— И ты этому поверила?
— Не важно, верю ли я Сандоу и является ли это пейанское существо божеством. Происходит нечто очень странное. Сандоу считал, что имеет место опасная концентрация силы, причем его убежденность основывалась на значительном опыте в изучении подобных явлений. Я была знакома с несколькими пейанцами — это в самом деле удивительная и очень одаренная раса. Мне приходилось и раньше сталкиваться с Сандоу — он совсем не дурак. И яви-дела, что он боится. Этого вполне достаточно. Я верю в обоснованность его страхов. Однако Малакар даже не захотел говорить с ним. Вместо этого он попытался убить Сандоу. Я сказала Малакару, что ему это удалось, чтобы спасти Сандоу жизнь. На самом деле он был только оглушен.
— Что произошло после этого?
— Мы вернулись домой. Малакар начал поиски фон Хаймека.
— А Джакара была с вами, когда вы встретились с Сандоу?
— Да.
— Она думает, что Малакар убил его?
— Да.
— Понятно… И теперь организация Сандоу может попытаться напасть на нас?
— Вряд ли. Он не стал посылать своих агентов, а отправился на Дейбу один. Значит, Сандоу намерен сам решить эту проблему. Мне кажется, он не станет привлекать кого-нибудь еще… Нет, нам нечего опасаться мести Сандоу. Я хотела, чтобы вы полетели с нами по другой причине.
— По какой же?
— Я сильно преувеличила свой страх за Малакара и те опасности, которые нас ждут впереди. Я хотела, чтобы вы убили Хейделя фон Хаймека, если нам будет сопутствовать успех и мы сумеем найти его.
— Ого, совсем немало!
— Необходимая мера. Мы обязаны с ним покончить.
— А если я откажусь?
— Командор может стать причиной гибели тысяч людей — и их смерть будет ужасной… А может быть, даже миллионов…
— Для меня это совсем не очевидно.
— Вы ведь хорошо меня знаете — мы знакомы уже долгие годы. Вы знаете, что я не склонна совершать необдуманные поступки. Вам хорошо известно, как я отношусь к командору, и вы должны понимать, что мне нелегко действовать против его желаний. Неужели я бы решилась на это, если бы не была уверена в своей правоте? Вы знаете ответ. Я вижу его в ваших мыслях.
Морвин прикусил губу. К нему подошла Джакара, чтобы сделать прививку. Он закатал рукав и протянул девушке руку.
— Мне нужно как следует подумать.
— Думайте сколько угодно. Ответ мне уже известен.
Поисковая группа постаралась устроить человека поудобнее — они положили его рядом с тропой, накрыли одеялами и дали напиться. Дожидаясь флайера, вызванного уже некоторое время назад, люди прислушивались к невнятным словам больного, которого била жестокая лихорадка.
— …Верно, — говорил он, глядя мимо них на небо. — Безумно, но верно. Я не знаю. Нет, знаю. Он был худым… Худым, грязным и весь в язвах. Я был на товарном складе, когда он появился. Никогда раньше его не видел. Нет. Волосы, словно грязный нимб… Просто пришел откуда-то. Никто не знал откуда… Дайте мне еще напиться… Спасибо. Куда он направлялся?.. Не сказал. Он много говорил. Да, говорил. Я не помню, что именно… Странные слова… Вот вам ваш незнакомец. Так и не сказал, как его зовут. Казалось, ему имя и не нужно. Взобрался на большой ящик и начал говорить. Забавно… никто не попытался остановить его, не приказал уйти… Он…
Нет, не помню, что он сказал. Безумно и верно… Но мы слушали. Здесь ведь мало что происходит — а он был таким необычным… Вроде как молился — но не совсем. Проклинал, может быть. Я не знаю… В любом случае… Подождите… Можно еще воды?.. Благодарю… Забавно, забавно… Безумные слова. Смерть и жизнь… Это верно! Верно! Верно… Как все должно умереть. Мы не могли не слушать его. Не знаю почему. Мы знали, что он безумен. Все так говорили, когда стали обсуждать его — когда он ушел. Однако пока он молился, все молчали. Он был, как… А вот пока он говорил, все ему верили. И он был прав! Посмотрите на меня! Он прав. Не так ли? Безумен и прав… Нет. Нет, я не видел, в каком направлении он ушел… Значит, вы хотите его послушать? Сэм — он здесь главный — записал часть его слов. А потом дал нам послушать. Но без него они звучали совсем иначе. Мы тогда много смеялись. Чистый бред и все. Вы можете попросить Сэма, если он еще не стер запись. Сами послушаете… Именно тогда я почувствовал себя плохо… Господи! Он был прав! Я думаю, он был… Так, во всяком случае, казалось…
Они доложили об этом своему начальнику, a потом, отправив больного, стали медленно пробираться дальше, тщательно прочесывая территорию, останавливаясь, чтобы оказать помощь тем, кто в ней нуждался, сделать записи, похоронить мертвых, по возможности облегчить страдания умирающих и выживших, постоянно поддерживая радиосвязь с другими поисковыми отрядами, проходя через открытую местность, заглядывая в брошенные жилища и поднимаясь на холмы и перевалы.
От самого горизонта начали наступать тучи, и они проклинали их — ведь приближающаяся буря не только затруднит передвижение, но и сделает бесполезной аппаратуру, реагирующую на тепло человеческого тела. Один из них — тот, что хорошо знал историю — даже выругал Фрэнсиса Сандоу, создавшего этот мир.
Тучи стремительно затягивали небо, меняя яркую голубизну полудня на жемчужно-серое свечение, которое, в свою очередь, померкло под натиском более темных грозовых туч, а на их фоне возникали исполинские очертания деревьев и скалистых перевалов, превращая крошечные фигурки людей и животных в плоские тени. Дождь все медлил, начал клубиться туман, траву покрыли капельки росы, на окнах домов стала собираться влага, с листьев деревьев сочилась вода, искаженные звуки доносились с разных сторон — мир, казалось, был весь обложен ватой.
Птицы носились над самой землей, большинство из них спешило в сторону гор, ветер стих, маленькие зверьки застывали на месте, подняв вверх мордочки, а потом, встряхнувшись, отправлялись искать какое-нибудь убежище у подножия холмов, в тумане, где поисковые отряды продолжали прочесывать местность. Гром затаил дыхание, молнии чего-то ждали, да и дождь не начинался, становилось холоднее, туча наталкивалась на тучу, и все краски мира вдруг померкли, смешались, оставив лишь впечатление пещеры; тени удлинялись, скользя все дальше к противоположным неровным, повлажневшим стенам.
Доктор Пелс, подперев подбородок ладонями, уже в который раз внимательно прослушивал запись хриплого голоса.
«Я… Разве кто-нибудь сказал, что у него есть право на жизнь? Я… Тут нет никаких гарантий. Скорее наоборот! Единственное обещание, которое Вселенная дает и выполняет — смерть… Я… Кто говорит, что жизнь должна восторжествовать? Все указывает как раз на обратное! Все то, что когда либо поднялось из первобытной слизи, было окружено и с неизбежностью уничтожено! Каждое звено в великой цепи бытия привлекает мстительные силы, которые разрывают его! Жизнь пожирает собственные проявления, а потом ее все равно уничтожает мертвая природа! Почему? А почему бы и нет? Я…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
