Эттли. Мне кажется, что вопрос заключается в следующем. Мы согласились принять предложение относительно границы в принципе. Что же касается окончательного разграничения территории, точного определения границы, то это дело мирной конференции. Если мы теперь передадим это дело экспертам Польши и России, то мы тем самым нарушим техническую работу мирной конференции.
Сталин. Как смотрит г-н Бевин?
Бевин. Мы хотим иметь комиссию экспертов, назначенную мирной конференцией.
Сталин. Не понимаю, в чем тут дело.
Бирнс. Я думаю, что можно было бы предложить такую редакцию: если во время мирной конференции будет согласие между Польшей и Советским Союзом в отношении границы, то это будет конец всему делу и не потребуется никаких экспертов. Но если во время мирной конференции между Польшей и Россией будут разногласия, то придется назначить комиссию экспертов, состав которой будет определен Советом министров иностранных дел или самой мирной конференцией. Но это только в случае разногласий между Польшей и Советским Союзом.
Сталин. Пусть остается прежняя формулировка. Но там не сказано, из каких экспертов должна состоять комиссия.
(Трумэн и Эттли соглашаются оставить прежнюю формулировку.
Затем советская делегация внесла поправку в раздел о заключении мирных договоров и о допущении в Организацию Объединенных Наций. Советская делегация указала, что между первым и третьим абзацами этого документа имеется противоречие. В первом абзаце говорится, что три правительства считают желательным, чтобы теперешнее аномальное положение Италии, Болгарии, Румынии, Венгрии и Финляндии было прекращено после заключения мирных договоров, в то время как в третьем абзаце предусматривается возможность установления дипломатических отношений с Финляндией, Румынией, Болгарией и Венгрией до заключения мирных договоров с этими странами. Советская делегация предложила исключить из первого абзаца слова «после заключения мирных договоров»).
Эттли. Мне кажется, что это неправильно, потому что, когда мы составляли третий абзац, мы имели в виду установление дипломатических отношений «в возможной степени». Если из первого абзаца исключить слова «после заключения мирных договоров», то это будет означать, что мы пойдем дальше, чем намеревались это сделать. Эти слова следует оставить.
Сталин. Но в первом абзаце сказано, что дипломатические отношения можно восстановить лишь после заключения мирных договоров, а в третьем абзаце сказано по-другому. Получается противоречие.
Эттли. Именно поэтому англичане хотят включить эти слова. В первом абзаце предусматривается обязательное действие, а именно – установление дипломатических отношений после заключения мирных договоров, в третьем же абзаце предлагается попытаться сделать это, насколько это возможно, до заключения мирных договоров.
Сталин. Мы с этим не можем согласиться, так как попытка, которая допускается в третьем абзаце в отношении установления дипломатических отношений, в первом абзаце прямо отрицается. Это меняет смысл всего решения. Как на это можно согласиться?
Эттли. Мне кажется, противоречия здесь нет: в первом случае говорится об установлении нормальных отношений, то есть полных дипломатических отношений, а во втором случае – о попытке подойти по возможности ближе к установлению таких отношений.
Сталин. Никак не могу согласиться с таким толкованием. Я беру конкретный пример – Финляндию. Нет никаких оснований возражать дальше против восстановления дипломатических отношений с Финляндией, а в первом абзаце слова «после заключения мирных договоров» прямо запрещают установление дипломатических отношений. Это совершенно неправильно.
Эттли. Мы еще находимся в состоянии войны с Финляндией.
Сталин. С Италией состояние войны тоже не окончено, а между тем Америка имеет дипломатические отношения с Италией, мы тоже имеем с ней дипломатические отношения.
Эттли. Мне кажется, что сейчас мы возвращаемся к тому, что уже обсуждали несколько дней тому назад. Мы полностью объяснили нашу точку зрения, и мы пошли навстречу Советскому Союзу, насколько это возможно было сделать согласно нашей конституции. Мы находим, что мы сделали большие уступки, дальше которых мы пойти не можем.
