поцеловал его и троекратно перекрестился.
Бог ты мой! По ступенькам в храм поднимался не кто иной, как господин-товарищ Введенский с симпатичной женой в дорогой шубе и сыном лет девяти.
– С наступающим! – бросил на него испытующий взгляд Саша.
– Вас также, – ответил тот, пряча усмешку. Пчела издалека, но внимательно наблюдал за этой сценой на церковных ступенях.
– Сань, кто это? – недоверчиво спросил он.
– Просто человек. Такой же простой, как и мы, – уточнил Саша. – Из Министерства добрых дел.
– Что-то я не слышал о таком министерстве, – что-то, видимо, начал понимать Пчела и достал сигарету.
– Значит, ты счастливый, Пчелкин! Не кури – храм!
* * * * *
Генерал Хохлов мог быть доволен. Дела шли отлично: социальные бури пережили, бизнес продолжал развиваться, все было под контролем. Как и завещал Феликс Эдмундович. Сегодня Андрей Анатольевич созвал совещание, чтобы подвести итоги уходящего года и наметить планы на год следующий.
Докладывал Игорь Леонидович Введенский:
– Кстати, объект уволен из рядов МВД в девяносто первом году в связи с превышением служебных полномочий. Отличается высокими оперативными способностями, способен на решительные действия, питает личную ненависть к Белову. Находясь в тени, разработал и спровоцировал конфликт между Беловым и группой Бека, приведший к ликвидации Бека. Став у руля обезглавленной группы, объект немедленно предоставил нам компромат на Белова. Единственное, чего он не учел, что последний находится в нашей орбите… – ухмыльнулся Игорь Леонидович. – Ну, в конце концов, он не Джеймс Бонд.
Сделав паузу, Введенский обвел взглядом коллег:
– Вообще-то объект – порядочная сука, но я считаю целесообразным принять его в разработку для создания противовеса активно развивающейся бригаде Белова.
Возражений не последовало.
* * * * *
Володя Каверин был сегодня почти счастлив. По крайней мере, до этого гребаного счастья оставалось еще всего-то несколько шагов. Светка – дура, еще ничего, ничегошеньки не понимает! Как они скоро заживут!
Примеряя маску Деда Мороза, Каверин глядел на себя в зеркало:
– Гений! – не мог он удержаться от комплимента самому себе.
Но этого было мало. Уж так его распирало!
Света в спальне натягивала на свое раздобревшее тело платье с глубоким декольте. Каверин, скинув маску, рванулся к ней:
– Светка! Твой муж – гений!
Светке возразить было нечего. Ровным счетом нечего!
ЭПИЛОГ
Новый год – семейный праздник. Они и были большой семьей – Бригадой. Праздновали у Белого.
– Кабану привет. Давай, пока. – Саша закончил разговор по телефону и отправился в детскую. Оставался у него в старом году еще один должок.
Ванька спал. Саша тихонько сел к столу, задержав взгляд на портрете Оли в свадебном платье. Оля загадочно улыбалась ему, прижимая к груди цветы. Сейчас, моя маленькая, я помню, что обещал… На большом листе он печатными буквами писал жене записку. Ту, что не закончил писать тогда, в роддоме.
* * * * *
А гости уже ввалились в квартиру. Шумные, веселые. Все друзья и коллеги – при барышнях или женах. Как же? Праздник ведь! Оля в длинном синем декольтированном платье встречала гостей одна – Сашка застрял где-то в недрах большой квартиры.
Стол ломился. Оля с бабушкой целый день пекли, резали, жарили. Саша с рынка возил еду аж три раза.
– Вить, потрогай, елка живая? – белокурая Пчелина подружка кокетливо повела плечиком.
– Реально, настоящая. – Пчела потрогал празднично убранное деревце.
Макс Карельский застрял в коридоре. Что за дела! Побросали ему на руки свои шубы и свалили к столу! Он огляделся – вешалки не наблюдалось. Недолго думая, Макс кинул свой груз прямо на пол. Обнаружив, наконец, шкаф, он загрузил туда все это мохнатое хозяйство. И только тогда присоединился к компании. В конце концов, у него тоже праздник!
Только он облюбовал себе местечко за столом, зазвонил мобильник. Черт!
– Да! – Макс поднес телефон к уху, но ответа дождался извне, от Фила.
– Макс, даю установку! – Фил похлопал парня по плечу. – Расслабься!
Елизавета Павловна принесла из кухни последний салат, с лососем.
– Ну что, праздник-то будем начинать? – Филу уже хотелось выпить. И поесть, соответственно.
– А где Саша-то? Случайно не приболел? – Пчела с интересом взглянул на Олю, немного повзрослевшую и необыкновенно красивую в этом длинном вечернем платье.
– Саш! – крикнула Оля, собираясь отправиться на поиски потерявшегося в трех соснах мужа.
– Олюшка, не волнуйся, сейчас позову, – остановила ее бабушка.
Саша был обнаружен в детской комнате возле кроватки спящего сына.
– Саша, ну что вы как лорд Байрон? – укоризненно покачала головой Елизавета Павловна. – Давайте к столу. Все вас ждут.
– Сейчас иду. – Саша положил записку в карман и осторожно, чтобы не разбудить, погладил Ваньку по голове. – Вот он, мужик! – восторженно прошептал он и запустил карусель из погремушек. Сладкая мелодия сопровождала кружение уточек, курочек и еще каких-то непонятных птичек, лебедей, что ли…
* * * * *
– А вот и я! – появился в гостиной Саша. Не один, а с куклой-марионеткой. Он умело вел мальчугана, чем-то похожего на Ваньку. – Иди, открой Кате, – попросил он Космоса, среагировав на звонок в прихожей.
– А где мама? – спросил Фил.
– Я ее в Анталию отправил. Пускай отдохнет немного.
Пробравшись с «Ванькой» на центральное хозяйское место рядом с Олей, он постучал ножом по бокалу. Дождавшись тишины, начал тронную речь.
– Уважаемые братья и сестры! Извините, что заставил вас так долго ждать. Я хотел бы поднять этот тост… – сквозь бокал с шампанским он осмотрел готовых к празднику гостей. – Сейчас Катя с Космосом подтянутся… – Саша предвкушал готовящийся сюрприз, – поднять тост за уходящий девяносто третий год. Он был нелегким, он был, надо сказать, очень трудным. Но, тем не менее, несмотря ни на что, мы все-таки живы! А это главное в нашем деле. Поехали! – он поднес бокал к губам, но успел предупредить, смеясь: – Пидорасы пьют сидя.
В комнату шумно ввалилась сладкая парочка. Катерина, наряженная Дедом Морозом, и Снегурочка-Космос со смешными длинными косицами.
– Тетка, я люблю тебя! – радостно заорал Саша, перекрывая общий возбужденный гам. – Катюха, я тебя обожаю!
– У крылечка на площадке… – завела детский стишок Катерина, поигрывая длинной седой бородой.
– Ковырял я снег лопаткой… – подхватил фальцетом Космос, сверяясь с записью, накарябанной ручкой прямо на ладони.
– Я не помню, что там дальше, про снег-то? – запнулся Дед Мороз.
– Только снега было, типа там, мало… – уже подпивший
