Я сразу же отпрянул от двух оставшихся: выглядели они намного крепче, и вооружены. Но, к моему изумлению, они сами подались назад.
«Эти двое опасаются, что я умею действовать на людей, как Аугир или Эйленора! Эх, если бы!»
И я пошел, вернее, попятился, сначала спиной, а затем боком, со двора так похожего на дворец дома, в котором продолжал веселиться ни о чем не подозревающий люд и откуда доносилась музыка струнной капеллы. Все сейчас сидят за столом и вкушают яства.
«Интересно, как там Герберг? Голодным его не оставят?» – почему-то подумал я, продолжая пятиться. И, словно отвечая на мои мысли, музыка на несколько мгновений стихла, после чего зазвучал голос одинокой скрипки.
Чудесная мелодия, но сейчас не до того, чтобы ею проникнуться: в глубине двора зашевелились окудники, приходившие в себя после чар Эйленоры. Пройдет совсем немного времени, и все они примут участие в погоне за мной.
Я выпятился на середину улицы, лихорадочно соображая: что же делать дальше? Справа невдалеке мост через Ансу, реку, впадающую в Коралловое море, в устье которой и стоит Эгастер. При въезде на мост всегда стоит стража, и она обязательно остановит бегущего в ее сторону человека, – это все равно, что сдаться Коллегии самому. Хуже всего, к самой реке не проберешься, чтобы спастись вплавь. Налево тоже нельзя, там окудники, которые пока боятся приблизиться ко мне, но надолго ли их страх?
По обеим сторонам улицы – особняки эгастерской знати, отделенные от нее высокими каменными стенами. Перелезть через них целая проблема, даже когда за тобой никто не гонится, а уж сейчас!..
Откуда-то издалека послышались частые удары копыт и стук колес по камням булыжной мостовой – кто-то явно торопился.
«Вот мой шанс: ухватиться за карету! – обрадоваться мне и в голову не пришло, но надежда появилась. – Не должно же два раза подряд не повезти!
Иначе хоть вниз головой с корабля, когда он повыше поднимется».
Вскоре вдалеке появился экипаж.
Я взглянул на карету, затем на людей из Коллегии. Они явно не торопились приближаться, и понятно, почему. Опасаются, что я сейчас залезу в их головы и тогда начнется страшное: они начнут уничтожать друг друга. Смог бы я так сделать? Наверное, да. Когда выбор стоит между жизнью и смертью, как правило, люди не задумываются над многими вещами, а чем я лучше их?
«Все, это все!» – я окончательно пал духом, увидев в глубине двора пошатывающегося Аугира, которого вел под руку какой-то человек.
Ему достаточно сказать пару слов, и все его помощники бросятся на меня, уже ничего не опасаясь; я проклинал себя за то, что не попытался убежать сразу, как только те четверо прошли мимо меня.
Карета все приближалась, я примеривался, как бы половчей зацепиться за нее на ходу, когда с удивлением увидел, как из нее на облучок на всем ходу перебрался человек.
– Подвинься, родимый, – донесся его голос, показавшийся очень знакомым.
Карета остановилась напротив меня, как вкопанная, пара лошадей заржала от боли, когда тот, кто на моих глазах присвоил себе обязанности кучера, резко натянул вожжи.
Дверца кареты распахнулась от удара изнутри, и на камнях мостовой появился Аделард. Он как-то по-особенному повел плечами, затем одним движением снял с себя пояс. А ремень у Ламнерта особенный, это я знал совершенно точно. С виду пояс как пояс, разве что пряжка на удивление массивная. Но внутри него между двух слоев кожи вшита тонкая, но очень прочная металлическая цепь, – такая и удар мечом остановит, недаром она из Древнего металла. Аделарду и такого оружия хватит, чтобы разметать окудников, как щенков.
Но среди них Аугир, и сопротивляться ему могу только я. Он еще далеко, он не пришел в себя, но много ли времени ему на это понадобится? Минута, две?
– Он не камелит. Хватайте его! Живьем! – донесся издали голос Аугира, невнятный настолько, что я злорадно усмехнулся: «Крепко же ему досталось, наверняка челюсть сломана. Если «живьем» – сразу не убьют».
Аделард, увидев, как люди Аугира сделали несколько шагов в нашем направлении, снова повел плечами, и те сразу остановились.
«Как собаки перед волком: и много их, и подойти боятся», – усмехнулся я, хотя было совсем не до смеха.
– Вперед, я сказал! – вновь послышался голос Аугира, почему-то остановившегося довольно далеко от нас.
– Капитан, прыгайте в карету, – через плечо бросил Аделард, отступая шаг назад.
– Давайте в карету, капитан! – это крикнул уже Энди, не так давно потеснивший кучера, – теперь я узнал его по голосу.
Я застыл в нерешительности: а если среди них еще один камелит окажется? Или тот, в арке, уже в себя пришел? Ему как будто бы несильно досталось. Я спрячусь в карете, и что тогда случится с Аделардом? А вдруг ему внушат остаться или, хуже того, кинуться на нас?
Неожиданно люди Аугира, успевшие приблизиться на несколько шагов, застыли как будто в растерянности, не зная, что им делать дальше.
Я растерянно огляделся: как так, ясно же, что на них кто-то воздействует, но кто именно? Неужели Аделард? Ну не Энди же. Или, может быть, у меня у самого проснулся дар? Но я вроде бы даже не думал о том, чтобы остановить их мыслью.
– Ну что ты стоишь, Люк?! Прыгай скорее! – донесся из темного чрева кареты голос, полный возмущения. – Господи, и где я только нашла себе такого бестолкового мужчину! Это же умудриться надо было!
И я рванулся в карету так, что едва не вышиб дверцу с обратной ее стороны. Следом за мной в карету вскочил Аделард, успев крикнуть Энди:
– Трогай!
Карета помчалась, громыхая колесами по булыжникам, а я сидел на полу и все никак не мог поверить в произошедшее. Нет, не в то, что мне удалось так чудесно спастись в самый последний момент. Откуда взялась Николь?!
– Надеюсь, милый, ты успел по мне соскучиться, – услышал я ее голос. Почувствовал макушкой ее поцелуй и вдохнул запах ее любимых духов.
– Николь, это точно ты? – я не нашелся сказать ничего более умного.
– Капитан, это точно она, – фыркнул в темноте невидимый Гвенаэль. Затем, понизив голос, он спросил как будто самого себя: – Интересно, чем нашего капитана напоили?
Теперь фыркнула Николь.
– Люк, может быть, ты все-таки поднимешься с пола? Рядом со мной на сиденье достаточно места.
– Остановите карету – пешком дойду, – заявил я в ответ. – Мне рядом с такими умными сидеть в одной карете стыдно. И вообще, сколько вас здесь?
Этот вопрос я задал, уже сидя рядом с Николь. Пользуясь темнотой, попытался проверить руками: она ли это на самом деле?
– Софи-Дениз-Мариэль-Николь-Доминика Соланж, – приблизил я губы к самому ее уху, – на вас точно не пеньюар, платье?
Ткань чересчур легкая, не зря же я засомневался. И еще там, где ворот, ее вообще нет. И чуть ниже. И на спине. А еще мне кажется, что подол едва достигает щиколоток. Насмотрелся я сегодня на эту только что пришедшую в Эгастер моду. Кстати, из Диграна пришедшую. Лучше бы уж женщины в штанах ходили, чем так. И ведь приличные женщины, не какие-нибудь там!.. А подолы такие короткие, что даже смотреть неудобно.