Сталин. Ничего не выйдет из этого. Финляндия имеет гораздо больше прав, чем Италия, на установление дипломатических отношений. В Финляндии имеется свободно избранное правительство, она давно прекратила войну с союзниками и объявила войну Германии. В Италии нет свободно избранного правительства, а ее участие в войне против Германии после капитуляции было минимальным. На каком основании мы должны затягивать установление дипломатических отношений с Финляндией? Где тут логика?
Бевин.Я хочу прийти к соглашению и поэтому вношу следующее предложение. Я предлагаю, чтобы редакция первого абзаца была следующей: «Три правительства считают желательным, чтобы теперешнее аномальное положение Италии, Болгарии, Финляндии, Венгрии и Румынии было прекращено заключением мирных договоров. Они уверены, что другие заинтересованные союзные правительства разделяют их точку зрения».
Сталин. Хорошо. У советской делегации больше нет поправок.
Бевин. Ура! (Общий смех).
Бирнс. Следующий вопрос – о коммюнике. Мы получили от английской делегации новую редакцию вступительной части. У нас никаких возражений против этого нет.
Сталин. Разница большая? В чем эта разница?
Бирнс. На второй странице вносится изменение чисто редакционного характера, смысл не меняется.
Сталин. Может быть, сделаем так: после перевода на русский язык мы рассмотрим это изменение, а сейчас перейдем к следующему разделу.
(Трумэн и Эттли соглашаются).
Бирнс. Раздел II – об учреждении Совета министров иностранных дел. Разногласий здесь нет.
(Раздел II принимается).
Бирнс. Раздел III – о Германии. В первом абзаце вызывают возражение слова «громко аплодировал».
Сталин. Можно сказать: «открыто выражал одобрение».
Бевин. Слепо повиновался, то есть повиновался глупым образом.
Сталин. Я предлагаю сказать так: «которым во время их успехов он открыто выражал свое одобрение и слепо повиновался».
(Предложение принимается),
Бирнс. Других поправок нет?
Сталин. Нет.
Бевин. В пункте 12 экономических принципов есть повторение того, что уже было сказано в пункте 9 (IV) политических принципов.
Сталин. Предлагаю исключить это выражение из экономических принципов и оставить его в политических принципах. (Все согласны). У нас больше поправок нет.
Бирнс. Раздел IV – о репарациях с Германии. Поправок нет.
Раздел V – о военном и торговом флоте Германии.
Сталин. Есть согласованное решение, поправок у нас нет.
Бирнс. Раздел VI – о Кенигсберге и прилегающем к нему районе.
Сталин. Согласен.
Бирнс. Раздел VII – военные преступники.
Сталин. Я думаю, что первый вводный абзац нужно было бы исключить и оставить только второй абзац, начиная со слов: «Три правительства отметили» и т. д.
Бевин. Мы уже исключили.
Сталин. Хорошо.
Бирнс. Раздел VIII – об Австрии.
(Советская делегация предлагает исключить из раздела об Австрии последнюю фразу – относительно репараций, оставив ее только в протоколе).
Трумэн. Принимаем предложение советской делегации – исключить из коммюнике последнюю фразу.
Бирнс. Раздел IX – о Польше.
Сталин. Нет поправок.
Бевин. Хочу предложить маленькую поправку редакционного характера. Во втором абзаце вместо слов «их позиция была определена в следующем заявлении» сказать «они определили свою позицию в следующем заявлении».
Сталин. Можно.
Бевин. На второй странице тоже относительно Польши я бы заменил вступительные слова «соглашение было достигнуто относительно западной границы Польши» словами: «Относительно западной границы Польши они установили следующую точку зрения».
Трумэн. Я уже сообщил представителям польского правительства, что мы согласились на прежнюю формулировку.
Сталин. Тогда лучше оставить прежнюю формулировку.
Бевин. Предложение генералиссимуса сказать «чуть западнее Свинемюнде», по-моему, очень удачное.
Сталин. Да, так лучше будет сказать. Давайте десятый раздел.
