, — вы здесь?
— Еще рано, Хуан, — отвечал Камерата, — сторож еще не спит.
— Мрак облегчит ваше предприятие, мы должны выломать дверь.
— Это погубит нас.
— Нет, принц, гром заглушит шум. Я вырежу из двери замок, потом один сильный удар и вы свободны!
Хуан вынул из кармана нож и принялся стругать дерево; он не слышал шороха, приближавшегося со стороны дома; дождь и буря мешали ему.
