согласилась на сделку, главным условием которой было покончить со мной. Не оттолкни я тебя в первый раз… – Дориан бледнеет, и его взгляд становится отстраненным. – Я был бы уже мертв.
На мои глаза наворачиваются слезы, а сердце сжимается все сильнее и сильнее с каждым вдохом.
– Я рада, что тогда ты оттолкнул меня. Рада, что не выполнила условия сделки. На самом деле я даже рада, что именно меня послали сюда.
Дориан снова смотрит на меня расширенными от ужаса глазами.
– Только потому, что они послали бы кого-нибудь еще. – Я указываю на Зару, которая с самодовольной ухмылкой наблюдает за нами. – На моем месте могла бы быть она. Кто-то, кто бы уже выполнил задание. Дориан, Совет Альфы санкционировал твое убийство. Они хотели помешать тебе получить гражданство.
– Так мне стоит поблагодарить тебя за спасение?
– Я не это…
Мои слова обрывает взрыв смеха.
– Ошибаешься, маленький тюлень. – Зара прислоняется к стене, скрестив руки на груди.
– В чем именно? – спрашиваю я.
– Совет Альфы никогда не санкционировал убийство Дориана.
– Нимуэ сказала мне.
– Вообще-то это она предложила убить его, – смеется Зара. – Ты такая глупая, Мэйзи. Просто жалкий, доверчивый щенок, принимающий за чистую монету каждое слово той, кого ты якобы ненавидишь. На самом деле Дориану рады на острове. Он в полной безопасности. Ему не нужно ни жениться, ни прятаться в религиозном убежище.
Кровь приливает к моим ушам и пульсирует в голове.
– Совет Альфы не давал разрешения на убийство Дориана? Значит, мой отец тоже этого не делал?
– Нет. По словам Нимуэ, когда слух о предстоящем прибытии Дориана дошел до Совета, твой отец защищал этого юношу даже с большим рвением, чем остальные.
– Она… она обманула меня.
– И ты еще удивляешься? – Улыбка Зары становится шире.
– Нападение на его корабль…
– Личные счеты, ничего официального. Я захотела убить Дориана, а Нимуэ одобрила мою инициативу. Предполагалось, что все пройдет быстро и легко. Без единой выжившей души. Пока он не поджег меня. – Гортанно рыча, она скалит зубы на Дориана. Тот в ответ с ухмылкой сжимает кулаки, приготовившись к нападению. Зара снова переводит взгляд на меня. – И ты спасла его, разрушила все. Это я должна была его прикончить. Мне предназначалось подарить его жизнь морю. А потом Нимуэ узнала, что в этом замешана ее дочь. Все потому, что я по собственной глупости отдала ей найденный гребень.
Она сердито смотрит на ту сторону моей головы, где находится упомянутое украшение, и я борюсь с желанием дотронуться до него. Вместо этого я представляю ряд зубчиков гребня и пытаюсь определить, какой ущерб они могут нанести, если я смогу подобраться к Заре достаточно близко. Я не умею сражаться. Каковы же шансы, что мне удастся ее одолеть?
Затем я замечаю все еще лежащий на полу кинжал из морского стекла. Пусть Зара не предприняла ни малейшей попытки забрать его, то, как она шаг за шагом подкрадывается ближе, подсказывает о ее готовности напасть. Возможно, она и обещала отпустить Дориана, но никогда не говорила, что не попытается схватить его снова.
Я не могу этого допустить. Учитывая, какой короткой, вероятно, будет моя жизнь, я готова смириться с ненавистью, что испытывает ко мне Дориан.
Взгляд Зары мечется между мной и Дорианом, пока она подбирается еще ближе. Она тянется к поясу на талии, будто бы забыв, что ее ножны пусты. Но ее цель – не кинжал, а маленький мешочек сбоку. С щелчком Зара открывает его и достает что-то плоское и серебристое. Я узнаю предмет – колесница Нимуэ, устройство, которое позволяет мгновенно перемещаться из одного места в другое.
Подбираясь еще ближе, Зара полностью фокусируется на Дориане. Она получила от меня то, что хотела – вынудила причинить Дориану боль, – и больше не видит во мне угрозы. Дориан оглядывается на Зару взглядом, явно просчитывающим ее ходы, и отступает назад всякий раз, когда она делает шаг вперед, смещаясь в сторону, когда она пытается обойти его. Вскоре они начинают кружить вокруг друг друга, как акулы. Медленно и бесшумно, я отступаю к стене. Коснувшись ногой кинжала, тут же начинаю плавно сползать вниз.
Зара и Дориан не обращают на меня внимания.
– Пришло время заплатить за убийство моей сестры, – говорит Зара. – Пора твоему телу накормить море, чтобы воды, к которым принадлежала моя сестра, испробовали твою кровь.
Дориан ничего не отвечает, но на в его чертах мелькает что-то похожее на раскаяние. Я почти вижу вину, написанную на его лице.
Должно быть, Зара тоже это видит, но принимает его чувства за слабость. Воспользовавшись шансом, она бросается на Дориана и проводит когтистыми пальцами по его груди. Он отскакивает назад, но Заре удается распороть его куртку длинными поперечными разрезами. Не дожидаясь, чтобы увидеть, просочится ли кровь между полосками ткани, я присаживаюсь на корточки и обхватываю пальцами рукоять кинжала. Зара снова бросается к Дориану, который успевает уклониться от следующего удара. Я использую эту возможность, чтобы атаковать Зару сзади. Как раз в тот момент, когда кончик изготовленного из морского стекла лезвия приближается к ее затылку, она разворачивается и кулаком, в котором зажата Колесница, отодвигает мою руку в сторону. Кинжал со звоном падает на пол. Другой, свободной рукой Зара замахивается, и я чувствую, как мое плечо пронзает боль, которая вскоре обрывается. Приспешница морской ведьмы отшатывается, когда Дориан обхватывает ее за талию. Она переключает свое внимание на него, вонзая коготь в уже раненную шею. Я слышу, как Дориан старается сдержать крик. Мое сердце подпрыгивает к горлу, когда я вижу, как Зара цепляется своими острыми пальцами за его плечо, впиваясь в плоть, что спрятана под курткой. Я снова пытаюсь добраться до кинжала, но как раз в тот момент, когда собираюсь взять его в руку, меня ослепляет яркий свет. Оглянувшись через плечо, я вижу, что Зара открыла пудреницу.
Все еще вцепившись когтями в Дориана, она собирается воспользоваться Колесницей.
Я вспоминаю, как когда-то, чтобы похитить меня с помощью этого устройства, Зара держала меня за руку, а позже, чтобы вернуть меня на мыс Вега, Нимуэ вынудила схватиться за нее. Для перевозки второго человека, Колесница требует физического контакта.
Я точно знаю, куда она планирует отвезти Дориана.
Почти ничего не видя, я шарю пальцами по полу в попытке отыскать кинжал. В момент, когда острая боль пронзает мой палец, я впервые радуюсь полученной ране. Потому это значит, что я нашла то, что искала. Я ощупываю морское стекло, пока не добираюсь до рукояти и не сжимаю ее крепко в своей руке. Развернувшись к источнику постепенно усиливающегося света, я бегу к смутному
