а может, и все двенадцать – прошли для нас в бесконечно повторяющихся карабканьях-спусках-прыжках-огибаниях…
Я столько раз видела, как расступается впереди скала и из нее внезапными стрелами поднимаются ввысь глыбы камня, как Мать Сыра Земля поглощает то, что только что было величественным и неприступным, как сходятся и расходятся огромные каменные утесы, как образуются на моих глазах пещеры, как будто призывающие отдохнуть под их сводом, от чего мороз пробирал по коже, ведь точно такие же пещеры стремительно разрушались в считанные мгновения и тоже на наших глазах.
Мы не переругивались с Данькой, не общались между собой, не разговаривали, не подбадривали друг друга, не ругались – не было сил.
Когда в тысячный за сегодняшний день видишь, как то, что еще минуту назад было прочной на вид, твердой скалой, которая так и манит тебя прислониться к ее теплому, нагретому солнцем боку, отдохнуть, забыться хотя бы на пару хвилинок, вдруг взмывает высоко в воздух, чтобы в следующую секунду обрушиться на то же место, что и стояла, с огромной силой…
Разбиться целой россыпью камней, каждый из которых способен серьезно покалечить, а то и прибить зазевавшегося путника, начинаешь поневоле воспринимать происходящее как должное – без оценки, без реакции, как данность.
Вот валун, через него надо перепрыгнуть.
Вот скала, на нее надо взобраться.
Вот рука Лиодора, за нее надо взяться и оттолкнуться что есть силы от земли, чтобы не задерживать остальных, ведь оборотню еще сестре помогать забраться на этот уступ. Потому что в следующую секунду твердая земля, на которой только что стояла нога девушки с фиолетово-черными короткими волосами, разверзнется и так и останется пропастью.
Пока Лес не передумает и из этой каменной пропасти не вырастет неприступная на вид скала.
Я чувствовала себя такой уставшей, что казалось вот-вот, и ноги просто перестанут слушаться, подогнутся, руки не поднимутся, пальцы разожмутся именно в тот момент, когда очень важно удержаться за ненадежный выступ, а дыхание, и без того хриплое и прерывистое, прервется окончательно.
Но не иначе, как чудом, ноги почему-то временили с подкашиванием, а руки, хоть и казались наполненными свинцом, все же слушались. За все это время мы не остановились ни на секунду, потому что вампирья карта не позволяла. Я шла и старалась не думать о том, что точно также, по этому же самому пути – единственно возможному – вчера, в это же время проходили два песиглавца с моими братом и сестрой на руках. И дай светлая Макошь им пройти этот путь!
Потому что сейчас, в очередной раз чуть не соскользнув с очередного утеса, и оставшись в живых только благодаря веревке, надежно связывавшей меня с Лиодором, я понимала, как мала вероятность вообще пройти этот лес живыми и здоровыми. Хотя зная Никодемку и Йожку – не сомневаюсь, что они сполна насладились всеми этими опасностями. А еще я старалась не думать о том, что карта, несомненно, защищает от танца Леса, но никоем образом не от каменных кровожадных тварей, обитающих в нем, которых не остановит даже сила магов, прошедших Посвящение, не говоря уже о только начинающих пробуждаться талантах боевого мага и некромантки…
- Здесь мы можем отдохнуть два часа, - эта фраза мага пришла как будто извне, не затрагивая сознание, как одна из каменных декораций, сменяющих одна другую. Я даже не замедлила темп, пока сильная рука оборотня не дернула меня обратно, разворачивая в небольшую, в половину роста взрослого человека, пещеру.
- Сения, - маг ощутимо тряхнул меня за плечо, - нам нужно оставаться здесь два часа, согласно карте. Пока она нас не подводила, и у меня нет оснований ей не доверять. Используем полученное время для отдыха.
Дине, не слушая брата, уже вползала на четвереньках в пещеру, видимо, магиня восприняла информацию лучше, чем я. Я, опомнившись, осознала, что это не сон, и у меня есть целых два часа – подумать только! это ж целая вечность! – на отдых, все еще не веря своему счастью, поспешила последовать ее примеру.
Впрочем, когда я вползла в пещеру, Дине уже спала беспробудным сном, прижимая к груди теплого Даньку. «Бедняжка, - подумала я, - Хотя, если бы ее не угораздило вмешаться в магические ловушки Лиодора…» - и я тут же устыдилась своих мыслей, потому что то, через что мы только что прошли вместе, плечом к плечу, было самым достоверным убеждением в искренности Дине, в ее желании помочь…
И раз так уж все уже произошло, и это уже не изменишь, толку рассуждать и накручивать себя. Я сама не заметила, как оказалась прижатой к теплому боку оборотня, а когда заметила – было уже поздно, лежать вот так, на твердой, не вибрирующей под тобой каменистой земле, прижимаясь к мускулистой груди Лиодора было восхитительно, просто непередаваемо удобно!
И самое главное, совсем не было ни сил, ни желания сопротивляться этому желанному удобству… Легкое прикосновение твердых, теплых губ к моему виску и нежное поглаживание по щеке тыльной стороной ладони…
- Ты вся в этой каменной пыли, - ласково шепнул Дар. - Такая смешная!
Я попыталась поднять голову, чтобы взглянуть на него и ответить что-нибудь ехидное, но тело меня не послушалось. Дернулось и замерло на прежнем месте.
- Лежи, - угадав мой порыв, ласково приказал мне маг. - Бери пример с Дине и попробуй заснуть ненадолго.
В следующую секунду я почему-то закачалась на ветке высокого дерева, предположительно – сосны, но всего в мелких синих цветочках с порхающими над ними бабочками, вместе с Данькой. Почему с Данькой? Ведь он сейчас с Дине? – подумала я и поняла, что это начало сна. А продолжения сна не было, была благословленная, божественная тьма, в которую провалилось, нет, обрушилось мое сознание.
Я так и не поняла, что меня разбудило – то ли сон, в котором я упала со скалы, выпустив руку Лиодора, державшую меня – я долетела до земли и проснулась с выпрыгивающим из груди сердцем, то ли ощущение приближающейся опасности.
Прислушалась – Дине с
